Ужасы и мистика

– Но это необычный краб, капитан. – Необычный краб? – чтобы не упасть, Ларсен прислонился к стене. – Что ты несешь, парень? Крабы есть крабы… – Он очень большой, сэр. Очень. Наверное, фута четыре в диаметре. Его зацепили на глубине почти триста футов. – Покажи. – Казалось, к Ларсену вернулись прежние…

Углядеть ему удалось немногое — почти все пассажиры сидели к нему спиной, но он смотрел и подмечал небрежно повязанный шарф, прическу, конец нитки, торчащий из шва одежды. Одна из пассажирок то и дело теребила сережку в мочке уха. Пальцы другой женщины нервно подрагивали на ручке сумочки. Мужчина, читавший…

Конечно, мой лес никогда не был манящим или снежным — снега в Луизиане на Рождество не бывает никогда. Даже в северной Луизиане. Но было холодно (это значит, что было градусов тридцать восемь по Фаренгейту). [3] Но лес был определенно темен и глубок — и весь в тумане. Я обула свои рабочие ботинки…

Внук шмыгнул носом, не решаясь ответить. — Сморчком! Хлюпенькой поганкой! Да, не видать больше нашему роду славы Бессердечного Боба и Алекса Ненасытного! Георг посмотрел по сторонам и решительно зашагал через шоссе. Пит вцепился ему в локоть, не смея отстать и на сантиметр. Дорог он очень боялся, даже…

Снова дощатые тротуары за окном, снег и ветер навстречу. На следующей станции в салон вошли двое, один из мужиков держал в руках большие тяжелые коробки, второй же был сослуживцем Тихона, Никанором Петровичем. Увидев знакомое лицо, Петрович заметно повеселел и, сняв лыжи, уселся рядом. Мужик с коробками…

— Сообщите Герарду Доуву, — произнес незнакомец, ни на волос не изменив позы, — что завтра вечером, в этот же час и, по возможности, в этой же самой комнате с ним желает говорить минхеер Вандерхаузен из Роттердама. Разговор пойдет об очень серьезных вещах. Это все. Закончив свою речь, незнакомец повернулся…

Охотно верим, ибо за последние двадцать лет почтенная дама вряд ли слыхала более шести проповедей из уст других священников. Обитатели Голден-Фрайерса горячо обсуждали возвращение Тоби Крука. Доктор Линкоут заметил: — Должно быть, немало ему довелось хлебнуть. Высох, как вобла, а мускулы крепкие.…

— Хозяин. — А кто он такой? — Ни к чему вам это знать, — последовал бесцеремонный ответ. — Ну ладно, ладно, ты иди вперед, а я уж позабочусь о том, чтобы получить крышу над головой и ужин. — Как же, держи карман шире, — пробормотал мой собеседник, волей-неволей вынужденный стать моим проводником,…

Спустившись в расположенное в подвале университетской библиотеки хранилище редких книг, я долго искал глубоко заинтриговавший меня опус храмовника, однако добрых два часа усилий оказались бесплодными. Я уже намеревался уйти восвояси, проклиная свою неудачливость, как вдруг у выхода столкнулся с молодым…

Он запер гаражные ворота и, заметив за стеклами входной двери супругу, поспешил домой. Жена поставила на стол бутылку вина, что случалось нечасто. Она наполняла его бокал дважды. — Прости меня, — сказала она наконец. — Но ведь и ты должен меня понять. Он уже никогда не вернется. — Замолчи! — воскликнул…

Потом все смешалось: крики людей, чьи-то ботинки, боль в груди и руках, свет в глаза, мужчина с акцентом, пульсация в голове, словно ребенок раскачивает карусель. Кажется, меня вырвало. Затем я уснула. Это было первого апреля… Очнулась я в больнице пару дней спустя, чувствуя себя настолько ужасно,…

В процессе бросания и ловли животных они проходят определенные стадии. Сначала они нападают, потом сопротивляются, затем приходит покорность, за ней — отчаяние, а потом они умирают. Этот кот, видимо, находится в стадии сопротивления — время яростной драки прошло, и он ищет способ, чтобы нанести нам ущерб.…

— Я готова, — возвестила Рената. — О'кей, мама. Марио поставил коробку из-под обуви на ограждение и закурил еще одну сигарету. Заглянув вниз, Мелина увидела кота, растянувшегося на пыльных плитах, — этакий царственный рыжий тигр с белой грудью. Кот грелся на солнце, не обращая ни малейшего внимания…

Позвонить директору кладбища — обычно недоступному даже для работников его, Гулова, ранга, но в нынешней обстановке откликнувшемуся мгновенно — и собрать требуемую информацию было делом пяти минут. Когда Гулов внимательно сравнил числа, у него вдруг дрогнуло сердце. Интервал во всех четырех случаях составлял…

Рэчел взяла его за руку. — Милый, я думаю, глаза у них так рано еще не фокусируются, а кроме того, ей рановато переживать, надо ли ей по пути на филфак заходить на панель. — Физфак, — поправил Чарли. — В наши дни они взрослеют рано. К тому времени, как я разыщу ипподром, она может и вырасти. Господи,…

Класс удивился, что я смог написать столь увлекательную и не похожую на предыдущие историю. Не читал ли я Джеффри Хаусхолда? «Нет, что еще за Джеффри?» Оказывается, английский писатель, автор приключенческих романов, самые популярные из которых — «Одинокий волк» (1939) и «Ангел сумрака» (1960). В первом…

— Блин! — сказала Неалка. — Пардон! — сказал Гиви. Неалка поглядела на него, потом на широкоплечего красавца в шортах, который, ладно перебирая сильными ногами, спускался по тропинке. — Миша! Отбой! — крикнула Неалка, — Не спеши! Шею сломаешь и совершенно зря… Это не он! Но красавец уже ступил…

Когда они впервые появились у Мерлотта, я лишь чуть-чуть послушала их мысли — знаю, очень глупо с моей стороны. Но я устаю, как и любой другой, и хотя большую часть времени стараюсь ставить блок против чужих мыслей, которые всплывают у меня в уме, иногда я просто сдаюсь. Так я узнала о Раттреях кое-что,…

Нет. Просто… воспоминания. Какие воспоминания? О чем? Это как раз то, что надо. Фанаты рок-звезд и читатели «Идола» обожают всю эту бодягу. Как ты рос, где учился и все такое… смотри, а вот и Нью-Йорк! Я уже знаю, как опишу это в статье: «Город вздымался над черной водой, как гигантский кладбищенский…

— Как полагаете, встретится нам что-нибудь живое? — спросил Маспик, принюхиваясь. — Вряд ли, — кратко ответил Беллман. — Даже дикие вортлапы избегают Чаур. — Но в воздухе четко ощущается влага, — настаивал на своем Маспик. — Это означает, что где-то есть вода; а там, где есть вода, может быть и жизнь…