Любовные романы

– Почему? Ты можешь объяснить, что я сделала не так? – Все так. Просто мне это все больше неинтересно. Не унижайся. У тебя уже осталось восемнадцать минут. – Сука ты, Потапов, – вставая с колен, бросает Катя. – Сука – женский пол. В таком случае, кобель. Но он мне не подходит. Тебе помочь собраться?…

За окном начало темнеть. Как-то незаметно мы уговорили и вторую бутылку. Разговоры плавно перетекали от спорта к бабам и обратно. Это на работе я был неприступен, как гора, и холоден, как лёд, а в свободное время с удовольствием отдыхал в компаниях прекрасных дам. В голове уже изрядно шумело, когда…

– Арно! Где ты, Арно? Ответа не было. Катрин, застыв на месте, напряженно вслушивалась, надеясь услышать звук шагов… Никого не было. Лишь какая-то птица, напугав ее, шумно взлетела из зарослей ольхи. Машинально выжав мокрые волосы и уложив их вокруг головы, она почувствовала, что ее начинает бить…

— Как ты мог, Габриэль? — спросила Анна своим чистым тихим голосом, и Кейтлин знала, что чувствует себя так же как она. Обычно ясное лицо Анны Евы Вайтрейвэн среди черных локонов теперь нахмурилось. — Как ты мог присоединиться к нему? После всего, что он сделал… — И всего, что собирается сделать, —…

– Хорошо, хорошо, – снисходительно пообещал Том. – Конечно, Бенджи ведь еще такой ребенок. В комнате чуть потемнело, потому что снег пошел сильнее, большими пушистыми хлопьями, засыпая кусты и деревья, обрамляя белым садовую ограду. Энни вздохнула, и в воздухе ей почудился аромат хвои, мандаринов,…

…Переплетясь телами, они так и остались в объятиях друг друга нашептывать нежные слова… Даже сейчас, во сне, он произносил ее имя, и звук его голоса возвращал Валентину в прошлое, в то время, когда впервые увидела она возлюбленного на рыцарском турнире. Его темные глаза сверкали. Белые зубы, обнажаемые…

Где-нибудь в экваториальной Африке ее могла бы растерзать стая кровожадных львов. А в прерии затоптал бы обезумевший табун диких буйволов. Или унес исполинский смерч-торнадо за тридевять североамериканских земель. Чтобы больше уже никто и никогда не слышал о бедной душе, павшей заложницей роковых страстей.…

“Это не так уж легко для меня.” Я уже было хотел сказать большее, но остановился. Все шло не так, как я рассчитывал. Мне необходимо все обдумать. “Неважно, забудь об этом.” Не взглянув на нее снова, я встал и ушел. Я все окончательно испортил. Более десяти лет я ждал момента, когда заговорю с ней и буду…

Что-то задело ее в этом звонке. Ей казалось, что она что-то упустила. Вспоминая всех друзей, с которыми когда-либо она ходила в кино, она была уверена, что кого-то забыла. Но ничто не имело отношения к этому звонку. Не было смысла даже перезванивать кому-то. Если бы ей не могли позвонить из прошлого.…

Она встала под свет, пристально глядя на свое отражение. Зеленые глаза, когда-то полные яркого огня надежды, сейчас не отражали даже ее жалкого подобия. Она кончиками пальцев пробежалась по щекам, повторяя очертания дорожек растекшейся туши. Лицо было бледным. Но что еще хуже – ее сердце было раздавлено…

– Нет, нет, нет. – Отец Дом подался вперед. Он не мог наклоняться слишком сильно, потому что примерно неделю назад одна из этих его беспокойных душ решила отказаться от духовного просветления и вместо этого попыталась оторвать падре ногу. А еще она сломала ему пару ребер, хорошенько приложила по голове,…

Выдержав небольшую паузу и дав мне, возможность в этой неловкой ситуации, она поинтересовалась: — Как вас зовут? — Николас. — А чем вы занимаетесь в ИТИЛе? — Тем же, чем занимаются и остальные сотрудники института. Грызу собственную кость. Но в данный момент, простите, меня больше волнуют ваши…

- Это ты? Чудовище, что ты сделал? - закричала она. Майкл презрительно поднял брови. Доктору понадобилась вся его сила, чтобы удержать женщину, которая, как тигрица пыталась наброситься на Майкла. - Что происходит?- раздался властный мужской голос. Майкл обернулся. - Вот, и папочка пожаловал. - Криво…

Нужно спланировать, как пережить здесь эту последнюю зиму. Надежды на то, что дом купят сразу же, не мешали Энджи быть реалисткой. Журавль в небе никогда её не прельщал, особенно когда в руках трепыхалась старая добрая синица. Однако сейчас ни синиц, ни журавлей поблизости не наблюдалось. Значит, нужно…

Джаред ненавидел школьные дискотеки и танцы, а монотонную болтовню просто презирал. Своей манерой поведения он стремился оттолкнуть людей, но эффект получался совершенно противоположный: все хотели познакомиться с ним поближе. К его превеликой радости, разумеется. Но Джаред терпел. Ради меня. И делал…

Я поднимаюсь, отстраняясь от нее. — На колени. Долю секунды она колеблется, а затем переворачивается и становится на четвереньки. Сегодня я собираюсь трахнуть ее сзади, чтобы не ощущать на себе этот пристальный взгляд. Не хочу видеть слабый лучик надежды в ее глазах, которому абсолютно нечего…

Но хоть я и плевалась ядом, отлично знала, что наши багги отслеживают всё, что мы делаем или говорим. Вряд ли кто-то из супервайзеров когда-либо прослушает эти записи, но рисковать, жалуясь на несправедливость, я не хотела. Я многозначительно кивнула на свой багги. Натан бросил на него панический…

– Я прошу вас только об одном. Отправьте мою племянницу в женский монастырь Святой Анны, который находится у собора Парижской Богоматери, месье. Я со спокойным сердцем приму смерть, зная, что маленькая Маргарита спасена. Рене подарила этому человеку свою девственность, самое драгоценное, что у нее…

— Вы гений, пан профессор, — восторженно сказал доктор Скужень. Профессор Вильчур рассмеялся своим мягким добродушным смехом, который успокаивал пациентов и вселял в них веру в исцеление. — Не преувеличивайте, коллега, не преувеличивайте. И вы достигнете того же. Но, должен признаться, я доволен.…

Она, только она, она одна знала, почему он должен умереть! Она видела в нем все то, что низвергнуло Жоффрея де Пейрака, который презирал людскую глупость, прогнившую средневековую софистику, против которой он напрасно боролся, защищая прогрессивные науки. И этот ограниченный и бездарный монах, заблудившийся…