Чтение онлайн

И не важно, что организуется или даже самоорганизуется – отдельный человек, группа или сверхбольшая масса, на уровне планеты или даже целой галактики. Важно, что есть отправная точка, так сказать, «большой взрыв». Начало. Какое оно, это определение границы добра и зла в этот конкретный раз? Ответ всегда должен быть один: безотносительное.

Самый начальный пример – религия. Любая из них сплошь состоит из предустановок. Границ, которые определяют, что есть что. И главное, что со временем эти границы становятся не только «трактователями» (то есть через них мы получаем доминантное понимание) добра и зла, но и их «содержателями», то есть самим добром или злом.

И вот тут надо быть особенно внимательными, так как это не мудрецы, которые их постигли и изрекли трактовки, что есть добро и что есть зло. Это не люди, которые их записали. А это сами эти границы. Другими словами, Бога не было до тех пор, пока его не зафиксировали. И Бог перестал быть, как только подвергся фиксации19. И если заменить слово «Бог» на знания, мудрость и свободу (или любой другой термин или понятие), то, как только они подвергаются фиксации, они перестают быть.

Почему? Да все просто.

Первое. Одна мыслеформа может быть выражена не менее чем 10 словами. Второе. Современная наука признает факт своего незнания20. Третье. Мы не можем зафиксировать то, чего не знаем, но это не означает, что этого «незафиксированного» нет.

Как это связано и почему это доказывает вышесказанное? Все по порядку. Но сразу оговоримся, любителям прямой и плоской логики («оформившимся интеллектуалам») тут не место. Итак.

Первое. Мы не можем стройно зафиксировать свои мысли, так как никто практически не учит нас, как это делать21. Или, точнее, мы сами этому не учимся. Именно поэтому хаотичность мыслей порой приводит к хаосу слов или дел и даже всей жизни. Самое простое подтверждение можно найти в искусстве22. Второе. Наши знания ограничены довольно поверхностным слоем, доступным для того уровня развитости сознания, который мы имеем на каждый единомоментный период – сейчас. Однако это не ограничивает наши потуги дать объяснения всему без исключения, хотя всего мы как раз и не знаем. Именно ощущая, чаще всего неосознанно, всю «глубину глубин» знания, мы страхуемся. И тут соединяемся с первым. Описываем то, что можем, теми словами, какие знаем, фиксируя те мысли, которые успеваем осознать, в каждый единомоментный период – сейчас. Тем самым мы производим фиксацию. Но так мы фиксируем наше, и только наше, знание. Но не знание вообще. Таким образом, подтверждаем третье.

Следовательно, когда мы фиксируем (что бы то ни было), оно (фиксируемое) существует уже и для нас. А когда мы это зафиксировали, мы это ограничили рамками своих возможностей восприятия, понимания, уровня развитости, а точнее «недо-»23.

Хорошо, а как это относится к нашей теме? Просто. Добро и зло. Рамки. Границы. Устои. Это то, что устанавливаем мы. Тот самый знаменитый общественный договор, на основании которого продолжает функционировать наше организованное (нами же) все. То есть границы, рамки, зло и добро. Мы так решаем и с этим соглашаемся. Хотя зачастую мы валим все на стороннее лицо, иногда называя его Дьяволом, но чаще Богом.

Хотелось бы сразу напомнить, что в современной психиатрии подобные действия могут классифицироваться как расстройство личности. Точнее, как параноидальная шизофрения, а в современной педагогике – как уход от чувства вины. И понятно, что это крайние рамки описываемого нами вопроса, но это одновременно и есть самое сильное доказательство нашей правоты, так как именно взаимодействие внутреннего и внешнего «через» и посредством границ и рамок зла и добра и есть наша «глобальная» проблема.

Этот момент еще долго будет проблемой, так как еще долго будет иметь место проблема свободы, выражаемая желанием выйти за границы и рамки. Особенно если они внешние, а не внутренние, то есть не выработанные и не осознанные. Особенно если эти границы установлены первоначально как временные, но уже стали мешать внутри накопленному пониманию, знанию, да и мудрости. И это накопление всегда будет вступать в конфронтацию с любыми рамками, границами и последовательно со злом и добром в установленных, зафиксированных формах. Нами же и зафиксированных изначально.

