Чтение онлайн

В верхней части панели начали появляться слова, словно их маркером кто-то быстро писал. Когда из этих слов набралось полторы строчки, аналитик прикоснулся пальцами к правому нижнему углу панели, словно оттолкнув ее от себя. Изображение исчезло - аналитик вновь откинулся на спинку своего кресла, сложил руки на животе и закрыл глаза.

Решив, что ему-то я сейчас точно не помешаю, я быстро подошел к его столу, стараясь ступать совершенно бесшумно.

– Отчет по новичкам куда сдавать?
– почти шепотом пробормотал я, чуть наклонившись к безмятежно расслабленной фигуре.

– Шестнадцатый бокс, - ответил он, не открывая глаз.

– Э… С какой стороны?
– растерялся я, стреляя своими глазами направо и налево.

Ни на йоту не изменив позы, он вытянул перед собой руку - чуть вправо и вверх. Проследив за ней взглядом, я увидел на прозрачной перегородке, почти у самой ее кромки, цифру 37.

– Спасибо, - все так же негромко сказал я.

В ответ он опустил руку назад себе на живот и еще ниже сполз в своем кресле.

Чтобы найти искомый бокс, пришлось поплутать по этому залу - и с каждым шагом я чувствовал себя все более неуютно. Все это время ко мне не повернулась ни одна голова, даже ни одна пара глаз в мою сторону не скосилась - словно я был и невидим, и инвертирован. Или вообще не существовал. Более того, я заметил, что все эти аналитики внешне все на одно лицо - сходной комплекции, с одинаково аккуратной - волосок к волоску - стрижкой, все, как один, в белых рубашках и темных брюках.

Найдя, наконец, цифру 16 на одной из перегородок, я с облегчением отвел глаза от моря ненавистных мне еще на земле рубашек. И уткнулся ими в сплошную преграду - оказалось, что нужный мне аналитик располагался за одним из практически полностью изолированных столов. Вход в этот бокс, конечно, нашелся, но протискиваться в него действительно пришлось боком и не вместе с отчетом. Я пропустил отчет вперед.

Аналитик внутри бокса в целом ничем не отличался от своих собратьев, но появление мое изволил заметить и даже очки на нос нацепил, когда я ступил внутрь. Через очки на меня глянули чрезвычайно далекие, почти прозрачные и почти прохладные глаза. Меня кольнуло еще большей неприязнью - с таким расчетливым выражением на меня смотрела Анабель во время нашей первой встречи на земле.

– Я принес отчет о первом этапе подготовки группы новичков, - сдержанно произнес я.

– Благодарю Вас, - ответил он неожиданно низким голосом, протягивая руку.

Я вложил в нее свой отчет, и он тут же углубился в него. Хоть бы присесть предложил! Я сам вижу, что негде, но хоть бы из вежливости!

– Это все?
– спросил я сквозь зубы.

– Подождите минуту, - велел он мне, не поднимая глаз от моего творения.

Так, этот момент из доклада Стасу будет исключен. Он уже пребывает в твердой уверенности в моей неоспоримой ценности - вот пусть в ней и остается. Не хватало еще, чтобы все мои титанические усилия прахом пошли. О теплом и уважительном приеме можно будет упомянуть, рассказывая об обсуждении моего отчета, к которому мы перейдем, когда этот невежа его дочитает и с моими заключениями ознакомится.

– У меня будет к Вам просьба, - подал, наконец, голос аналитик, просто пролистав вторую половину отчета.

– Слушаю Вас, - отозвался я, демонстрируя открытость к дискуссии и готовность к сотрудничеству.

– Сосредоточитесь, пожалуйста, на сборе фактического материала, - все также отстраненно произнес он, - и оставьте выводы нам.

– Что Вы имеете в виду под фактическим материалом?
– натянуто поинтересовался я.

– Нас интересуют не просто результаты обучающихся, - принялся объяснять он, - а процесс их достижения. Сколько времени ушло у них на освоение каждого навыка, насколько стабильно их владение им, какова их эмоциональная реакция на неудачные попытки, в какой степени они самостоятельны в достижении результата…

– Мне докладывать, сколько часов ушло у них, чтобы чему-то научиться, и сколько раз они при этом вспотели?
– попытался сострить я.

