Анафема
Шрифт:
– За всю свою жизнь я ни разу не видела ни одного. Говорят, они мифические, как единороги.
Меня испугало неприятное стучание в дверь моей спальни, и я на мгновение отвлеклась в эту сторону. Когда я снова посмотрела назад, Райвокса уже не было. Я наклонилась над перилами балкона, ища его в небе.
– Маэвит! Не делай этого!
Кто-то схватил меня и оттащил от окна, и моя спина ударилась о каменный пол балкона. Боль пронзила мою шею, и я поморщилась.
– Ты с ума сошла? А ты! — Рикайя гневно посмотрела на Аллору, указывая пальцем на лицо другой женщины.
– Ты просто стоишь и смотришь, как она это делает.
– Прошу прощения.
– Хотя Аллора и была вежлива, в ее голосе слышалась резкость.
– Я не собиралась прыгать. Я видела, как что-то пролетело над замком.
Рикайя заглянула за балкон, хотя там уже ничего не было видно.
– Что это было?
– Просто птица.
– Хотя я хотела сказать ей правду, даже Алора сомневалась, был ли Райвокс реальным существом. Существом, которое она называла мифическим, как единороги.
Покачав головой, Рикайя отошла от перил.
– Все это из-за птицы?
– Это была необычайно большая птица.
– Да, ладно. Я пойду, — сказала Алора.
– Спасибо, что выпила со мной чаю, Маэвит. Позже сегодня днем мы встретимся, чтобы поговорить об истории.
– Она улыбнулась и подмигнула.
– Конечно, — сказала я, кивая, когда она уходила с балкона.
Рикайя снова повернулась ко мне.
– Ты пила с ней чай?
– Да. Она помогала мне с головоломкой.
– И вы вместе решали головоломку. Вы друзья?
– Я... полагаю. Мы хорошо относимся друг к другу. Что именно составляет дружбу?
– Неважно. Бери свой плащ. Быстрее.
– Почему?
Она вздохнула, подбежала к шкафу, распахнула его двери и сдернула с вешалки мой черный плащ.
– Нет времени на вопросы, — сказала она, бросая мне одежду.
– Или на любые мысли, которые крутятся в твоей голове. А теперь пойдем.
– Она дернула меня за руку, потащила к двери, остановилась, чтобы посмотреть вниз по коридору, а затем потянула меня к лестнице.
– Куда мы идем? — прошептала я.
– Увидишь. Это сюрприз.
Пройдя по коридорам и лестницам, мы наконец прибыли в подземелья, и Рикайя затащила меня в камеру, где я когда-то спала.
На ее губах появилась озорная улыбка, когда она остановилась перед стеной.
– Мы отправляемся в небольшое приключение.
– Приключение?
– Смущенная, я наблюдала, как она проводит указательным пальцем по стене, рисуя вертикальную линию. Когда линия засияла ярким синим светом, я широко раскрыла глаза и заглянула в щель, за которой, казалось, был открытый воздух.
– Как это возможно?
Она просунула руку в светящуюся щель в стене, и я во второй раз раскрыла рот от удивления.
– Это называется кливинг.
– Так вы перемещаетесь из одного места в другое?
Она фыркнула.
– Так я перемещаюсь из одного места в другое, когда мой тираничный брат следит за каждым моим шагом. К счастью, не все могут это делать, Зевандер — один из них. Это как подворачивать язык. Кто-то может, кто-то нет.
Пока она говорила, я молча закрутила языком во рту.
– А как же Долион?
– Он в библиотеке. Несомненно, что… вторгшийся Казимир вернулся сюда и пошел его искать после того, как покинула твою комнату, так что я уверена, что он занят.
– Очевидно, она испытывала неприязнь к Алоре.
– Все, что они делают, — это изучают эти кости. Часами.
– Алура — не плохой человек.
– Нет. Она ученый.
– Рикайя скрестила руки, оттянув верхнюю губу.
– Высокомерная, если хочешь знать мое мнение.
– Ну, я не спрашивала.
– Хорошо. Ты бы предпочла сидеть над кучами костей, восхищаясь их историей и делая заметки часами, днями напролет?
Узко прищурив глаза, я сдержала улыбку.
– Похоже, ты наблюдала за ними очень долго. Ты шпионила?
– Конечно, нет.
– Она отмахнулась рукой.
– Я нахожу эту женщину совершенно невыносимой.
– Учитывая тот факт, что Рикайя не могла смотреть на меня, когда говорила это, я ей не поверила. На самом деле, я бы поспорила, что она довольно сильно любит эту женщину.
– А как же твой брат? Он будет в ярости. Долион сказал, что кто-то сейчас активно меня ищет. Отправляться в приключение кажется неразумным.
– Ах да, я почти забыла. Нам нужно что-то сделать с твоим запахом.
– Что?
– Я подняла руку и слегка понюхала ее, почувствовав запах мыла, которым я пользовалась.
– Я только что приняла ванну.
– Да, но с таким запахом все в Нкстеросе будут знать, что ты смертная.
– Из-под плаща она достала маленький флакон с фиолетовой жидкостью и открыла пробку. Когда она вылила жидкость мне на голову, я инстинктивно вздрогнула, ожидая, что она стечет по моему лицу, но вместо этого она испарилась, превратившись в туман, который опустился вокруг меня.
– Так лучше.
Я снова понюхала себя, но не почувствовала никакой разницы.
– Что лучше?
– Ты больше не пахнешь апельсинами, которые все хотят съесть. И поверь мне, в Эфирии есть те, кто съел бы тебя. Например, оргаты.
– Оргаты?
– Большие чудовища, похожие на огров. К счастью, они держатся в южной части континента. Хотя известно, что они нападали на одну или две деревни.
– Так, если я не пахну апельсинами, то чем я пахну?
Она пожала плечами.
– Свиным дерьмом.
Выпучив глаза, я снова понюхала себя.
– Ты серьезно?
– Поверь мне, так лучше. Еще одна деталь, прежде чем мы отправимся.
– Она подняла руку, приложила ладонь к моему лицу, и лучистое тепло согрело мои щеки. Стало еще жарче.
– Ай!
– Я отступила, прощупывая лицо, чтобы убедиться, что на нем не осталось следов ожогов. Но мой нос не был похож на мой нос. Он был больше, круглее и грубее. Мое лицо тоже стало шероховатым, и когда я подняла прядь волос, они оказались не черными, а серыми. Задыхаясь, я посмотрела на нее, и когда она опустила ладонь с моего лица, я увидела совершенно другого человека — женщину с темно-коричневыми волосами, уложенными на макушке, и карими глазами. Ее нос был тоньше, а лицо худее, чем раньше. Она была настолько не похожа на Рикайю, что я невольно рассмеялась.