Чтение онлайн

– Проснись, Беллитула!

Туман в моих глазах рассеялся, и я увидела Рикайю, открывающую дверь и несущую поднос с чем-то, что пахло очень вкусно.

Я застонала и встряхнула головой, избавляясь от последних остатков сна.
– Что такое Беллитула?

– Классическая история, которую мне рассказывала мама, когда я была маленькой.
– Она поставила поднос на столик рядом со мной, и аппетитный запах дразнил мои вкусовые рецепторы. Тогда я заметила сложенную на стуле одежду.
– Беллитула была танцовщицей, которая мечтала стать лучшей во всей Эфирии. Поэтому она заключила договор с маливолом...

– Маливол?

– Э-э-э... злым духом?

– Демоном?
– Увидев ее сбитое с толку выражение лица, я описала: - Рога, когтистые ноги, копыта, собирает души.

– А, да. Демон. В любом случае, она хотела, чтобы все глаза были прикованы к ней на предстоящем Грандеталаре, где исполнялся самый изысканный танец, когда-либо исполнявшийся одним человеком. Она хотела танцевать так красиво, чтобы зрители плакали.

Пока она рассказывала свою историю, я села на кровати, чтобы достать кусок толстого хлеба, и намазала на него странное розовое варенье. Я окунула в него мизинец и попробовала варенье. Восхитительный цветочный аромат шиповника порадовал мой язык, с нотками меда и летних ягод. Я еще не пробовала здесь ничего, что не понравилось бы моему вкусу.

Еще полусонная, я поглощала хлеб с джемом, пока Рикайя болтала без умолку.

– Маливол... э-э, демон пообещал, что мужчины будут плакать, а женщины падать в обморок, и мир навсегда запомнит ее имя. В обмен на это она согласилась отдать ему свое сердце.
– Она приложила руку к своему сердцу, драматизируя рассказ.
– Она согласилась, думая, что он имел в виду любовь. Но маливолы в этом плане хитры. Говорят, в ночь ее выступления она танцевала с такой грацией, что не было слышно ни звука, кроме быстрых движений ее ног и шелеста платья.
– Рикайя неловко повернулась в своих сапогах, в платье с черными кружевными шнурками на корсете, еще более темно-бордовом, чем то, которое я видела на ней в последний раз.
– Она танцевала так красиво, что мужчины плакали, а женщины падали в обморок. А в конце танца она легла на пол, словно хотела отдохнуть. И больше не проснулась. На ее груди была зияющая дыра, словно ее сердце было таинственным образом вырвано невидимой силой.

– Это ужасная история, — сказала я, набивая рот хлебом, который я проглотила, запив водой.

– Ну, я три раза звала тебя по имени, а ты не проснулась. В любом случае, пора тренироваться.
– Она бросила одежду на кровать и поставила пару черных сапог рядом со стулом

Кожа.

Много кожи.

Я подняла одну из одежд, которая распустилась в длинные штанины.
– Что это?

– Твоя тренировочная одежда.

– Кожаные брюки?
– Они напомнили мне верховые бриджи, которые носят богатые люди в Вонковье.

– Ты ожидала бальное платье?

– Конечно, нет. Но кожа прилипает. Ко всему.
– Представление о том, как материал прилипает к моим грудям и бедрам, заставило меня поморщиться.
– Я не могу.

– Ты должна. Именно это делает его идеальным для тренировок. Он не цепляется за мечи и кинжалы.

– А какое отношение мечи и кинжалы имеют к глифам?
– Я схватила стакан с водой, стоявший рядом, чтобы смыть панику, поднимавшуюся в горле.

Скрестив руки, она пожала плечами.
– Иногда лучший способ пробудить свою силу — это когда ты боишься за свою жизнь.
–

– Подожди.
– Мое сердце замерло, и я выплюнула воду.
– Ты хочешь сказать, что... от меня ожидают, что я буду сражаться?
– Я не знала ничего о сражениях. Я ударила ножом охранника, который схватил Алейсею, в предплечье.
– С кем я буду сражаться?

– С Торрином. Он лучший боец из всех Леталиш.

– Леталиш? Что это?

– Обученные королем убийцы. Столетия назад Торрин, мой брат и еще двое были вытащены из тюрьмы соласиона, чтобы выполнять секретные убийства для короля.
– Ее непринужденный тон, словно тайные королевские убийцы были совершенно нормальной профессией, на мгновение лишил меня дара речи.

– Блестяще. Просто блестяще. Тогда я буду для него идеальной парой.
– Хмыкнув, я покачала головой.
– Это смешная идея.

– За это можешь поблагодарить моего брата. А теперь одевайся.

Я взглянула на дверь своей камеры.
– А как же Долион?

– А что с Долионом?

– Я не хочу переодеваться перед ним.

– Поверь мне, ты ему не интересна. У тебя нет члена.

– Он…

Она приподняла бровь и наклонила голову.
– Любит трахать мужчин? Да. А теперь одевайся. Быстрее. Торрин очень вспыльчив.

Замечательно. Я с нетерпением ждала встречи с вспыльчивым мужчиной, с которым мне предстояло сразиться.

Нахмурившись, я снова взглянула мимо нее, чтобы убедиться, что Долиона нет. Дело не только в том, что он мужчина, я просто не чувствовала себя комфортно, переодеваясь перед кем-либо, включая Рикайю. К сожалению, я решила отказаться от своей приватности, когда выбрала камеру вместо одной из комнат, которые предложил Зевандер.

Не увидев никаких признаков появления пожилого мага, я отбросила одеяло, встала, подняла с кровати брюки и уставилась на них, пока они висели на пальцах.

– В чем дело? — спросила Рикайя, наблюдая за мной.
– Боишься, что они не подойдут?

– Нет... Я никогда раньше не носила брюки.

– Никогда?

– Никогда.

Она нахмурила брови.
– Ты хочешь сказать, что всегда носила только платья?
– Она быстро оглядела меня.
– И туники?

– Да. И спасибо тебе за это, твой брат не оценил, что нашел меня в своей ванной, и то, что я была в его тунике.

Ее лицо исказилось в злобной улыбке, от которой я заскрежетала зубами.
– О, он действительно вернулся в свою комнату?

– Да. Он выглядел сердитым.

– Сердитым? Или более сердитым, чем обычно?

– Более сердитым, чем обычно.

С задумчивым выражением лица она погладила большим пальцем нижнюю губу.
– Полагаю, это могла быть моя вина. Я сказала ему, что видела что-то необычное в его ванной.

Я выпрямилась.
– Ты отправила его в его комнату?

– Ты говоришь так, как будто это наказание.

– Я была голая, Рикайя!

– Да, и это сбивает меня с толку, почему он был злее, чем обычно, — сказала она, постукивая пальцем по подбородку.
– Ты уверена в этом? Трудно сказать, учитывая ту маску, которую он постоянно носит.

– Почему ты отправила его туда, когда я просила уединения?

– Потому что я ужасно выполняю приказы. Тебе следует это знать. Если ты просишь меня что-то сделать, скорее всего, я как-то провалюсь.
– Вздохнув, она плюхнулась в кресло, где лежала моя одежда.
– Теперь, когда мы это выяснили, мне все еще трудно понять, что ты никогда не носила брюки.