Чтение онлайн

— Бери Юльси и улетайте, — велела я, опуская стекло. — Я сама выберусь.

Вампир отшатнулся от солнечного света, закрыл рукавом лицо. Ну да. День же. Я не подумала как-то… Вода уже начала просачиваться через дверцы. Кровосос подобрал ноги повыше, напряжённо наблюдая за локальным наводнением.

— Ты плавать умеешь? — уточнила я.

— Нет.

Час от часу не легче! Да откуда ты взялся такой на мою голову?

— Всё равно: ныряй, — велела я. — Как-нибудь догребёшь, а если нет, то утонешь с тачкой.

Разблокировала двери, перебралась на заднее сиденье, схватила Юльси в охапку, с силой распахнула уже наполовину утонувшую дверь и нырнула, оттолкнувшись ногами от «Шалунишки». Вода, хлынувшая в автомобиль, поволокла меня было обратно, но я в несколько взмахов хвоста преодолела образующийся водоворот, рванула вверх и, держа Лицо Юльси над поверхностью, поплыла к берегу.

Да, естественно, я превратилась в русалку.

На моё счастье, это был заросший ивой берег неподалёку от проспекта Двао, а не гранитные набережные, в которые по большей части закована Евна. Вытащив Юльси на мелководье, докуда только смогла проползти с хвостом по илу, я обернулась. Автомобиля над водой уже не было. Евна волновалась, отсвечивала лазурью под лучами полуденного солнца. Темноволосой башки вампира тоже нигде не наблюдалось.

— А-а-а! — завопила я. — Сожри мои тапки ёж, да что ж такое-то?!

Забила хвостом, завихлялась и кое-как смогла отползти к глубине, благо мелководье довольно круто уходило вниз, нырнула и поплыла туда, где могла сейчас находиться утонувшая «Шалунишка». Ближе к центру реки всплыла, набрала побольше воздуха и снова нырнула.

Евна глубокая. Очень. А я хоть и метаморф, но не русалка: нет у меня ни полноценных жабр, ни воздушного пузыря. Ничего, кроме удобного хвоста и перепонок на пальцах.

В первый раз донырнуть до дна у меня не получилось. Во второй я увидела что-то смутно зеленеющее. В третий удалось заглянуть в раскрытую дверь.

Салон был пуст. Я подхватила свою сумочку и всплыла вверх. Отдышалась. Лёгкие пекло. Мышцы ныли от холода и давления глубин. Резало даже глаза: вода в реке не была особенно чистой, а очков против песка… О! Точно. Удерживая себя на поверхности хвостом, я кое-как залезла в сумку и спустя несколько минут всё же нашла очки для плавания. Нацепила, и мир сразу позеленел.

— Эй ты, паразит мёртвый! — завопила я. — Если это шутка, то я так не шучу!

Наверху пролаяла чайка.

Видать, не шутка. Выпал он, что ли? Я снова нырнула на дно.

Раз на десятый, когда мне уже начало казаться, что в горле и лёгких прорастают жабры, я заметила тёмное длинное узкое тело, запутавшееся в водорослях. Подплыла, подхватила под мышки, ударила хвостом и устремилась наверх. Он был неподвижным и очень холодным, это даже в воде ощущалось.

Утонул! Всё же утонул. Слишком поздно, чтобы реанимировать.

Чёрт! Чёрт! Жопа единорожья! Я убила человека! Ну, технически, он не человек, но… Жопа. Я — убийца. Меня затрясло, и будь у меня обычные ноги, их бы скрутило судорогой, но ног у меня не было, а рыбий хвост судорогой не сводится.

Едва лишь искажённые в воде зелёные лучи солнца оповестили нас, что поверхность близка, неподвижное холодное тело вдруг задёргалось в моих руках.

— Буль-буль? — переспросила я и спохватилась, что выпускаю остатки кислорода.

Он жив?! Но как?!