«При чем тут предательство и „5-я колонна“?» – резонно спросите вы. Все просто. Мы с вами определили, что существуют различия, разграничивающие оппозицию и предателей. Да, мы пока не определили, что есть границы этого, и потому не можем сказать, что есть что. Однако у нас уже есть понимание, что присутствует разграничение подобных понятий для каждого отдельного уровня единомоментного периода – сейчас. И, следовательно, любые дальнейшие действия, будь то мысли или акции воздействия, личное отношение и т. п., все это есть и будут последствия тех границ, в рамках которых сформировано определение того или иного понятия, явления, факта или события. И уж тем более это касается морально-этических принципов, которые, благодаря огромному влиянию определенной культуры, внедрены полностью во все стороны жизни24. То есть наши представления, сформированные в ходе социализации (большой и малой) помогают или мешают нам в определениях, что есть что, в каждый единомоментный период – сейчас.

Следовательно, то, что мы или любые другие они считают одним, мы или любые другие они могут считать другим, и что самое поразительное, так и считают. Соответственно, то, что для нас предательство, для других нет. Может быть, нет. Почему «может быть»? Потому что для них существует принятая ими система координат ценностей и того, что люди привыкли называть моральными императивами, социальными и культурными парадигмами и установками общественной системы. И в этом конгломерате, который принято называть системой, существуют вполне жизнестойкие, в плане времени и культур, точки преткновения, ломающие все благие намерения в процессе достижения всех целей, всех изменений и улучшений.

В конце книги есть таблица, в которой приведено процентное соотношение социально-психологических типажей. И если проанализировать причины такого соотношения, например, «нелюдей» и «людей» в разные временные промежутки, то вполне осмысленным становится понимание, что уровень развитости или недоразвитости, уровень воспитания и формирования, научения, обучения, а главное, вектор направленности всех этих процессов в разные временные эпохи был разным.

И эти различия диктовались простыми потребностями живущих и существовавших в те времена жителей планеты, которые формировались, в свою очередь, под влиянием социокультурных нормативов, установок и принципов общежития. С обязательным условием: все эти нормативы и установки не должны были раскрывать целей, а служить только задачами и руководством к действиям. Главное, чтобы никто не смог бы понять главные цели, и тем самым не нарушил бы систему угнетения одних другими. И не важно, что сегодня они сильнее, а завтра наоборот. Не важно, что сегодня идеи и ценности одних привлекательнее, чем идеи и ценности других.

Всегда, во все времена, во всех культурах, везде во вселенной существуют базовые и потому непреложные принципы, которые и регламентируют все без исключения. И если идущие от них нормативы и установки искажаются (намеренно или случайно), любая подобная система будет подвергнута саморазрушению25. Избежать этого сможет только коммунистический социум, в котором единственными регламентами выступают «НАД»-законы26. Их еще можно весьма условно определить как «законы космические». Они существуют вне зависимости от нашего или чьего-либо знания или невежества. Эти «законы» существуют вне пределов пространства или времени. Поэтому они часто становятся основами морали, культуры и еще чаще религии. Спорить с ними довольно трудно на любом уровне личностного или группового развития. Подобные «законы» и законами назвать сложно, так как они мало нуждаются в собственной фиксации. Но их фиксирование остальными может помочь более правильному всему. И потому более правильно их назвать принципами. Они четко делятся на те, которые идут от главного и основного принципа – ЖИЗНЬ, так как либо поддерживают, пролонгируют и распространяют жизнь, либо мешают, ограничивают, или вовсе прекращают ее, и тем самым идут от противоположного принципа – СМЕРТЬ.

Предательство относится к этим (последним) принципам.

К подобному уровню непреложности также относятся принципы-понятия «быть»27, «нежить» (не путать со смертью), «есть»28 и ряд других.

Следовательно, мы можем четко понимать, что есть предательство и то, что оно никак не может быть оппозицией, или, во всяком случае, мы можем определить эти различия максимально полно. Да, есть корни, психологические корни прежде всего, которые, возможно, где-то, как-то и несут общие черты, однако это более связано с общим недоразвитием людей, о чем мы уже частично упоминали в «Коммунизм ver. 2.0», чем с похожестью этих явлений. Однако подобного, на наш взгляд, уже нельзя сказать о «5-й колонне». Так как понятия и явления предательства и «5-й колонны» уже более схожи как по внешним, так и по внутренним характеристикам.