Чтение онлайн

— Что ты, птичка. Я даже поблагодарю его, если когда-нибудь увидимся. Может быть, только благодаря ему мы с тобой встретились.

— Встретились мы все благодаря лабиринту, — прервал ненужную перепалку Гортез. — Я думаю, мы уже достаточно попользовались его гостеприимством, пора добираться туда, куда все мы, собственно, собирались, а именно — в Академию.

— Есть предложения? — с издевкой спросил вампир.

— Конечно. Вы все замрите и постарайтесь ни о чем не думать. А ты, Ясианушка, слушай. Закрой глаза и слушай. Только ты можешь услышать, есть ли здесь еще кто-нибудь, кроме нас.

Поскольку других предложений не поступило, то решили последовать совету Гортеза. Ясиана закрыла глаза и открыла мысли. Она стала слушать. Немного отвлекал шум мыслей, все же прорывающихся от ее спутников, особенно от Розенга, которому была неподвластна магия мысли. Пришлось накинуть на каждого, кроме Шаати, пользовавшейся амулетом, по ментальному шлему. На периферии сознания послышалось сдавленное фырканье — кажется, ее шлемы опять больше были похожи на ведра, ну да ничего, потерпят. Только после этого вокруг установилась полная тишина, и Ясиана стала слушать.

Поначалу ничего не было слышно. Тогда она встала и пошла. Сначала шла наугад, произвольно сворачивая в коридоры, потом все больше полагалась на чутье, пока в какой-то момент не услышала слабый ментальный отголосок. Тот, кто был за толщей скал, уже ни на что не надеялся, он лениво перекатывал тяжелые мысли, которые и мыслями уже назвать было нельзя. Ясиана ускорила шаги. Она была уверена, что друзья идут за ней. Идти пришлось довольно долго, то ускоряя шаг, то останавливаясь, а то и вовсе возвращаясь назад. И все же тактика, предложенная Гортезом, дала свой результат — за очередным поворотом они увидели человека, сидящего у стены. Его голова была откинута назад, а глаза прикрыты. Это была та самая гордая красавица, которую они повстречали с Растеном почти неделю назад. Только в каком она была состоянии. Камзол был утерян, рукава дорогой шелковой рубахи пообтрепались. Когда-то бежевые брюки потеряли свой первоначальный цвет. Цвет фарфорового личика отдавал синевой. Шикарные волосы были кое-как собраны в простую косу.

Ясиана бросилась к несчастной. Ясно было, что той срочно нужна помощь.

— Тедор, мы должны помочь, — позвала она спутника.

— Ты обещала нам необыкновенную красавицу, а нашла потрепанного эльфа, — возразил вампир.

— Это и есть Наитинэль.

За спиной послышался смех. Смеялись опять все. Хотя, что здесь могло быть смешного. Пусть это был эльф, он все равно нуждался в помощи. Эльф? Не женщина? Девушка осторожно скосила глаза на то, что должно было быть одинаковым у всех рас. Груди у того, кого они с Растеном приняли за женщину, не было. Нет, грудь, конечно же, была, но совсем не женская. Ну как этого можно было не заметить раньше. Их сбила с толку чарующая красота Наитинэля. И, конечно же, неподобающая мужчине коса.

Как бы то ни было, сейчас он страдал. Кажется, даже не верил, что они настоящие.

— Наитинэль, что с тобой, ты ранен?

Эльф медленно открыл глаза.

— А, это ты, девчонка, от визга которой лопаются пауки, — безразлично произнес он.

— Я, я, — подтвердила Ясиана, — сейчас мы тебе поможем.

Она забрала котелок у Розенга и приложила его к губам Наитинэля. Тот глянул в него, даже сделал небольшой глоток, а потом скривил губы, отвернулся и опять прикрыл глаза.

— Най, ты не отворачивайся. Ты пей. Сейчас мы тебя будем спасать. Тедор, помоги, ты же видишь, человеку плохо.

За спиной кто-то кашлянул, а Наитинэль на мгновение приоткрыл глаза, чтобы с негодованием глянуть на непрошеную спасительницу.

— Ай, не так уж важно, как я его называю. Человек, эльф или еще кто. Важно, что он нуждается в помощи, — Ясиана осторожно оглядывала Наитинэля в поисках ран на его теле. — Тедор, что же ты не поможешь?

— Он умирает, — подала голос Шаати.

