Чтение онлайн

Как научиться быть верным

Верность – не столько качество, сколько поведение, следовательно, этому поведению можно научиться.

Развитие. В развитии человек совершенствует все свои лучшие качества и обретает все новые возможности. Это справедливо и по отношению к верности.

Ответственность. Если человек добровольно взял на себя некое обязательство – выполняя его и преодолевая трудности, он учится быть верным себе и своему слову.

Семейный уклад. Быть хорошим примером для подрастающего поколения, для собственных детей можно, только если быть верным интересам семьи. Такое положение дает сильный стимул для сохранения верности.

*** *** *** *** ***

Как много в этих строках возможности для лжи, помогающей и поддерживающей существование «5-й колонны», и одновременно для базиса обмана практически любой сверхбольшой массы людей. Ведь именно несформированность, необразованность, необученность, ненаученность – все то, что составляет основу простого людского общества, иными словами, недоразвитость до уровня человека, – всегда будет ставить обычного «людя» на грань предательства в каждый единомоментный период – сейчас.

На этом основании, верность в настоящем глобальном планетарном капитализме всячески нарушается и насаждается «неверность». В силу того, что с предателем можно делать все. Абсолютно все. И никто не сможет ничего этому противопоставить. Так как предательство, согласно некоторым религиозным воззрениям, есть второй из двух смертных грехов, который никогда никому не прощается44.

А совершив предательство, мы не сможем апеллировать к своей необразованности или несформированности. Ведь существует правило-закон «незнание закона не освобождает от ответственности» («Ignorantia non est argumentum» / «ignorantia legis non excusat» / «ignorantia juris nocet, ignoratio facti non nocet»).

И всем плевать, что мы с вами простые люди и необразованны, – не повезло.

Всем все равно, что мы не сформированы – плохие наследственность и семья45.

Никому нет никакого дела до того, что мы не обучены – лень, социальная среда, бедность, да просто не до того46.

Все люди всегда, даже в младенчестве, вольно или невольно могут совершить предательство (у «нелюдей» и «оформившихся интеллектуалов» это основа существования). И на основании этого мы всегда уверенно скажем, что нас – «ДА», предавали. А мы – «НЕТ», мы что угодно, так сложились обстоятельства, ситуация, от этого зависела наша или не наша (что есть более сильное оправдание) жизнь, мы не могли поступить иначе, иначе было бы гораздо хуже (прежде всего нам, а потом уже остальным (ну в этой ситуации что выгоднее)) и так далее.

Может, поэтому никто не смог взять камень и кинуть его после слов товарища И. Христа: «Кто без греха, пусть первым кинет камень». Даже если это и вымысел все про товарища Христа. Но сможет ли кто из простых обывателей, «людей», кинуть камень теперь, если он не предатель?

Не сделать этого сможет разве что человек. Или тот «людь», у которого уже нет пространства в душе для любого проявления и базирования, любой не человеческой эмоции или модели поведения как вовне, так и внутри себя. То есть те, кто может действительно проявить верность, или ту веру, которая помещена в тех, кто смог доказать, что он человек, а не просто гоминид, с которым можно делать все, что хотят «Homo sapiens(ы)» и «оформившиеся интеллектуалы», даже хотя бы в виде обстоятельств череды случайностей или непреодолимых событий, именуемых судьбой, роком или даже Дьяволом или Богом.

И после столь долгой преамбулы начнем мы именно с рассмотрения, сравнения и, возможно, даже понимания отличий именно «5-й колонны» от оппозиции.

Оппозиция в отличие от «5-й колонны» практически всегда институционализируется. То есть оформляется институционально вплоть до общественного движения или политической партии, которая потом и выступает организованно либо против господствующей партии, либо против мнения, которое поддерживается большинством. Мы не можем гарантировать, что подобные выступления всегда имеют позитивный характер для систем, как утверждают различные теоретики институционализма. Отсутствие этой возможности закреплено нами в процедуре фиксирования события, то есть в самом выступлении против. В силу того, что всегда можно попасть либо под действие санкции предательства, либо под более мягкий процесс социально-политической или иной сецессии. Или отступничества.

Именно этот факт приводит к следующему сравнению: в различных политических системах оппозиция играет разную роль, в отличие от «5-й колонны», которая играет только одну – деструктивную.

