Детская проза

Ужели станут взрослыми людьми? – Не верят, что мы были неразумны, Им кажется, мы не были детьми. – Вы маленькими были? Неужели? – В недоуменье спрашивают нас. Ах, как бы объяснить мы им хотели, Что мы душою дети и сейчас. Любимое и милое Сегодня, К тебе возможно ль равнодушным…

- Ой, спасибо, ты тоже очень хороший и милый! - Девочка, а тебе не страшно быть так близко к лесу? - Немножко… но, кролик, посмотри какие тут красивые цветы! И меня зовут Софи, а тебя? - Я кролик Мягкая Лапка, можешь называть меня Лапкой, меня так все друзья зовут. Но, тебе, Софи, тут быть нельзя……

* * * Назарка с ребятами в сарае день и ночь возится. Доски забивало. В подоле рубах камни, кирпичи носили. Двор расчистили. С трамвайной линий понатаскали песку. Усыпали дорожку. Гринька молодец, догадался. Принес го дома газет и плакатов разных. У него, ведь, браг комсомолец. Всякой литературы…

- Понятно – сказала Таня. - Пап, а я давно хотела тебя спросить – а зачем святые молятся Богу о нас? Разве Бог не знает Сам, без их молитв, что нам нужно? И неужели Всемогущему Богу нужна чья-то помощь? - Бог знает и без молитв о наших нуждах, - сказал папа. – И Он все может и Ему не нужны помощники.…

Одноглазый дядя Тэнмао был достойным человеком. Еще будучи молодым парнем, он слыл искусным охотником на диких оленей. Однажды в горах он заарканил очень крупного оленя-быка. Тэнмао отличался тогда необыкновенной силой, и всё же он с трудом подтянул его. Огромный бык, лишённый свободы, метался как безумный,…

«Вчера мама купила Ниночке новое пальто. Девочка надела его и почувствовала себя принцессой из сказки. Серое в крапинку, с большим воротником, кармашками и совершенно необыкновенными пуговицами. Пуговицы были металлические с выбитым на них красивым цветочком. Ниночка то и дело смотрелась в зеркало и…

Мама широко улыбнулась: – Затем, что мы общались пару месяцев назад, и я попросила поставить нас в лист ожидания на щенков. Ханна вскочиа со скамейки и бросилась обнимать маму: – Серьёзно?! Ты мне ничего не говорила! У нас будет далматинец! Ты не шутишь? – Пойдём в дом. Я замёрзла! Ханна…

— Мама! Тут ля-ля-ля-лягушка! Почему-то он это слово «лягушка» никак выговорить не мог. А Володькина мама тут стала моей говорить, какое это горе, когда ребёнок ЗАИКАЕТСЯ. И в её голосе было столько боли, что я тоже поняла, какое это горе. А я ведь никогда и не замечала, что Вадик заикается. Ну говорит…

— Щенячий жирок, — констатирует факт тетушкина подруга. — Ах, это пройдет! — отмахивается тетушка. — Обязательно пройдет! — подтверждает моя мама. А я говорю: — Не слушай их. Не пройдет оно, а только хуже станет. Смотри, вон, у тебя уже живот на коленях! Неделю назад не было! Племянница вытаращивает…

 Захотелось мне купить медвежонка, да нельзя: в зоопарке медвежат не продают. Медведь-рыбак В прошлом году я всю зиму жил на Камчатке. А ведь это самый край нашей Родины. Там я и весну встречал. Интересно начинается камчатская весна, не по-нашему.  Как побегут ручьи, как вскроются…

И все на них смотрят и смотрят. — Надо им завязать волосы разными бантиками, тогда различим, — сказала Надя Шорина. — А без бантиков? — говорит Анна Ивановна. — А без бантиков?.. — Я знаю, — вдруг говорит Катя Гребнева. — Знаю: у одной на щеке маленькое пятнышко. — Правильно, — говорит мама близнецов. —…

Я быстро надел пальто и калоши, завернул свой ножичек в носовой платок, взял новую полевую сумку и вышел на улицу. У нас на углу висят большие электрические часы. Со стороны Петровки они очень точно показывают время, а вот со стороны Каретного постоянно бегут вперёд на целых пятнадцать минут. Я…

Мимо них проковылял старый Сорняк. - Эй, Шаркун, куда ты запропастился! - позвал он своего друга. - Меня, меня подождите! - всполошилась Зяблица. - Ох, как я рада тебя видеть, Белоягодка! - проурчала она, бросаясь к старейшине племени Ветра. - Как здоровье? Лапы-то не болят? Желудь задумчиво посмотрел…

И акула всё время в движении. Остановка для неё гибельна. Во время движения акула пропускает воду через жабры, берёт из воды кислород. Остановится — всё! И киты всё время движутся от Гренландии до Антарктиды и обратно, кормятся по пути. Да почти для каждого животного движение — жизнь! Это человек…

— Ну, — Игнат пожимает плечами, отчего клетчатая пижама сползает на один бок. — Десять. Прикинь?! Сегодня семнадцатое марта. За это время десять этих идиотских собраний. В воскресенье вообще по два раза успевают. Жесть, короче. Я больше так жить не могу, — Макс возвращается к рюкзаку, валяющемуся посреди…

— Ага! А ты в «а». Тебя как звать? — Кириллом. А тебя? — А я Шурка. А ты чего тут, а не в лагере? Кирилл тяжело вздохнул. — Мама моя тут медсестра, — грустно сказал он. Шурка свистнул. — Ф-ю-ю! То же, что со мной! А моя тут завхоз! Не повезло нам. Они остановились и посмотрели друг на друга.…

* * * Почти целый месяц кипела работа в доме, где раньше жил помещик Ли Чжэн. Крестьяне навесили двери и рамы особой узорчатой формы, а вместо промасленной оконной бумаги вставили самые настоящие стёкла, присланные из города. И ветер, налетавший с реки, уже не чувствовал себя больше хозяином в…

— Да что вы! — замахал руками Гога. — Тут на одной ноге доскакать можно. — Тогда пошли, — сказал переводчик. Не успели они втроём войти в вестибюль школы, как ребята из второй смены, стоявшие около раздевалки, толпой окружили негра, стали пожимать ему руку и совсем оттёрли Гогу в сторону. — Ребята! —…

О, что за скучная, тяжелая мысль, которая мучила меня (да и не меня одного, конечно, а всех гимназистов) целых восемь лет! Мы шли туда не с радостным любопытством узнать сегодня еще что-нибудь новое, интересное, — шли отбывать скучную тяжелую повинность. Наши учителя были тюремщиками, которые были…

— Ну, так вот, — продолжал Иван-царевич, — сижу я, притаившись, на скамеечке и слышу, как эта ведьма бормочет себе под нос: «Ничего, царя с царицею мне не удалось извести, — сами околели, но зато их наследника я нынче погублю», — захохотала она. И вдруг вижу — окуталась она на мгновение каким-то дымом ли,…