Чтение онлайн

– Можешь снять ее, если хочешь.

Его комментарий ошеломил меня, заставив мои холодные бедра задрожать, и я прочистила горло.
– Я хочу сказать, что никогда не упаду на колени перед тобой или любым другим мужчиной, если ты этого ожидал.

– Я никогда не говорил, что ожидал.
– Он быстро оглянулся через плечо.
– Я просто сказал, что хотел бы это увидеть.

– Ну, извини, что разочаровала тебя.
– В углу глаза я заметила движение и обернулась, чтобы увидеть, как тень исчезает в камне, словно ее втянуло внутрь. Мое замедление шагов, похоже, привлекло внимание Зевандера, и он обернулся.

– Я только что что-то видела. Тень, скользящая в стену.

– Деймосы, — сказал он беззаботно и продолжил идти.

Я еще немного посмотрела, но, не увидев больше никаких движений, поспешила за ним, чтобы догнать.
– Что это такое?

– Страхи, оставленные теми, кто умер. В Нефрии для них нет места.

– Нефрия?

– Смерть. Когда кто-то умирает, его страхам некуда деваться. Они впитываются в окружающее.

Сглотнув, я оглянулась и увидела, как тени мелькают между камнями, следуя за нами.
– Они… внедряются в других существ?

– Только если их пригласят. Я советую тебе не приглашать их. Некоторые страхи парализуют.

Их плавные движения напоминали мне змей, и их вид действовал мне на нервы.
– Как их пригласить?

– Слишком долго глядя на них.

Я перевела взгляд вперед, отказываясь поддаваться назойливому желанию посмотреть на них снова.
– Они просто остаются здесь навсегда?

– Как правило, нет. Но они, похоже, довольны тем, что остаются в этом замке.

Когда мы дошли до подземелий, Зевандер взял ключ и открыл дверь моей клетки.
– Ты уверена, что предпочитаешь спать здесь?

– А что, например? Ходить по пустой комнате, где мне компанию составляют только тени? Да. Если я буду заключенной, то лучше спать в подземельях.

Он вздохнул и отошел в сторону, чтобы я могла войти в маленькую камеру.
– Тогда приятного отдыха.
– Как только я вошла, он закрыл за мной дверь.

– Ты не чувствуешь ни капли вины, запирая меня?

– Нет.
– Раздражающий звук поворота ключа подчеркнул его слова.

– Твое сердце, должно быть, самый маленький орган в твоем теле.

– А твой рот, наверное, самый большой.

Ооо, что бы я не отдала, чтобы дать ему пощечину!

Он повесил ключ на крючок напротив меня. То, как он задержался на мгновение, глядя на меня, заставило меня почувствовать потребность залезть под одеяло. Я никогда не встречала человека, взгляд которого был бы более нечитаемым. Справедливости ради, я также никогда не встречала человека, который носил маску большую часть дня.

Не сказав ни слова, он ушел, поднявшись по лестнице.

С раздражением я сложила руки на бедрах и оглядела тесное помещение, в которое я решила вернуться.
– Ты дурочка.

ГЛАВА 35 МАЭВИТ

Звезды мерцали, когда я лежала, свернувшись калачиком, и смотрела в окно с решеткой. Среди грязи воспоминаний, которые я хотела забыть, самые любимые были те ночи, когда я пела Алейсее, глядя на звезды. В глазах навернулись слезы, и я закрыла веки,

я напевала ее любимую песню, с трудом сдерживая слезы, которые не могли пробиться сквозь храп Долиона в соседней камере. Закрыв уши, чтобы заглушить шум, я повысила тон, и на мгновение я снова оказалась в своей постели, а рядом со мной лежала моя сестра.

Когда песня закончилась, я открыла глаза и заметила движение в тени, которое было видно только при свете бра, горящих вне моей камеры. Нахмурившись, я села, пытаясь разглядеть, что я видела.

Я тихо ждала.

Была ли это мышь? С мышью я бы справилась. Даже с крысой, как бы ужасно это ни было.

Не смея сойти с кровати, я наблюдала за тем углом камеры в течение нескольких минут. Но ничего не появилось.

Я вздохнула и опустилась на подушку.

Возможно, я все это вообразила.

Я снова запела песню и, когда уже собиралась закрыть глаза, в периферийном зрении снова что-то шевельнулось.

Первой мыслью было о Деймосах, о которых рассказывал мне Зевандер, и я на мгновение заколебалась, прежде чем посмотреть. Затем я повернула голову, и у меня перехватило дыхание. Черная паук, размером с кусок хлеба, смотрел на меня с другой стороны решетки, и вид его длинных волосатых ног заставил меня содрогнуться. Я выдохнула дрожащим дыханием, и глазами поискала что-нибудь, чем можно было бы в него бросить, но все, что у меня было под рукой, — это книга, которую мне дал Долион, и лампа на столике рядом с кроватью.

Мои мысли вернулись к камере с охранниками и насекомым, которое размножилось в сотни мелких насекомых, и меня снова пробрал озноб. Насколько это было возможно, я незаметно потянулась за книгой, зная, что сотни маленьких глазков следят за каждым моим движением.

Как только я подняла книгу, паук снова скрылся в тени.

– О, черт!
– Я сдвинулась на кровати, сползла к ее краю, чтобы посмотреть, куда он мог убежать. Когда ничего не шевелилось, я снова запела, надеясь выманить его, предполагая, что именно это привлекло его два раза ранее.

Паук снова выскочил из тени и, если я не ошибалась, казалось, что он раскачивается в такт моему пению.

Нахмурившись, я подняла книгу, продолжая напевать, готовая бросить эту проклятую штуку, если она попытается проникнуть в камеру.

Вместо этого она осталась на месте, уставившись на меня, словно впав в транс.

Книга выскользнула из моих рук, и что-то острое укусило меня за палец. Я представила себе, как паучьи клыки пронзили мою кожу, и моя голова закружилась от паники.
– Ай! Черт!
– Я бросила книгу, чтобы найти виновника, и оглянулась, чтобы увидеть, как паук снова убегает.

Я поспешно взяла лампу, включила ее на полную мощность, но в том углу комнаты ничего не нашла. Выдохнув, я повернулась к своему пальцу, где крошечная капля крови скользнула по коже и упала на лабиринт на обложке. Кровь быстро проскользнула по лабиринту, как капля ртути, движущаяся по собственной воле, пока не заполнила то, что выглядело как тонкий флакончик, не больше рисового зернышка. В камере раздался щелчок, и я вздрогнула, мои мышцы все еще были напряжены, когда я оглянулась на место, где мгновение назад стоял паук. К счастью, он не удосужился вернуться.