Чтение онлайн

— Жри это сам, — фыркнула дерзко и громко. — А я хочу суши, а не эти ваши липкости!

Гарр удивился, поморщился. Оглянулся на родительницу, но та разговаривала с директрисой. Тогда юный дракон не нашёл ничего лучшего, чем пихнуть подарком в меня. Я молча ударила парня по руке, и тело будто дёрнуло током. Мир полыхнул, взорвавшись болью, я отпрянула и упала на пятую точку.

Как ни удивительно, Гарр тоже упал.

К нему тотчас подбежали охранники, меня моментально скрутили, и тут:

— Посмотрите! — завизжал кто-то рядом, кажется, преподавательница этикета, тыча рукой в мою руку.

Я невольно скосила глаза и обнаружила повыше левого запястья пылающую татуировку: зелёный дракон, кусающий розу.

Перевела взгляд на охреневшего Гарра.

— Нет! — выдохнули мы единодушно.

И нас, конечно, поженили. Не в тот же день, разумеется, а спустя пару лет, когда я достигла возраста совершеннолетия. Я орала, швырялась всем, что попадало под руку, грозилась устроить скандал на церемонии, поэтому женили нас заочно. В случае появления метки истинной пары такое вполне допускалось: ведь после обнаружения этой проказы у «истинных» выбора уже не было.

Со временем наша искренняя антипатия друг ко другу угасла, и мы научились разговаривать. Сошлись на том, что держим нейтралитет и сосуществуем под одной крышей. «Мне плевать, сколько любовниц у тебя будет, — сказала я. — Но не води их в дом, в котором, раз уж так случилось, я живу».

Тририхи сделали было попытку втянуть меня в свой бизнес, но… Не хочу быть чьей-то игрушкой! Не хочу быть принадлежностью какого-то рода, приживалкой за столом богатеньких дракончиков. Я решила пойти своим путём. К чести Гарра, наблюдая за моими падениями на ровном месте, когда, снова и снова уволенная, я возвращалась, орала и крошила посуду, он предложил мне просто сидеть дома, на его обеспечении, или учиться. Но…

— Я сама заработаю деньги на свою учёбу! — вопила я.

А потом сидела и рыдала на кухне. Ну почему? Почему стоило мне отработать испытательный срок, и меня сразу же увольняли?! Ночью на кухню ввалился мой дракон, притащил целый ящик суши, и хриски, разлил его по стаканам, и мы выпили.

— Это всё мой отец, — сумрачно пояснил Гарр. — Дело не в тебе.

Собственно, с той ночи между нами и установились вполне себе приятельские отношения, а я решила, что должна работать на себя. Всё равно ведь при официальном оформлении работодатели неизбежно узнавали, чья я жена и невестка, и под страхом прогневать олигарха Тририха, пусть дальнего, но родственника императора, меня увольняли.

Я долго перебирала разные варианты: клининг, дизайн, прогулка с животными, магазин подарков, экскурсии по Психербургу и так далее, пока не поняла: надо использовать тот дар, что я получила от рождения. Так и появилось агентство «А в пятак?», не имеющее в Арусии аналогов и, значит, конкурентов.

Мой кабинет (он же гостиная, приёмная, столовая и спальня) находился на втором этаже. Впрочем, Гарр называл его мезонином. Пижон-дракон. Я бросила сумку на ветхую тумбочку, купленную мной лично на барахолке, плюхнулась в скрипучее вертлявое кресло, забросила ноги на стол, подтянула умняху, открыла и, когда экран замерцал, быстро набрала: «Юльси. Код 9».

Погнали.

Прежде, чем взять дело в работу, я всегда досконально разбиралась во всех нюансах её жития-бытия. Итак…

Юльси была очень послушной девочкой. Мамина радость, гордость учителей. Районные олимпиады по литературе, городская олимпиада, губернская… А после победы в губернской в туалете к Юльсе подошли две девочки, занявшие второе и третье места, и, мило улыбаясь, пригрозили:

— Победишь в Психербурге, тебе не жить.

