Проза прочее

– Кто? – спрашивает братик. – Кто нас отсюда унесет? И я не знаю, что ответить. Кто-то. – И ты вправду думаешь, что я не глупее их? – Конечно! Если бы они только вовремя обнаружили, что ты плохо видишь, ты ни за что не попал бы в отстающие. – Когда я был маленький, я ничего не понимал, что нам…

Какая глупость, какой бред, и все же меня не покидает ощущение полной нереальности происходящего. Я ворочаюсь, кряхчу, задыхаясь от напряжения. Сердце стучит так, словно я уже лет десять как вышла на пенсию и пережила пять инфарктов. Нехорошо. В конце концов мне все же удается сесть и оглядеться. Я сижу…

Намылся «столб», аж паром от него валит, выходит из ванны. А в ноздри бьёт запах: ей-ей, не наврала, паскуда, щами пахнет, домашними, что с сухариком да под водочку идут. Аж крякнул, то ли от восторга, то ли от смущения. И хозяйка розой алой пылает: то ли от мороза щёки не отошли, то ли от испуга,…

Алиса уселась на шаткую любимую табуретку и подумала про Асунту: с чего это девушка решила ее в гости пригласить «средь шумного бала, случайно». Когда-то они были очень близки… и бедны так, что делили один микрофон. Когда-то они работали в одной музыкантской команде исполнительницами характерных песен.…

Главного героя романа Филимона Сергеева так и зовут сакральным русским именем – Иван Кузнецов. Сюжет связан с Русским Севером – заповедником русской души. Еще русские славянофилы первой волны – Хомяков и его окружение – считали, что русская жизнь в своих исконных первозданных общинных формах лучше…

1947 [Уиту Бёрнетту] 27 апреля 1947 г. Спасибо вам за весточку. Не думаю, что мог бы сделать роман – у меня нет позыва, хоть я и думал об этом и когда-нибудь, наверное, попробую. Называться будет «Благословенный мастак», и он будет о рабочем из простонародья, про фабрики и города, про мужество,…

Вдруг из ниши, что была за статуей божественной обезьяны, неслышно возник Серебряный Человек. Несмотря на пронизывающий холод, который стоит в эту пору, он был совершенно наг, и тело его светилось, точно серебряная филигрань, потому что он был прокаженный, вроде того библейского, про которого сказано,…

Рядом с ним была девушка. Тоже стройная, тоже рыжеволосая. И даже смеялась приблизительно так же. Она увидела, что я смотрю на него и сразу же прислонилась ко мне. Сзади, сплетя руки у меня на груди. – Ничего не хочешь сказать? – спросил я. Она покачала головой. – О’кей. Настроение у меня окончательно…

Среди посетителей «Галереи» были и гости старшего поколения: известные журналисты, маститые критики, видные адвокаты, участвовавшие в ряде громких процессов, иногда – какой-нибудь некрупный олигарх, чье имя было на слуху благодаря неопасным для жизни скандалам; его любовница, она же победительница…

Коли хорошенько поискать, обязательно найдется тот, кто готов опустошить кошелек, приобретая не только то, чего нигде не сыскать, но даже то, чего представить себе невозможно. На окраине города, там, где улицы растворяются в пустырях, а пустыри жмутся к обрыву, там, где у кромки обрыва держат дозор…

– Вообще-то нет. Сказав это, я вспомнил перешептывание двух «земляков» – толстосумов на партсобрании о том, что неплохо бы ощипать некую ворону. – Тогда пойдем знакомиться… * * * В кабинете главного редактора уже сидели сам главный, фотограф и трое гостей. Первый – большой загорелый человек…

– Будешь завтракать? – Пойдем, посижу с тобой… Отец, приноравливаясь, обнял дочь одной рукой за шею, и она стала аккуратно поднимать его и пересаживать в инвалидную коляску. Отец очень похудел за последние два года и был легкий, он морщился, молча терпел боль, руки привычно взялись за колеса, и он…

— Да, я слышу, — откликнулась жена. Он подошел и встал в проеме кухонной двери. — Сейчас посмотрим, что они пишут. «Эйфель Александр Гюстав, французский писатель…» Писатель?… «(1832–1923), начал свою карьеру инженером, но стал знаменит изобретательными „естественно-научными“ описаниями будущего».…

Особое недоумение вызывает то, каким образом люди проводят свою с таким трудом доставшуюся жизнь. Большинство из них все время несчастны – причем эти несчастья они сами себе придумывают. Почему бы не радоваться тому, что ты – молодой, здоровый, можешь ходить, разговаривать, видеть все вокруг, наконец,…

– Да магазин вроде какой-то… – Не верно. Нет здесь никакого магазина. Здание в аварийном состоянии, его, скорее всего, будут сносить. Небритый мужчина бросил на меня недоверчивый взгляд и усмехнулся. Я потёр переносицу, посмотрел в окно. Мне захотелось сказать ему что-то ещё, но что именно и зачем…

– Ну и ну! – заметил мистер Брабант. – Мне кажется, я слышу бой барабанов. Мисс Лоуд, учительница другого шестого класса, которая стояла рядом с ним, хихикнула: – Миссис Дьюк сказала, откуда он? – Из Гвинеи, кажется. Или из Нигерии? Короче, из Африки. – Он ведь будет у вас в классе, верно? Лучше…

Лампатата тяжело вздохнул и покосился на компьютер. Вздохнул во второй раз и посмотрел на серые тучки в небе. Правда, на третий раз его уже не хватило. «Пора кормить собаку», – подумал он, и пошёл на кухню. Приготовил себе растворимый кофе, вернулся в комнату и включил компьютер. До следующего уровня…

– Сэр? – переспросил он. – Простите, – поник я. – Да нет, – пожал он плечами. – Ты почти угадал. Прищурившись, он вновь пытливо измерил меня с головы до ног. – Можешь называть меня Бароном, ребенок, – сказал он наконец благосклонно. Я удивленно покосился на него. – Барон? – почесал я за ухом. –…

К восемнадцати годам Грета превратилась в красавицу. Без изъянов. Небольшого роста, очень изящная, с осиной талией и крохотной ножкой, с прекрасным точеным лицом. Треугольные ноздри, миндалевидные серые глаза, небольшой чудесного рисунка рот. И волосы! Пепельные, пушистые, легкие и густые. Она их стягивала…

– Оля, садись в такси. Некрасиво заставлять людей ждать, – умоляла мама, а я тащила ее в сторону метро. Тогда оно казалось мне чем-то вроде Диснейленда, но мама не разделяла моего желания. – Поехали на метро! Я тебя умоляю, ну пожалуйста, ну поехали на метро! Иногда она сдавалась, и ей приходилось…