— Не-ет, может, Наитинэль и умирал до того, как мы нашли его, а сейчас мы его спасем. Правда, Тедор?

— Птичка, ради тебя я готов спасти даже властелина темного мира, — отозвался вампир. Он провел руками вдоль тела эльфа, а потом сделал заключение: — Но здесь мое искусство бессильно. На его теле нет физических ран.

— А где его раны? — не поняла Ясиана.

— Эти светлые эльфики, они такие слабые, — презрительно произнесла дроу. — Побыл немного без солнечного света и зеленой травки, и все — сдался.

— Наитинэль, это правда? — Ясиана не собиралась отставать от эльфа.

— Оставь меня в покое, чудовище, — последовал слабый ответ.

— Нет, не оставлю. Может, это из-за тебя мы все бродим здесь. А ну, поднимайся и иди с нами, — прикрикнула девушка.

Наитинэль открыл глаза, медленно поднялся и даже сделал попытку пройти несколько шагов, но потом покачнулся и стал оседать на каменное крошево. Гортез едва успел подхватить его.

— Хрупкий, хрупкий, а тяжелый, — пожаловался он, взвалив безвольную ношу себе на плечи. — Солнышко, — обратился он к Ясиане, — предлагаешь прихватить его с собой?

— Солнце, где солнце? — в полубреду прошептал Наитинэль.

— Мы же не можем оставить его здесь, — последовал убежденный ответ. — Наитинэль, тебе нужно солнце?

— Солнце. Его нет. Есть только холодные безразличные камни.

— Будет тебе солнце. Давайте отдохнем, перекусим, а я пока покажу солнце Наитинэлю, — предложила Ясиана.

За спиной послышалось хмыканье мужчин и сдавленные вздохи Шаати, но никто не пожелал продолжить путь самостоятельно. Безвольное тело прислонили к стене пещеры, и Ясиана со словами: "Прости, но это нужно для тебя", приложила свой лоб ко лбу эльфа, буквально усевшись к тому на колени. Еще совсем недавно магистр Даринет говорила ей, что так легче всего передавать мысли. Властительница Духа приоткрыла ментальные щиты, а затем начала вспоминать и передавать картинки в голову своего подопечного. Сначала это был луг, на котором паслись несколько телят, речка, протекающая невдалеке и убегающая в лесок. Заметив слабую искру интереса со стороны Наитинэля, девушка мысленно велела лесу стать гуще, на деревьях стали появляться диковинные цветы и птицы, встреченные ею на теплом острове. Маленькая обезьянка прыгнула на колючую сосну и возмущенно заверещала. В густой траве играли зайчонок и лисенок. И все это заливали ласковые лучи утреннего солнышка. В какой-то момент Ясиана поняла, что ей помогают упорядочить эту картинку. Обезьяна перебралась на пальму и сорвала сочный плод, с березы исчезли диковинные цветы, остались лишь милые сердцу золотистые сережки. Цветущие лианы перебрались с дубов на более подходящие им гевеи, а в реке важно расположились листья огромных растений с белыми цветами.

Когда ее обхватили руки эльфа, Ясиана не заметила. Очнулась она только тогда, когда его губы впились ей в рот. Наитинэль жадно прижимал девушку к себе и даже наклонил вниз, чтобы уложить на пол и продолжить столь внезапно начавшиеся ласки.

— Эй, вы, вообще-то, здесь не одни, — возмущенный голос Шаати вывел обоих из этого помешательства.

Недавний больной поднял наполненные страстью глаза, оглядел собравшихся, затем осторожно отодвинул Ясиану и произнес:

— Прости. Был не прав. И еще раз благодарю за спасение, — сухо добавил эльф, как будто это не он только что на виду у всех целовал опешившую девушку.

— Да, сильна-а, — протянул Гортез. — Хотелось бы мне посмотреть, что же ты, солнышко, показала этому умирающему, что он так резво вернулся к жизни?

— Это был солнечный лес, — смутившись, ответила она.

— Чтобы там ни было, обедаем и отправляемся в путь, — не дал продолжиться неудобному разговору Тедор.

Все, в том числе и Наитинэль, с готовностью последовали его совету. Шли с небольшими перерывами на отдых до тех пор, пока не проголодались. В очередном расширении бесконечных коридоров решили устроить остановку для того, чтобы поужинать и посоветоваться, что же делать дальше.