Фантастика: прочее

Вот только от следователя не укрылись взгляда которыми обменялись депутат и его помощник. Доказать сговор в принципе можно было, но Сергей Иванович так же понимал, что после первого же дела его отстранят и выгонять с «волчьим» билетом, а у него больная дочь, на которую уходит весь основной заработок.…

Старый ламповый телевизор, хрипя на максимальной громкости, показывал Спасскую башню, картинка немного двоилась, но это было не важно, братья понимали, что происходит, и шепотом отсчитывали каждый удар курантов. «Один, два…» – Пиши быстрей, Серёга! – поторапливал брат. – Зажигалка греется, – поджигая…

Джон Хайнц бесцельно шагал по гулкой мостовой, словно в коконе каменного одиночества. От бессонных ночей кожа его лица отливала синевой, из ввалившихся глазниц устало глядели черные, сухие глаза. Где-то пронзительно орали чайки. Небо цветом словно из старого чугуна. Мимо проезжали велосипедисты и…

– Да-да… Рекс в последний раз смотрит на вид за окном, затем отворачивается и возвращается к карте. Разговоры тут же стихают. – Возможно, то, что находится в лаборатории, способно развязать войну. Вы понимаете? Нужно любой ценой предотвратить распространение информации об этом районе. Считаю, настало…

– Послушай меня… Мы слишком рано, слишком рано отправили людям чистейшее божественное искусство… или, может, слишком поздно. Я прошу у тебя прощения. Я не знала… Жизнь на земле – это всегда испытание – и для самих людей, но в особенности для наших тонких душ. Мы надеялись помочь людям – той гигантской…

Макс Неви родился в глуши в семье сельских врачей. Семья жила не богато, и Макс с юношеского возраста мечтал о больших деньгах. Он поступил в медицинский институт, где он зародил идею о лекарстве от старости. После института он защитил учёную степень кандидата наук по медицине. Проработав некоторое время…

Ого, да у нас тут знаток, определяющий по сбитым костяшкам, поставлен ли удар! Кто ты, детка? Под твой голос воображение рисует изящные запястья, высокие скулы, тонкие ноздри, презрительный взгляд… и чёрное кружевное бельё. – Поверю вам на слово, – соглашается с ней Сталь. – В этом вы понимаете больше…

2100 год. В Ньй-Йорке всё летало, это были летающие автомобили и люди на реактивных ранцах, использование газа и нефти закончилось, всё было на электричестве. Население человечества составляло 9 миллиардов, небоскрёбов стало больше, Организация Объединённых Наций усилила свою сферу влияния на все страны…

Ветер холодом забирался под тонкую кожаную куртку. Галка нашла в кармане шапку, нахлобучила ее на глаза и побежала к магазину. Скорее бы уже выпал снег, прикрыл и плавающий в лужах грязно-рыжий фонарный свет, и тусклые лица над черно-серыми воротниками, и первый робкий лед, что утрами хрустел под тяжелыми…

– Когда я могу осмотреть всё это? – Бортнев встряхнул пачкой бумаг в руке. – Квартиры все свободны. Я правильно понимаю, Михаил? – посмотрел на того Виктор. – Да, все квартиры пустые, ключи у меня в сейфе в усадьбе. – А вот усадьба ещё занята. Но это вопрос одного часа, – пожал плечами мальчик.…

–Ну! И где? – спрашивает Марина и плюхается на матрас, нисколько не стесняясь короткой юбки. – Пить вообще сегодня будем? Игорь нас догонит. Все смеются, Ира порхает отяжелевшей бабочкой. Прибавляет радио. – Вы пока разливайте, мы с Кристи закуску принесём, – и тянет меня за рукав. 20.45. – Где…

Никого не удивить рассказом о пришельцах. Рассказчик показывает фотографию невнятного пятна и уверяет, что раз эта штука совершенно не похожа на космический корабль, то это точно космический корабль и есть! Так бывает обычно. Но не в этот раз. – На ферме под Виниладом видели НЛО! – сообщил редактор…

Марк услышал голос Бога, когда шел по улице. Он шагал, отгородившись от всего мира экраном телефона и наушниками, а потом крик заглушил музыку: – Стой! Ни с места! Марк замер. Люди шли сплошным потоком. Они слушали музыку, читали сообщения, разглядывали экраны телефонов, и никто не обращал внимания…

Камень снова исчез в дыре, дыра закрылась за ним, а я потратил выходные, обыскивая лес, но ничего не нашел. Камень не выпал где-то рядом, он не лежал в кустах или в соседней пещере. Дыра – волшебный мусорный бак, брось в него что-то ненужное, и оно пропадет навсегда. В мире не должно быть волшебных дыр,…

Абсолютно любая улица – это бесконечный поток людей. Даже самая отдалённая и пустынная, вопрос только во времени. Точнее, на каком его отрезке смотреть: чуть отмотать вперёд или же назад, а может быть, ускорить. Вот и в этом месте раньше кипела жизнь, а теперь транспорт ходил исключительно по расписанию:…

День без рекламы вошел во всю мировую историю, в энциклопедии, в мемуары. Те, кто пережил его, расскажут своим внукам, а внуки посмеются над сказками стариков – разве может такое быть, что весь мир на целый день остался без рекламы и уцелел? Реклама не может умолкнуть, ее навязчивые песенки должны звучать,…

Лера выбрала дачный домик для того чтобы спрятаться от Димки. Она так ему и сказала – «я хочу побыть одна!». У Димки были проблемы на работе, и потому совершенно не понятно как он среагировал на подобное заявление. Лера вначале злилась, а потом быстро придумала себе «страшные Димкины переживания» и успокоилась.…

– Это что за такая новая хрень? Катя умела переводить разговор на приятные темы. Некоторые подруги неизбежно становятся клиентами, а некоторые просто любят поныть или хотят, чтобы кто-то решил за них все проблемы. Катя умела решать чужие проблемы. Но не любила делать это без просьбы и без оплаты. И…

Так вот, еще в первый пандемийно-коронивирусный год Алмаз летел на юбилей к матери из Австралии, а Кагарлицкий – к болеющим родителям из Америки. Оба добирались до цели долго, как говорится, на перекладных, прыгая с одного авиарейса на другой. Столкнулись в Стамбуле, где из-за погодных условий просидели…

– Я трахал тебя, Тамара! Ненавижу такое дерьмо, как ты. – Иди трахни себя, Михаил! – Тамара вытягивает средний палец. Тамара остаётся на своём месте, откусывает кусок от бутерброда с mo kov kaya kolba a, затем достаёт из банки один olyoniy ogurec, хрустит им, и намокшим пальцем перелистывает сборник…