Чтение онлайн

Мы у них спросили, на каком участке они бурили, где их скважина? Добравшись до противоположного края астероида, где они заканчивали бурить последнюю скважину, мы нырнули в их туннель. Буровые машины были одинаковые, так что туннель нам подходил по размерам. Мы с помощью наших шнеков быстро добрались до завала. Их механизм был засыпан полностью. Начали своим ротором понемногу разгребать большую кучу породы, добравшись до их буровой машины, увидели, что их аппарат стоял полубоком. То есть им осталось довернуть до выхода совсем немного. Но в этот момент двигатель у них заглох. Половину ротора мы видели, а другая половина упиралась в стену. Да и выход, наверное, с другой стороны буровой тоже был блокирован стеной. Мы пытались, надев скафандры, зацепив тросом, отбуксировать её, вырвав из завала. Но ничего не получалось, она двумя краями упиралась в скалу, а боком мы её вырвать не могли. Мы, поразмыслив, решили пробурить обходную дорожку к люку сзади их машины. Это много времени не забрало, активировав аппарат, быстро оказались у люка, расчистив ротором дорогу, оттянув тросом, оборвавшийся шнек в сторону, освободили люк. Из которого вышли два перепуганных пилота, поблагодарив за помощь, они связались по рации со своим экипажем корабля. Рассказав подробно капитану о случившейся аварии, и расспросили, как им поступать в сложившейся ситуации.

Мы совместно приняли решение, экипаж их буровой заберём, а мину установим на боевой взвод и сразу отправимся наверх. Буровую машину трогать не будем. Во-первых, нет времени, астероид взрывать необходимо немедленно, до планеты лететь ему оставалось совсем мало времени. Мы её не успеем вытащить, да, и повреждена она была сильно, наверное, ещё при ударе астероида. Так просто авария не произошла бы. Саша по дороге спросил у пилотов: «Как вы могли начинать бурить на неисправной машине?» Они ответили, что она как будто была исправной, может, что-то не доглядели. Всё, выполнив, как мы и решили, выбравшись на поверхность астероида, стартовали к их кораблю. Высадив их экипаж с буровой в шлюзовой камере, отправились на свой звездолёт. Мы договорились, взрывать астероид будет их корабль, у нас не работала защита корабля, что могло вблизи взрыва привести к плачевному исходу.

Мы, активировав двигатели, убрались подальше от эпицентра будущего взрыва. Злата настроила свой компьютер, на астероид, вывив изображение на большой монитор. Взрыв был колоссальный мощности, от астероида вообще ничего не осталось и по направлению к планете, не было ни одного обломка. Через некоторое время нам сообщили, подтвердив нами увиденное, что астероид уничтожен полностью. Саша задал им вопрос: «Как вы здесь оказались, ведь корректор рассчитан на три тысячи световых лет, а вы работали на пяти тысячах? Ведь повторный переход в одном направлении запрещён, вам не имели право дать приказ на такое расстояние. Повторные переходы не прошли испытание». Их капитан ответил: «Когда вы только улетели нам и всем остальным установили новые корректоры. Рассчитанные они на шесть тысяч световых лет. Новые более надёжные и точнее выводят на заданное расстояние». Попрощавшись, договорившись, встретится на Земле, мы начали набирать скорость. Разжиться энергией мы у них не могли, при столкновении с астероидом они большую часть её потеряли. Александр, глянув на Веронику, спросил: «Как там у нас со скоростью?» Вероника, кивнув головой, ответила: «Можешь запускать корректор, будем входить в туннель на самой малой скорости, нам необходимо экономить энергию. Ведь всё это приобретённое горючее, что мы случайно позаимствовали на другой планете, было слабо-энергоёмким и рабочий расход его, при одинаковых нагрузках был намного больше». Саша, установил программу корректору на максимальное время перелёта. Вероника тут же запустила торсионный генератор.