При тоталитарном правлении власть, уничтожая всякие самоорганизующиеся группы, тем более стремится подавить в зародыше саму возможность организованной политической оппозиции.

При авторитарном правлении оппозиция подвергается преследованиям, так как рассматривается властью как угроза для себя и для стабильности существующего режима и подается официальной пропагандой как некое антигосударственное явление.

В условиях демократии оппозиция является важной составной частью политического процесса, для нормального функционирования которого необходима ротация партий у власти. Так, в Великобритании и ряде ее бывших колоний лидер крупнейшей оппозиционной партии (то есть партии, занявшей второе место на парламентских выборах) получает королевское жалованье на уровне министра, так как считается, что он исполняет важную для общества и государства функцию; эта партия именуется «оппозицией Ее Величества» и формирует так называемый теневой кабинет, «министры» которого заняты отслеживанием и критикой правительственных мероприятий по своим направлениям и разработкой оппозиционных программ по ним. В случае прихода этой партии к власти они, как правило, автоматически занимают соответствующие места в правительстве.

Идеи, высказываемые в рамках современной политической теории, явно ограничили поле своего действия в рамках «проамериканского» институционализма, фиксируя позитивную роль оппозиции, так или иначе. Но только оппозиции.

У «5-й колонны» подобной позитивной роли быть не может хотя бы в силу того, что она («5-я колонна») так и не проявляется. Во всяком случае, до тех пор, пока не вступает в действие какая-либо ее организация в виде политического института, то есть в момент, когда «5-я колонна» институционализируется. Другими словами пока не происходит ее фиксирование – ограничение. Вот именно этот момент и есть камень преткновения для «5-й колонны», ведь ведущим фактором участия каждого лица в этом процессе является неосознаваемая жажда не трактуемой свободы. Именно в силу этого «5-я колонна» как явление в социально-общественном плане сравнивается с движением хиппи или даже хипстеров. И поэтому основным движущим процессом в действиях «5-й колонны» всегда является деструкция47.

Мы не будем отвлекаться на обоснование неправильности подобного сравнения, а лишь обрисуем момент неосознанности свободы. Это особенно важно понимать, так как именно в силу этого момента трактовка свободы в современном людском обществе не может быть сформулирована до такой степени универсально, чтобы подходить всем и каждому и не быть очередной иллюзией или, даже хуже, обманом и ложью.

Момент неосознанности свободы проявляется именно в отсутствии четких контуров самой свободы, которые настолько размыты, что естественно воспринимаются как вседозволенность. Но даже у хиппи и хипстеров есть свои кодексы. Не писаные правила, но «законы», зафиксированные самими этими явлениями социальной и абсолютно аполитичной жизни. И потом, рассматриваемые нами рамки и стремление выйти за их пределы не есть избавление от контуров вообще. А иначе как вышедший за пределы сможет понять, что он уже за пределами? И за какими именно? Например, лицо выходит за пределы (как это лицо считает) искусственно навязанных ему извне рамок и границ. В подтверждение этого данное лицо производит маркер, дающий этому лицу право заявлять, что то или иное действие, событие или хотя бы возможность этого действия или события и есть свобода. Однако тем самым это лицо вносит контур, который становится рамкой, границей, пусть со временем, порой очень даже непродолжительным. Даже если вносится своеобразная, даже относительно новая трактовка добра и зла в контексте данного лица или даже группы лиц.

В свою очередь, эти контексты и трактовки становятся границами, которые начинают лишать свободы всех, не знакомых с первоисточниками каждой новой трактовки. Зачастую эта обширная категория объявляется врагами свободы и ведущих «трактователей» добра, так, за компанию. В массовом порядке и намеренно распространяется или прививается подобное чувство-ощущение всем тем, кто не согласен с подобными трактовками и установлениями свободы. Тем самым вносится основание для существования хорошо известного социальным психологам закона «мы – они». В результате обострения разграничений между «мы» и «они» начинают использоваться законы и правила системы, по которым четко можно определить, кто есть кто, «мы» или «они». Постепенно подобные действия неизбежно приводят к жизни еще один постулат общественности – «кто не с нами, тот против нас».