Чтение онлайн

Антонов устроился в милицию помощником начальника районного отдела. Помог ему в этом старый друг Владимир Петрович Баженов, который возглавлял в то время исполнительный комитет района. Шепнул кому надо в Тамбове – и Шурка уже при нагане и полномочиях. Ещё на свадьбе Баженов, поздравляя Александра, сказал, чтобы тот долго не расслаблялся, впереди много важных дел.

– Вот и настало наше время, Саша. Новую жизнь будем строить. За это мы с тобой боролись и страдали. Меня ведь тоже помотало. Потоптал я сибирскую землицу, помёрз. Но душа горячая не позволила сгинуть. Теперь втрое энергичнее нужно работать. Враги не дремлют.

– Меня не надо агитировать, Петрович. Я в тюрьме столько всего передумал – на тысячу человек хватит. Пусть дрожат наши враги, рука у меня не дрогнет, – горячо ответил Антонов. – Ты мне дело давай.

– Есть дело, – успокоил его Баженов. – В милиции нам свои люди нужны. Прежних всех погнали, и кадров не хватает.

– Чудно как-то. То за мной гонялись, а сейчас я при исполнении буду. Начальство согласится?

– Да куда они денутся! Кое-где мы своих уже расставили, а другие будут бояться и молчать. Неспокойно в городе, коммунисты горожан мутят. Вот от них самая опасность.

– Мелким милиционером быть – это не по мне. Не этого я добивался, не за это клопов кормил по тюрьмам, – стал возражать Антонов.

– Ты погоди, Александр, не горячись, – прервал его возмущение Владимир. – Осмотришься немного, поймёшь, что к чему. А потом хорошее место тебе сделаем. Да и брат твой служит. Объяснит попервости. Во всём опыт нужен.

– Добро. Тебе доверяю. Когда начинать? – спросил Александр, понимая, что в одиночку ему трудно будет чего-либо добиться. На данном этапе следует подчиниться партии. В конце концов, и деньги на жизнь нужны. Грабить пока не хотелось…

– Немного порадуй свою молодую и денька через три приходи оформляться, – улыбаясь, ответил Баженов.

Три дня спустя Антонов появился в местном райотделе милиции с ходатайством от городского совета. С оформлением у Шурки проблем не возникло, и вечером он вернулся домой в милицейской форме, поскрипывая новенькими сапогами.

– Ой, Саша, как тебе идёт форма! Чистый командир! – восхищённо воскликнула Софья, любуясь довольным мужем.

Наделённый властными полномочиями, Шурка с головой окунулся в милицейские будни. Плохо разбираясь в бумагах, он старался чаще участвовать в реальных делах. Нравились Шурке облавы, где можно было применять оружие. Стрелял он с удовольствием. Как-то раз в облаве преступник начал отстреливаться, и Шурка метким выстрелом сразил его наповал. Потом подошёл и долго смотрел в стекленеющие глаза жертвы.

– Жизнь ничего не стоит, – сказал Шурка подбежавшим милиционерам.

Он не испытывал к погибшему абсолютно ничего: ни ненависти, ни злобы, ни страха… Ничего! Просто стоял и смотрел. Это была его первая жертва, которая нисколько не взволновала. Словно он прихлопнул комара.

В облавах частенько конфисковывалось оружие. Шурка смекнул, что контроля за ним никакого, и стал прятать винтовки и наганы. «Пригодится», – здраво рассуждал он.

Так прошло три месяца. Баженов выполнил своё обещание: Александр Антонов за примерную службу получил назначение начальником Кирсановской городской милиции. Путь его лежал в родной ему город.

9

С энтузиазмом взялся Антонов за дело в Кирсанове. Наконец-то он стал большим начальником, наделённым властью. Одних только городских милиционеров насчитывалось более ста человек. По приезду у Александра состоялся доверительный разговор с председателем уездного исполкома Михневичем – старым эсером, другом Баженова. Антонов был с ним знаком ещё с одна тысяча девятьсот седьмого года.

– Саша, рад тебя снова видеть! – приветливо улыбаясь, Михневич обнял Антонова. – Готов поработать?

– Спасибо, что вырвал из Тамбова, Андрей. Там сейчас сплошное болото. Душно мне там, – Антонов без лишних церемоний уселся за стол.

Михневич сел напротив и продолжил:

– У нас ведь тоже не всё гладко, поэтому тебя и хлопотали. Хорошо, Баженов помог. У нас в исполкоме большинство у эсеров, но и большевиков хватает. Мутят народ, против власти агитируют. Тут ухо востро держать надо. А ЧК вся сплошь из большевиков. Главный у них – Поликарпов. С ним поосторожнее. Конечно, силёнок у них мало, но бережёного – бог бережёт.

– А что за люди в милиции? Кем командовать? – спросил деловито Александр.

– Там ситуация получше. Наших ребят много. Твой дружок старый, Лощинин, работает. Он тебе обрисует обстановку. Ты на ключевые места своих людей расставь, чтобы проблем меньше было. А баламутов гони в три шеи. Сейчас ведь так: кто кого.

– Да, весело тут, – сказал Антонов. – Ничего. Наведём порядок. Шурина своего, Шурку Боголюбского вызову. Замом поставлю, чтобы надёжный тыл иметь. В райотделы подберу кадры. Ты потом меня познакомь с разными тут начальниками. Обрисуй, чтобы кого ненароком не задеть.

– Не беспокойся. Поможем. Удачи тебе, Александр Степанович, – напутствовал его Михневич.

Закипела у Шурки работа. На Инжавинский район он начальником милиции назначил Лощинина. Ещё одного старого дружка, Ивана Заева, определил начальником Иноковского района. Те, в свою очередь, стали подбирать надёжных людей на должности участковых милиционеров. Конечно, делать это нужно было осторожно, не вызывая подозрений ЧК.

Однажды Заев познакомил Антонова с Петром Токмаковым, жителем села Иноковка. Разговор происходил в небольшой рощице на окраине села, так как Антонов не хотел, чтобы их видели местные коммунисты.

– Вот, Александр Степанович, рекомендую тебе. Старый вояка, участник войны с немцами, подпоручик Пётр Михайлович Токмаков, – отрекомендовал Заев.

Токмаков был одет в солдатский китель без погон. На голове носил форменную фуражку. Длинные усы его были закручены и лихо топорщились в стороны. На вид ему было около сорока лет.

– Бравый солдат, однако, – отметил Антонов выправку Петра. – Какой же он старый? Долго служил?

– С четырнадцатого года. Солдатом начинал.

– Он, Степаныч, герой. У него три Георгия за храбрость, – добавил Заев.

– Герои нам нужны. Службу ты знаешь. Только больших должностей у меня нет. Это впереди. Участковым Трескинской волости пойдёшь? – спросил Антонов бывшего подпоручика.

– Пойду, Александр Степанович. Большаки уже одолели. Офицер им уже не человек. А я крови своей и чужой сколько пролил! За Россию! Вот и наградили меня званием, отметили, – разошёлся Токмаков. – Ничего. При должности я им покажу, у кого сила.

– Ты, Петя, коммунистов не задевай. Сила у них большая. Тут умнее действовать надо. Говори, что одумался и порвал с прошлым. С людьми разговаривай, подмечай недовольных. Это наш оплот будет. Дезертиров не трогай. Ты ему добро сделаешь, он тебе потом отплатит. Понимаешь? – напутствовал Александр нового соратника.