И для наглядности порвали ей юбку и срезали прядь волос, причём долговязая держала, а маленькая задорно резала. Юльси, конечно, никому не рассказала о произошедшем, ведь, понятное дело, девочки только разозлятся.

На императорскую олимпиаду Юльси не поехала. Рыдала весь день так, что к вечеру подскочила температура, и мама вызвала скорую. Фельдшер — массивная и пухлая женщина с уставшими глазами — прошла в комнату, не разуваясь, брезгливо коснулась лба гимназистки пальцем и сурово отчитала мать:

— Вы понимаете, что пока вы дёргаете нас по всяким детским капризам, где-то человек может умереть? Дайте ей что-то жаропонижающее. И ремня.

Давать дочери ремня Августа Паровна не стала. Сидела и гладила по рукам, пока дочка металась в жару. Вызывать другую бригаду мать тоже не рискнула: вдруг рассердятся? Девиз таких людей: «надо быть тихой и незаметной, авось тогда и не обидит никто». Дочку Августа Паровна растила по тем же принципам.

Срабатывало это, конечно, плохо. Юльси не то, чтобы буллили в школе, скорее просто использовали как безотказную служанку.

— Юсь, принеси мне пальто. Ты же всё равно в гардероб будешь стоять…

— Юсь, ты домашку сделала? Да, конечно сделала! Кого я спрашиваю! Дай списать… Ой, много. А перепиши мне в тетрадь сама, осюшки?

— Ю-ю-юсь, юсь! Ты мой вариант решила? — и ручкой под лопатку тыц-тыц. — Как это «нет ещё»?! Мне что, последней работу сдавать?

Я пролистнула несколько страниц. Столько раз сталкивалась с такими людьми, как Юся, что мне казалось: я читаю одну и ту же книгу по кругу. И всё же мне нужны были конкретные факты. Ага. Вот и он, муж. Ну тут тоже ничего удивительного: любимая преподавательница в университете сосватала своего сынка. При этом Юльси нравился другой молодой человек, но… «Юсенька, Антроп тебя так любит! Он похудел, побледнел… Не ест совсем. Ты же не будешь издеваться над мальчиком?»

Конечно, Юльси уступила. Нельзя ж мучить влюблённого парня, верно? И конечно пока Антроп искал работу, верная жена содержала его, работая как проклятая на двух работах. Даже диплом умудрилась защитить.

А потом случилась… проблемка. Юльси забеременела.

— Твои суши.

— Д-да-да. Поставь на стол, пожалуйста.

Гарр хмыкнул. Прошёл, поставил передо мной две картонные коробочки. Огляделся.

— Слушай, давай я подгоню грузовик и отправлю всё это на помойку? А тебе купим нормальную мебель.

Я сердито глянула на мужа:

— Только попробуй! Она денег стоит, между прочим! И я её купила недёшево.

— Да ну?

— Ну не все рождаются с золотой ложкой в заднице, уж прости. Некоторые ещё и работают. А некоторые садятся сверху и едут за счёт других.

— Ты обо мне? — безмятежно поинтересовался дракон.

— Нет. Ты как сядешь, так раздавишь. Просто так. Вы, мужики, такие сволочи порой. Прикинь: он пальцем не пошевельнул даже когда она забеременела! Зато, выйдя в декрет, девушка обнаружила чем таким важным занимается отец её ребёнка, пока она зарабатывает им на жизнь!

Гарр присел на краешек стола. Стол закряхтел. Дракон испуганно поднялся. Отряхнул задницу.

— И чем?

— Танчиками. На умняхе, которую купил на её деньги!

— Ну и дура.

Я покосилась на него. Сморщилась:

— Ацстань. У вас всегда бабы виноваты. По щам мужику надавала — дура. Не надавала — тоже дура.

Встав, сложила умняху, убрала в сумку и принялась одеваться. Вечером холодало.

— Поедешь клиентку от мужа спасать? — полюбопытствовал дракон, глядя, как я натягиваю капроновые колготки.