Проза

Как одна и та же жизнь в одни и те же минуты и рядом – для одних мучительно тянется, грозит опасностями, взбаламучена, непонятна, а для других всё весело и легко! Ярко горели лампочки, скатерти, правда, сильно замазанные посетителями, сварили им прекрасного шоколада, подали горячим да с бутербродами,…

Пропала ещё одна ночь. Лёжа в постели, придумывал аргументы и даже полуязвительные, как ему казалось, фразы, потом накидывал шинель на бельё, садился к столу – и ещё вписывал ровные чёткие убористые свои петельки, крупнеющие от сердитости. … Если армия втянется в политику, то не позже июня Петроград…

Первым удачным образцом германского пистолета-пулемета принято считать MP-18.1, разработанный Гуго Шмайссером и выпускавшейся фирмой Теодора Бергмана. Оружие отличала продуманная конструкция, а его механизм послужил предметом копирования со стороны многих оружейных конструкторов всего мира. Шмайссер…

Был поздний март. Нет, ранний апрель. И все еще так холодно! Почему ему не суждено было просто умереть или быть убитым? Сотни людей гибли каждый день. Неужели он должен был выжить в этом аду? Но для чего? На плацу Хумер повернул налево и прошагал к открытому пространству. Еще несколько бараков стояло…

Но отец был человеком из разлуки, ибо правду говорят, что сын воина и при жизни отца сирота. С детских лет запали в память прежде всего встречи и расставанья, потому что Оразан-батыр не сходил с коня всю жизнь, до своего последнего вздоха. Близ аула уцелел на дороге войны одинокий древний дуб. Он стоял…

Доспан у него единственный сын, как был единственным сыном Аманлыка и сам Жаксылык. Может, и прежде в роду шли единственные сыновья, да не знает жизнь своих предков Доспан. Счет ведет от Аманлыка, друга и сподвижника славного Маман-бия. Что было прежде, развеяли ветры. Ведь ничто не остается в степи…

Семен Богачев был человек твердого характера, человек в высшей степени энергичный и, что называется, широкая натура, и потому узкие рамки тульской деятельности оказались ему тесны; он задумал устроить что-либо более грандиозное, и вот его проницательный взор остановился на глухой, лесистой и многоводной…

Итак, диверсанты России. О них мы и до сих пор мало что знаем. Ну разве что партизанские диверсии на железных дорогах во время войны, подвиги Николая Кузнецова да одна-две ставшие известными в последние годы акции. Такие, как покушение на Троцкого, убийство Бандеры. Вот, пожалуй, и все. Имена? До…

Мария заметно успокоилась, по телу ее разливается что-то. – Внешне я, конечно, свинюшка, как Вы знаете… Но при этом у меня такой острый язвительный мозг, что я просто не знаю… – Классический случай горя от ума, – кивает Поликарпов. – Как страшна энциклопедичность Ваших знаний! – заявляет Мария.…

— Может быть, к старости изменились… — Горбатого могила исправит, — пробормотала донья Люсия. Алехандро послал ей улыбку «современного» человека, бесконечно далекого от обид, когда-то нанесенных в Новом Свете. — Ладно, постараюсь понравиться. — Постарайся, Алехандро. С тем, что дают тебе служба…

Только после рассказа М.Н. Толстого мне стала понятна суть той “ биографии ” Алексея Толстого, которую он, по настоянию Ященки, дал в “Новую русскую книгу”. В этой “биографии” Толстой не сказал решительно ни одного биографического слова о себе ». Как мы увидим дальше, в этих мемуарах очень много путаницы…

Не имею ни малейшего понятия, какие книги напишу я в будущем, даже какой окажется моя следующая книга. Мои замыслы, мои планы направляются самым ненадежным стимулом: я просто что-то набрасываю на ходу, выдумываю, уродую, деформирую, измышляю, изобретаю на пустом месте, преувеличиваю, путаю, корежу —…

— Вот! В четыре сорок, если, конечно, не задержимся… — Попутчица опять здесь. На этот раз она предусмотрительно накинула на плечи плащ. — Не задержимся. Быстро едем, без остановок… Девушка кивнула. И, подумав, добавила: — Меня Элли зовут. Странное имя, правда? Я представился. Некоторое время постояли…

Год за годом я сживался с его рассказами – пройденное им стало как бы и моим прошлым. Готовя уроки на завтра, я предвкушал за этим нудным занятием, как, улёгшись в кровать, буду, пока не усну, воображать себя белым добровольцем, сжимающим в руках драгунскую трёхлинейку или американскую винтовку «ремингтон»,…

Эта особенность галицийских националистов закрепилась на генетическом уровне, и поэтому они ненавидят Россию царскую, советскую, антисоветскую и всегда будут ненавидеть любую другую Россию. Те, кто игнорирует эту объективную реальность, ошибались и всегда будут жестоко ошибаться в организации взаимоотношений…

— Сколько раз звали тебя в министерство! — говорит она. — И потом, нельзя же всю жизнь строить, строить, строить! Ездить, ездить, ездить! Нужно стать когда-то руководителем, консультантом! Учить других. Советовать! Писать книги. Защитить диссертацию. Но папа не хочет быть руководителем и защитить диссертацию.…

Русский народ деморализован усилиями предавших его правителей и собственной пассивностью, хотя он единственная реальная сила перестройки по своей общественно-экономической роли, социальной структуре, многочисленности научных и инженерно-конструкторских кадров, мобильности. Деморализованы и миллионы русскоязычных…

Хотя нет, все же была одна женщина, которая берегла и верно ждала Леонида всю его недолгую жизнь. Она оказалась сильнее беспощадной публики. В этом было что-то непостижимо пронзительное, когда на руках этой пожилой женщины от всерьез разорванного сердца умирал Леонид Енгибаров. «Мама, налей шампанского!…

Ира в истерике. Я тогда еще не окончательно поселился у нее, жил на два дома (а у жены отдельная квартира, да и у моих родителей отдельная, так что коммунального опыта у меня никакого…) и все не мог понять: в чем дело? Я его даже, какмужчина мужчину, просил, угрожал, даже встряхнул пару раз - ничего…

— Просто ветер дует в другую сторону. — Но нет ведь никакого ветра! Разве ты чувствуешь ветер? — Здесь, наверху, нет. А там, внизу, дует ветер и относит звуки. — Да где ж он там дует? Смотри, как застыли под нами деревья. Ни одна веточка не шелохнется. — Да, похоже, и внизу ветра нет, — задумчиво…