Пролетев ещё минут десять, мы медленно начали входить в раскрывшееся жерло туннеля. Из-за маленькой скорости допустимой до этого процесса, в туннель мы входили слишком медленно, как в первый раз нашего первого полёта. Но зато опять всё с интересом рассмотрели. В туннели как обычно почти сразу завалились спать. Проснулись мы самостоятельно перед самым выходом из туннеля, один Александр спал, не желая вставать: «Да ну вас, мы ещё не долетели, я ещё могу подрыхнуть», – буркнул он, поворачиваясь на другой бок. Тем временем свет ярких звёзд, которых появилось много, разбудил его основательно. Саша взглянул на корректор, там виднелись цифры три тысячи триста, это остаток световых лет до Солнечной системы. Александр о чём-то размышляя, заявил: «Злата давай проверим моё предположение, ищи по своему компьютеру звезду с огромной массой, она должна быть где-то здесь недалеко». Злата засев за компьютер, просматривая ближайший космос, проговорила: «Да нет ничего всё как обычно стандартные звёзды с небольшим перепадом массы и объёма, с их планетарными системами. Правда недалеко присутствует не очень большая туманность, но и там звёзд с большой массой нет». Саша её попросил: «А ты попробуй глянуть в рентгеновском диапазоне».

Злата, переключив компьютер, присмотревшись, произнесла: «Не пойму тут один объект ярко светится, но вот что нехарактерно для такой сконцентрированной массы, это движение. По размерам и очень активной гравитации, можно предположить, что это чёрная дыра. Но вот что меня сильно смущает, этот объект движется, перемещаясь с очень большой скоростью по нашей галактике. Я должна заметить, как правило, положение чёрных дыр в пространстве всегда фиксировано. А этот коллапсар гуляет по пространству, как ему хочется, скорее всего, выискивает очередную жертву, какую-нибудь звезду, чтобы высосать с неё всю энергию. Да и скорость у неё приличная около ста двадцати километров в секунду», – добавила Злата. «Это почти максимальная скорость движения комет». Я попросил Веронику: «А где она находится? Если близко, я имею в виду по курсу, давай подлетим к ней на безопасное расстояние, я хочу кое-что рассмотреть, убедиться в правоте одной из версий своей идеи. Всё равно корректор не сработает, пока мы не отлетим от неё на определённое расстояние». Вероника мне тут же ответила, что ей разницы нет, всё равно нам необходимо облететь этот коллапсар почти по полуокружности. Александр, выслушав нас, подтвердил: «Так вот видите, я был прав, насчёт корректора и большой массы или гравитации в данный момент касающийся этой дыры. Теперь мы точно знаем, чего он во время работы хромает и выходит из туннеля раньше времени». Вероника, немного изменив курс, двигалась к чёрной дыре. Злата, приблизительно высчитав гравитацию от скорости вращения аккреционного диска и диаметра самой чёрной дыры, заметила: «Расстояние, на которое мы можем вплотную подлететь, с учётом того, что дыра двигается, да ещё и в непредсказуемом направлении будет довольно большое. Но мы на месте ещё подкорректируем, когда подлетим к ней поближе». Пока мы летели над её центром, по моей просьбе Вероника немного сбросила скорость. Не теряя времени, я начал рассказывать о своей идее: «Вот смотрите, – указывая в иллюминатор, заметил я: – Чёрная дыра это плотный космический объект, являющийся результатом сжатия супер-массивных звёзд, образующихся из их ядер. Это огромная масса энергии и вещества сосредоточена в пустоте космоса, со своей колоссальной гравитацией. Эта гравитация замедляет ход времени, чем больше объект, тем медленней течёт время. Корабль, попавший в дыру, замедляет своё падение, как мы уже видели эпизод с крейсером противника в прошлый раз. Это область где фундаментальные законы физики не работают. И всё что попадает туда, прекращает своё существование. У самой поверхности чёрной дыры есть область, где вторая космическая скорость относительно этой дыры намного ниже скорости света. Это скорость, которая позволяет кораблю ещё уйти с орбиты данного объекта в открытый космос. Чем больше масса, тем больше должна быть скорость. А вот уже ближе к её центру ничего не может вырваться из её цепких лап, даже скорость света ей подвластна, вот почему мы, и не видим, что там делается возле самой поверхности дыры. Фактически это и есть точка, у которой нет возврата. Я вам кратко рассказал о строении чёрной дыры, что там находится глубже, никто не знает. Существует много различных теорий, меня же интересует только ваше мнение об этом объекте».

