Чтение онлайн

– Ищет что? – спросила Тувессон.

– Мы дойдем до этого. – Утес сделал останавливающий жест рукой. – Но сначала я хочу спросить, заметил ли кто-нибудь из вас, как он некоторое время назад стоял в стороне у лотка с молодой картошкой и пристально смотрел на другого покупателя? А именно, на даму во всем синем, которая нюхала и ощупывала каждое манго, которое было в магазине.

– Да, точно! Я ее заметила! – сказала Лилья. – У нее даже очки синие. Но о том, что он делал, я не думала.

– А я подумал, и сейчас он делает то же самое. – Утес указал на подозреваемого, который стоял у холодильника с селедкой и наблюдал за другим мужчиной, который отошел от лотка с клубникой и поспешил к прилавку с мясом.

– И что тут такого? – спросила Тувессон. – Он просто стоит и смотрит на народ.

– Как я уже сказал, мне кажется, он ищет.

– Да, и мы это уже слышали. Вопрос в том, что он…

– Жертву, – отрезал Утес. – Он ищет следующую жертву.

В один миг атмосфера в кабинете изменилась. Никто из них не сказал ни слова, повисла абсолютная тишина. Фабиан и все остальные пытались проанализировать увиденное, приходя к осознанию того, что, возможно, в теории Утеса действительно что-то есть.

– Но подождите, – наконец сказала Тувессон. – Зачем ему искать свою жертву?

– Ладно, скорее не «искать», а «выбирать» – так будет точнее.

– Искать, выбирать, какая разница? – пожала плечами Тувессон. – Леннарт Андерссон ведь стоит за прилавком с мясом. Надо просто подойти туда, и он сразу его увидит.

– Я хотел сказать, что он пока еще не осознает этого. Я не думаю, что в тот момент он уже решил, кто это будет. – Утес вылил последние капли кофе из термоса себе в чашку. – Кроме того, Леннарт встанет за прилавок не раньше чем через три с половиной минуты. А теперь взгляните на это. – Он кивнул в сторону видеозаписи, на которой мужчина все еще стоял у холодильника. – Сначала я думал, что он стоит и выбирает, какую селедку взять. Но он занят отнюдь не этим. Он смотрит не на банки с рыбой, а на мужчину в белых шортах, который стоит рядом вместе со своим сыном.

– Подождите, разве это не Эрик Якобсен? – Тувессон повернулась к Фабиану, который кивнул.

Без сомнения, это был Якобсен и его сын Рутгер, по-видимому, совершенно не подозревавшие, что они рискуют стать следующими жертвами преступника. Значит, их пути пересеклись не только в деле Молли Вессман, но и в этом.

– Если все так, как ты говоришь. Что он там, чтобы выбрать новую жертву, – сказала Тувессон. – Что же тогда заставило его в конце концов выбрать Леннарта Андерссона, а не кого-то другого?

– Хороший вопрос. Честно говоря, понятия не имею. Может быть, ему просто кто-то из них не понравился или раздражал, откуда мне знать?

– Скорее я думаю, у него есть план того, как должно пройти само убийство, – сказал Муландер как раз в тот момент, когда подозреваемый достал что-то из правого кармана. Это что-то блеснуло на свету, прежде чем он закрыл предмет ладонью. – И на этом видео он просто ходит и ищет наиболее подходящую жертву.

– Тогда ему, вероятно, следует поискать у прилавка, а не во всем магазине, – сказала Тувессон.

– Или он просто ищет кого-то, кто сильно отличается от других жертв, – сказал Утес.

Тувессон кивнула.

– Фабиан, что скажешь?

Фабиан в этот момент думал о том, что подозреваемый только что вытащил что-то из кармана, но успел лишь повернуться к Тувессон, когда вмешалась Лилья.

– Минуточку, вы видите то же, что и я? – Она указала на подозреваемого, чья правая рука слегка дрожала. – Выглядит так, как будто он стоит и… играет в карманный пинг-понг.

– К сожалению, не думаю, что ему так уж весело, – сказал Утес. – Мне кажется, у него что-то вроде нервного тика. На видео он делает так несколько раз, и тогда можно увидеть, что рука свободна и не находится в штанах.

– Но, Утес, если я правильно тебя поняла… – вставила Тувессон. – Ты хочешь сказать, что он ходит по магазину и выбирает себе жертву совершенно без какого-либо мотива?

– Да, похоже на то. – Утес повернулся к Фабиану: – И это именно то, о чем ты говорил, верно? Что нет никакого мотива.

Фабиан кивнул, хотя даже для него самого это звучало странно. Но другого объяснения он найти не мог.

– Я просто не понимаю, зачем ходить по торговому центру и лишать жизни какого-то совершенно незнакомого тебе человека без какой-либо причины, – сказала Тувессон.

– Может быть, потому, что он думает, что это весело, и получает от этого удовольствие. По крайней мере, ты сказал именно так. – Фабиан повернулся к Муландеру.

– Я? Нет, когда я мог такое сказать? – Муландер покачал головой.

– Хорошо, но ведь сам выбор все равно должен был быть сделан каким-то образом. Есть мотив или нет. Я имею в виду, это же не могло быть случайностью.

– Как знать. Почему бы и нет? – сказал Муландер.

– Потому что что-то, очевидно, заставляет его выбирать эту жертву, а не другую, и если мы сможем понять, как это происходит, мы сможем выяснить, кто следующий. Что скажешь, Фабиан? Ты сегодня необычайно молчалив.

– Правда? – спросил Фабиан, в то время как его мысли снова вертелись вокруг того, что подозреваемый держал в руке на записи с камер наблюдения. Может, разгадка именно в этом?

– И ты туда же. – Тувессон повернулась к Лилье, которая сидела с полуоткрытым ртом и смотрела прямо перед собой. – Ты тоже давно уже молчишь. – Она наклонилась вперед и помахала рукой перед лицом Ирен. – Эй, я с тобой разговариваю.

Лилья пришла в себя, но повернулась не к Тувессон, а к Утесу.

– Ты можешь еще раз прокрутить запись?

– Конечно. С самого начала или…

– Нет, с того момента, когда он стоит у холодильника и поворачивается к мужчине с бородой.

– Конечно. Нет проблем. – Утес отодвинул ползунок, после чего запись начала воспроизводиться с того места, когда подозреваемый обернулся и посмотрел на человека позади себя.

– Остановись и увеличь его лицо.

– Ирен, я знаю, что ты имеешь в виду. Но это не поможет. Я уже пытался. – Он наклонился к своему открытому ноутбуку, навел курсор мыши на нужное место и увеличил лицо подозреваемого, которое было наполовину скрыто тенью под надвинутой на глаза кепкой. – Здесь, конечно, видна часть лица, и мне кажется, он откуда-то из Азии, но не больше…

– Это он, – Лилья встала. – Это он. Я его узнала.

– Кто «он»? – спросила Тувессон. – О чем ты?

– Он был у меня на допросе всего полторы недели назад.

Слейзнер только достал отмычку и собрался вставить ее в замок квартиры в Вальби недалеко от Копенгагена, как его телефон издал сигнал о том, что получено электронное письмо.