Чтение онлайн

– Знал, - как ни в чем не бывало ответил он.

– А почему мне не сказал?
– Я даже остановилась от возмущения.
– Мне всю ночь кошмары, один хуже другого, снились.

– Татьяна, кошмары - это не самое страшное, - хмуро бросил он.
– Я и сейчас не хочу говорить о том, что Стас себе в голову вбил.

– Что он себе в голову вбил?
– насторожилась я.

– Заманить тебя к себе - вот что, - рявкнул он.

– И что в этом плохого?
– решила уточнить я.

– Ты помнишь его операции?
– повернулся он ко мне, вперившись мне в глаза своим взглядом-крючком.
– В вашем офисе, когда он вам ту стерву подсадил? Против Макса, когда тот Гале мозги промыть пытался? Ты помнишь темных, с которыми он операции проводит? Ты готова в этом участвовать? Всю вечность?

– Но он же и помогал нам, - тихо заметила я, морщась от воспоминаний.

– Да, помогал, - согласно кивнул мой ангел.
– Но здесь. А на земле у него другие задачи. И если мы к нему попадем, нам тоже придется их выполнять.

– Но на земле же, - возразила я.
– Своих сможем увидеть.

– Ты сегодняшнюю речь внимательно слушала?
– ядовито усмехнулся мой ангел.
– Как там было? Дисциплина в основе всего? Даже у Стаса свобода действий не абсолютная, а его костоломы на землю попадают, когда прикажут и куда прикажут.

Нет, так не пойдет! Это я собиралась привести моего ангела в покаянное настроение, а чтобы он сам себя в упадочническое загнал - так мы не договаривались! Мне всегда с ним проще было, когда он злился.

– Хватит ныть!
– резко оборвала его я.
– Кто тебе сказал, что я к Стасу собралась?

– Надеюсь, что нет!
– В его голосе громыхнули знакомые раскаты.
– Только он искушать у темных научился, и в руках у него рычаги разные имеются.

– Скажи мне прямо - заставить он меня может?
– добавила я еще одно прежде безотказное полено в разгорающийся костер его злости.

– Не может!
– отрезал он, сверкнув глазами, но в этой вспышке все пламя и сгорело.
– Хотя мне уже кажется, что я вообще ничего не знаю. Как-то все здесь поменялось.

– Не знаю, что здесь поменялось, - обрадовалась я тому, что снова как на земле, он без меня ни в чем разобраться не может, - но мы остались прежними. Мы к Стасу не хотим, а значит, не идем. Все, точка.

Вечером, в комнате, я снова попыталась отвлечь его. Совместив полезное с … со справедливым.

Я предложила ему попробовать минимизировать наше воздействие друг на друга в инвертации. И привела в пример сегодняшнего инструктора. Мой ангел скептически и ожидаемо фыркнул.

Хорошо. Разозлившись, он всегда лучше концентрируется. И ничто не бесит его так, как повелительный тон - Марина не даст соврать. Я безапелляционно скомандовала ему сжимать и разжимать руки, чтобы убедиться, что они не закоченели. Мой ангел тяжело задышал, сжав губы в тонкую ниточку.

Я тут же инвертировалась, пока он свое раздражение не растерял. Ну, если и сейчас не взовьется…

Мой ангел рефлекторно съежился, но тут же резко выпрямился и вытянул перед собой руки. Сжав их в кулаки. Но смотрел он не на них, а мне в глаза…

Первой сдалась я. Когда заметила, что у него зрачки расширились.

– Ну, посмотри же!
– протянула я несчастным тоном.
– Руки даже не посинели.

– Я знаю, что это ощущение только у меня в голове существует, - медленно произнес он, с видимым трудом разжав зубы.
– Но от этого оно не становится менее … неприятным.

– Хорошо, давай ты инвертируйся, - решительно вскинула я голову.

– Татьяна, не надо… - начал он.

– Нет, надо!
– перебила я его.
– У инструктора же получилось - значит, и я могу. И ты тоже, когда упрямиться перестанешь.

Он еще некоторое время смотрел на меня, прежде чем исчезнуть. Я встретила огненный шквал менее стоически - руки сами собой к лицу метнулись, чтобы хоть его прикрыть. Я еле остановила их в самый последний момент, сделав вид, что рассматривая свои ладони. Да, волдырей от ожогов видно на них не было - но боль, им сопутствующая, была абсолютно реальной. Предательское воображение тут же нарисовало такие же ожоги у меня на лице, и я охнула, не успев вовремя прикусить губу.

Ощущение жара мгновенно исчезло. Обмякнув от облегчения, я потеряла контроль над руками, которые тут же ощупали мое лицо.

– Ну что - может, обниматься все же будем?
– донесся до меня неестественно спокойный голос моего ангела.

И в тот момент я ни секунды не сомневалась, что он специально саботировал мое предложение. Можно подумать, я отказывалась обниматься! Он просто не хотел пальму первенства от своего изобретения моему передавать!

Буквально на следующий день у меня появилась возможность убедиться в этом. Когда мы пришли в павильон, все мои соученики тут же разошлись по разным комнатам - я догадалась, что им накануне сказали, кто чем заниматься будет.

Мой ангел молча обошел меня и медленно двинулся вперед по пустынному коридору.

– А …, - растерянно промычала я ему вслед.

– Иди-иди, заждались уже, - бросил он мне, не поворачивая головы.

Вскипев, я пулей ворвалась в ту же, что и вчера, комнату. Там меня уже ждал другой сотрудник Стаса. С видимым нетерпением.

– Здравствуйте. Инвертируйтесь. Немедленно, - с ходу взяла я вчерашний командный тон.

И когда меня обожгло, мне и минуты не понадобилось, чтобы убедить себя, что это ощущение воображаемое. И то, что от инструктора намного меньший, чем от моего ангела, жар исходил, не имеет к этому ни малейшего отношения!

В тот день я смогла обучить проникновению в инвертацию двоих сотрудников Стаса. Наверно, ребяческое упрямство моего ангела привело меня в нужное состояние. А может, я случайно сразу правильный подход к ним нашла. Да и слух уже пошел, конечно, о том, что это возможно. Командам моим они подчинялись не просто с готовностью, а с нетерпением, каким-то детским ожиданием чуда в глазах, и я часто вспоминала маленького Игоря, когда мы с ним вместе окружающий мир открывали.

И откуда только взялась у этих ребят их леденящая кровь репутация?

Сложнее всего было выпытать у них описание их ощущений в присутствии других ангелов в невидимости. Этим они мне тоже Игоря напоминали, но постарше - из него точно так же каждое слово о его внутреннем мире клещами вытаскивать приходилось.

Оказалось, и в дальнейшем подтвердилось, что все сотрудники Стаса определяли невидимых собратьев по ощущению опасности. К первому землетрясению вскоре добавились шорох, словно ядовитая змея в траве подползает, тяжелый взгляд в затылок, сгусток темноты на месте ангела в невидимости, ощущение пальцев на шее, отдаленный звон сигнализации в ушах…