– Теперь перед тем как выслушать вас, я хотел бы рассказать об этом процессе и обязательно изложить свою идею. Вначале она немного похожа с остальными, но это только с начала. Как мы знаем, в космосе существуют чёрные и белые дыры. Белые дыры это объекты где происходит извержение вещества, то есть выброс. При рождении чёрной дыры в двойной системе, появляется аккреционный диск, который позволяет дыре развиваться до определённых размеров. Очень большие чёрные и белые дыры существуют в центрах огромных спиральных галактик. Остальные дыры сравнительно небольших размеров. Сингулярность, то есть сжатие почти до первоначального вещества находиться на краю тёмной сердцевины и непосредственно началом аккреционного диска на их границе. Чем больше размером дыра, тем больше её сингулярность. Как мы видели при быстром падении крейсера, он падал, направляясь не в центр, а, раскладываясь на элементы, вещество его массы, упало именно в сингулярную область начала диска. Это происходит, я думаю из-за того, что сама дыра и аккреционный диск вращается с максимально бешеной скоростью. Центробежные силы и образованное при этом вращении огромное торсионное поле разбрасывает почти всю двигающуюся или падающую подвижную массу вместе с огромной гравитацией по стенкам этой воронки. Как при движении жидкости в большом водовороте. При этом, проламывая направленным вектором вращения и преодолевая в данной точке, не только пространство, но и само время, – тихо убеждал я их.

– Теперь я немного отвлекусь. Вспомните нашу Землю. И атмосферные вращающиеся циклоны. При каждом образовавшемся циклоне, с его ужасно плохой погодой и, как правило, изменением давления, в центре любого циклона существует небольшая область хорошей погоды и нормального атмосферного давления, называется «Глаз» циклона. Так и здесь в центре чёрной дыры, как в водовороте и циклоне, образуется «Глаз», где я думаю, абсолютно нет никакой сингулярности, никакого вращения и высокой температуры. То есть эта область может быть для нас доступной. Но вот как до этого центра добраться, чтобы не попасть в сингулярность по бокам туннеля? Ведь малейшая погрешность от центра дыры может повлечь катастрофу. Как в поговорке «шаг влево, шаг вправо – расстрел», так и у нас, гибель. Да, ещё самое последнее – есть галактики малоподвижные, а есть галактики, ещё двигающиеся с очень большой скоростью, я имею в виду прямолинейное движение. Каждая спиральная галактика имеет в центре дыру, она периодически меняет свой цвет с чёрного на белый и обратно. То есть одно время она всасывает энергию и материю, при этом она есть чёрной дырой. В этом случаи она двигается по инерции. Через определённое время она начинает выбрасывать свою энергию в космос, превращаясь на время в белую дыру. При этом, как правило, обязательно во много раз увеличивается её прямолинейное движение, согласно совокупности двух силы. То есть вектора вращения торсионных сил и потока реактивного выброса. Спиральные галактики находятся в постоянном движении, только скорость полёта их иногда меняется. Собственно говоря, у меня всё. Поделившись всем этим с вами, я, ожидаю от вас услышать поддержку и ваше мнение по этому вопросу. Возможно, у вас есть какие-то предложения или вопросы ко мне по этому поводу», – добавил я, поглядывая вопросительно с интересом на своих друзей.

Саша мне задал вопрос: «Так к чему ты клонишь? Ты хочешь пролететь сквозь туннель чёрной дыры?» «Да я ждал этого вопроса, – ответил я, – не только пролететь, но и вернуться обратно. Вот я и хотел, чтобы каждый понаблюдал за этой дырой сейчас. А потом здесь высказал своё мнение о наблюдениях за этой чёрной гидрой. По итогам увиденного проведём беседу применительно моей идеи, связав всё в единое целое». Как раз корабль подлетал к окрестностям чёрной дыры. Все меня поддержали, Злата вывела её не большой монитор. Каждый из нас внимательное разглядывал этот коллапсар, посматривая то в иллюминаторы, то на экран монитора, переговариваясь между собой. Саша, всматриваясь в эту дыру, сказал: «Она двигается довольно быстро и всё что попадается на её пути, она съедает, так она быстро наберёт критическую массу и пробьёт туннель, только вот куда? Смотрите, только сейчас проглотила небольшое облако газа». Ксения полностью подтвердила моё предположение: «Да вещество падает в начало внутреннего края тёмного диска и, недолетая, исчезает, превращаясь в энергию». Мы ещё долго рассматривали этот объект, измерив его по частям, записали все параметры. Злата прогнала его по разным системам компьютера. Который чётко показал, что действительно в центре ничего не происходит, вещество просто отсутствует. Ни о какой сингулярности там не может быть и речи, она постепенно нарастает к краю тёмной сердцевины.