Подлюка попытался выскользнуть из моих крепких рук, я вцепилась в его длинные волосы, как и подобает делать спасателям утопающих. Однако вампирище, рискуя оставить скальп в моих пальцах, упорно не хотел наружу. И тогда до меня дошло: солнце!

Выпустивя утопленника, всплыла, рвано выдохнула, вдохнула поглубже, снова нырнула, догнала его, медленно погружающегося на дно, подхватила и поплыла к берегу. Такую манипуляцию мы с ним проделали ещё пару раз, а на мелководье я просто положила парня на дно, в человеческом теле вышла на берег, достала из сумки платье, то самое, алое, стянула рубаху орка (его штаны давно соскользнули с хвоста и утонули), оделась, вернулась, замотала голову ночной твари рубахой и потащила на берег.

Вышел он самостоятельно и тотчас бросился в ивы, замер там в густой тени, скинул орочью рубаху с головы, убрал с лица мокрые пряди и уставился на бледные руки, всё ж таки прихватившиеся ожогами. Я вытащила бессознательную Юльси, уложила на траву и отыскала пульс. Бьётся. К счастью.

Меня затрясло от осознания пережитого.

— И что дальше? — полюбопытствовал кровопивец.

— Не знаю, — грубо огрызнулась я, клацая зубами, опустилась на корень дерева. — Свою часть договора вы выполнили. Можете кусать.

Надо было, конечно, извиниться, но на глаза наворачивались слёзы, нос подозрительно заполнялся соплями, а лучшее средство против слёз и нытья — злость. Моя «Шалунишка». Моя красавица. Битая, семь раз перекрашенная, задёшево купленная, но такая родная! И…

Ужасный. Мы перешли ему дорогу.

Чтобы не думать обо всех этих ужасах, я посмотрела на бледного вампира и вежливо уточнила.

— Как вы не утонули? Вы же на дне провели полчаса или больше. Должны были умереть.

Он растянул губы в подобии улыбки:

— Мёртвый умереть не может, — пояснил высокомерно.

А ну да, точно. Так то после обряда инициации ночные твари считаются мертвяками, но я не думала, что в буквальном смысле.

— Тогда почему сами, своими ножками не выбрались? — огрызнулась снова. — Раз уж плавать за тысячу лет не научились, можно было бы топ-топ, топ-топ.

Вылила из сумки воду и принялась искать нюхательную соль. Уж слишком долго Юльси без сознания.

— Когда окружающая температура опускается, — терпеливо пояснил вампир, — мы впадаем в анабиоз.

— Ясно.

Только сейчас я смогла нормально его разглядеть. С виду совсем молодой. Ужасно высокий, ужасно худой. Я бы сказала: худющий. Тёмные волнистые волосы клином начинаются ото лба и спускаются чуть ли не до поясницы. Глаза небольшие, взгляд внимательный. Нос почти прямой, изгиб губ выразительный, уши чуть вытянутые, но меньше, чем у эльфов, почти человеческие такие уши. Пальцы длинные, как у музыканта или карманника. Ну и дурацкий длинный, ниже колен, камзол, с раструбами рукавов, обшитых галуном, с золотыми пуговками и вот этим всем. Старомодная жилетка, чёрная рубашка со стоячим воротничком. Брючки и… туфли с пряжками. Нет, ну милота же на каблучках! И как только не соскочили в воде? Клеем, что ли, приклеены?

Я наклонилась к Юльси и сунула ей поднос соль. Девушка чихнула.

Так, отвезу овечку к её маме, отпущу тётю Нуси раньше срока и — спать. Горячий душ, мёд, ватное одеяло. М-м-м!

А, ещё кровь надо сдать.

Я обернулась к вампиру:

— Моя кровь — твоя, но, понимаешь, если я сейчас лишусь литра, то вряд ли смогу домой дойти. Давай мы встретимся с тобой завтра? Или послезавтра? Я человек честный, все долги отдаю. Живу на Лавовой… хотя… у тебя есть звонякалка? Я тебе просто скину…