– В частности, - без тени усмешки кивнул он.
– Жаль, что Вы не поднялись к нам до начала их обучения - мы могли бы прояснить формат Ваших отчетов заранее.

Святые отцы-архангелы, вы сейчас близко, вы не можете не услышать меня - сделайте так, чтобы последняя фраза никогда до Стаса не дошла!

– По результатам этого отчета я предлагаю, - продолжил тем временем аналитик, - чтобы Вы наиболее подробно описывали прогресс трех лучших обучающихся, а с остальными ограничились лишь упомянутыми мной параметрами. Впрочем, - чуть нахмурился он, снова открывая мой отчет и листая его, - я вижу, что в этой группе наилучшие результаты показывают двое, со значительным отрывом от остальных…

Я молчал, напряженно ожидая продолжения. В жизни бы не подумал, что когда-нибудь захочу, чтобы эта бледная немочь обскакала Татьяну. Но если аналитиков интересуют лидеры образовательной гонки, то лучше Татьяне вообще выбыть из претендентов на пьедестал почета.

– Сосредоточьте свое внимание на них, а также на трех лучших из остальных, - задумчиво прищурившись, изрек аналитик.
– И оформите свои наблюдения в виде сравнительной характеристики обучающихся в процессе освоения навыков.

После этого он кивнул мне, небрежно отложив мой отчет в сторону, и, казалось, напрочь забыл о моем существовании. Я круто развернулся и вышел, также не добавив ни слова. И после этого Татьяне будут рассказывать, как и мне много лет назад, что основу отношений в нашем сообществе составляют приветливость и дружелюбие?

По дороге к выходу я вновь не заметил ни одного любопытного взгляда в свою сторону и, закрыв за собой дверь, от всей души пнул ее. Пяткой. Чтобы спускаться с заоблачных высей гордой поступью. И чтобы Стас чего не подумал, если я зайду к нему, хромая.

Для полного удовлетворения я также пнул дверь этажом ниже. И еще одну двумя этажами ниже - чтобы не промахнуться с расположением наблюдателей.

Отведя немного душу, я позвонил Татьяне. Хотел сообщить ей, что уже почти все закончил и в самом скором будущем направляюсь к ней. Оказалось, что она еще не закончила болтать по телефону. С кем угодно, кроме меня. Если уж я в списке ее приоритетов ниже Тоши стою…

Она немедленно развеяла все мои сомнения. В смысле, что я в этом списке вообще не стою. Мое дело, оказывается, снабдить ее развлечением на время своего отсутствия и максимально сократить вышеупомянутое отсутствие, не отвлекаясь на звонки ей и не отвлекая ее от звонков более интересным ей собеседникам.

Я бросил трубку, не прощаясь. Пусть привыкает - как только что выяснилось, для особо значимых членов нашего сообщества вежливые манеры не обязательны.

Одним словом, к Стасу я вошел в самом подходящем для наиболее лаконичного доклада настроении.

К моему огромному удивлению, он принял мою краткость спокойно. Раз пятьдесят. Когда я отвечал на его уточняющие вопросы. Больше всего его заинтересовала легкость доступа на этаж аналитиков, их критерии оценки новичков и особенно прозрачные панели на столах, которые мне было велено запомнить во всех деталях в следующий раз, чтобы потом мысленно воспроизвести ему.

Против всех своих ожиданий, взорвался, в конце концов, я.

– Да что тебе это даст?
– рявкнул я.
– Там графики какие-то, без объяснений. Я тебе десяток таких сейчас нарисую.

– Значит, подождешь, пока надпись появится, - кратко скомандовал, на сей раз, он.

– Мне, что, за спиной у них маячить?
– окончательно рассвирепел я.
– Изображать, что я этим ступором от них заразился?

– Зачем?
– удивленно вскинул он брови.
– Они же тебя, вроде, в упор не видят.