Саша опять начал развивать свою мысль, думая всё-таки, куда может выбрасывать поглощённое вещество сформировавшаяся чёрная дыра? «Я думаю, энергетическая масса, двигаясь по туннелю сквозь белую дыру, выходит в другой соседней галактике. Эта воронка допустим здесь, а второй её конец или часть трубы заканчивается тоже воронкой, но в другой галактике». «Сама чёрная дыра, – секунду подумав, он тут же продолжил, – очень похожа на песочные часы. Но другой край их мы не видим, он проходит через пространство времени, а в нём нет мой край, твой край, они там совмещены, можно просто тут влететь в туннель, а через короткое время вылететь, но чёрт знает где, возможно даже в другой галактике, что вероятнее всего. Внутри галактики бывают течение или потоки, а между галактиками чёрные дыры».

Александр, выдерживая паузу, тихо пояснил: «Мы проламываем пространство времени скоростью и торсионным направленным потоком, когда заходим в туннель. Здесь получается, природа сама создала условия для прохождения энергии, воспользуясь при этом гравитацией и тем же торсионным полем, кстати, вектор которого направлен в центр чёрной дыры. Вот отсюда и получается, что центр дыры, это и есть туннель нам необходимая для перелёта в другую галактику». Молчавший до сих пор Геннадий, выключив камеру, размышляя, добавил: «Собственно говоря, этот вектор по законам физики занимает своё правильное положение, то есть, перпендикулярен к оси вращения диска чёрной дыры. Это он, имея огромную гравитацию и максимально большую скорость вращения, используя эти два фактора и огромной мощности торсионный поток, буравит своим направленным вектором, проламывая пространство времени. Создавая туннель или проход, тем самым, регулируя, баланс энергии во вселенной. Мы можем воспользоваться этим туннелем и проникнуть в другую галактику. Ведь то, как мы летаем, долететь до неё невозможно, скорость не та, да и энергии не хватит. Это очень заманчивая перспектива». Я, оставаясь довольным, что все меня поддержали, заметил: «Вот теперь это не только моя идея, это уже наша общая ближайшая цель. Которую мы будем разрабатывать сообща, точно так же как мы построили нашу первую конструкцию машины, которая всё-таки проломала пространство времени. Я хотел воспользоваться моментом, так как начальная идея

была моя. Дать название нашей общей разработке, которая я уверен, превратится в дальнейшем будущем в прекрасный мощный аппарат. Я думаю, назовём мы его «Межгалактический Ровер», это название полностью раскрывает смысл двух слов, участвующих в этом процессе. Это очень быстрое движение на неимоверно большое расстояние в пространстве и во времени».

Вероника взволнованно отозвалась: «Я увеличиваю скорость, мы постепенно начинаем падение, приближаясь к диску чёрной дыры. Дальнейшее приближение нам опасно, двигатели могут не вытянуть, в смысле не выдать «на-гора» такую мощность, чтобы оторваться от притяжения этой большой гравитации». Наш объект начал постепенно от нас отдаляться. Мы ещё некоторое время наблюдали за ним, за его тремя цветами, тёмно серой сердцевиной, ярко-оранжевым диском, переходящим в красный и постепенно темнеющим синим к краю. Саша начал периодически включать корректор времени, пытаясь узнать на каком расстоянии, от большой гравитации он начнет работать. Отлетев довольно далеко от черной дыры, когда её уже не было видно в наших иллюминаторах он начал работать. Саша ввёл все данные, задавая корректору программу на три световых года. Вероника как, обычно набирая необходимую скорость, включила генератор торсионных полей. Луч, лениво скользнув в пространстве начал медленно вращаясь вырисовывать жерло туннеля. Весь этот процесс проходил очень медленно, зато зрелище было захватывающее. Вероника тихо проронила: «Любуйтесь видами жерла, я быстрей не могу, нам надо экономить, а то не долетим, и так вся энергия на исходе». Мы, опять экономя топливо еле, еле заползли в эту туннель. Вынырнули мы с временного туннеля на расстоянии одна тысяча восемьсот пятьдесят световых лет. Саша, уже не обращая на этот