Чтение онлайн

Первый мутировавший дог прыгнул мне в грудь, целясь в горло. Я даже не стал уклоняться. Выставив вперед левое предплечье в жестком кевларе, я принял удар ста килограмм мышц и клыков на броню. Зубы твари со скрежетом скользнули по защите, не пробив ее, а моя правая рука с гудящим свистом опустила биту ей на череп.

КРАК!

Одиннадцать единиц Силы разорвали черепную коробку монстра в клочья. Синяя молния с треском ударила во второго пса, бегущего следом, заставив его забиться в судорогах. Я пнул бьющееся тело тяжелым ботинком, отбрасывая его под колеса припаркованного «Мерседеса», и шагнул вперед.

— Аня, ключи! — я не глядя бросил тяжелую связку с брелоком через плечо.

Она поймала их свободной рукой. Сзади раздались два сухих выстрела — девушка хладнокровно прикрывала мой тыл, укладывая из «Грача» тех тварей, что пытались обойти нас с флангов. Одной рукой она тащила за шкирку побледневшего, истощенного Дениса. Очкарик едва переставлял ноги, но в свободной руке намертво сжимал свой альпинистский ледоруб, готовый дорого продать свою жизнь.

Десять метров.

Огромный хобгоблин с ревом замахнулся ржавой трубой, целясь мне в голову. Я нырнул под удар, чувствуя, как ржавый металл со свистом рассекает воздух в миллиметре от моего шлема, и с разворота всадил алюминиевый торец биты прямо ему под колено. Сустав вывернулся с тошнотворным хрустом. Тварь завалилась набок, и я добил ее коротким, безжалостным ударом в висок.

Пять метров.

Матово-черный «Хаммер H2» нависал над нами, как спасительная крепость.

— Открываю! — крикнула Аня. На связке пискнул брелок, и тяжелые замки внедорожника лязгнули, снимая блокировку.

Девушка рванула на себя массивную бронированную дверь водителя.

— Денис, назад! Живо! — она буквально впихнула очкарика на заднее сиденье и запрыгнула за руль сама.

Я стоял спиной к машине, перекрывая подступы. Твари уже поняли, что добыча уходит. От кучи, где доедали мародеров, отделилась еще дюжина монстров. Они неслись на меня сплошной, воющей стеной.

Внезапно с крыши соседнего внедорожника, игнорируя меня, прямо в открытую пассажирскую дверь Хаммера прыгнул кислотный плювальщик — гротескная, раздутая тварь, из пасти которой капала зеленая слизь. Денис на заднем сиденье вскрикнул, пытаясь закрыться руками, а Аня только-только вставляла ключ в зажигание.

Откат навыка прошел секунду назад.

«Импульсный шаг!»

Пространство мигнуло. Мое тело проигнорировало гравитацию и инерцию, мгновенно перенесясь на два метра прямо к открытой двери. Я материализовался в воздухе между летящей тварью и салоном Хаммера.

Удар битой был нанесен на одних рефлексах, словно бейсбольный взмах по летящему мячу. Алюминий с хрустом вмял раздутую грудную клетку плювальщика, отшвырнув его на бетонный пол. Я рыбкой нырнул на пассажирское сиденье и с чудовищной силой захлопнул за собой тяжелую бронированную дверь.

БАМ! В ту же секунду в бронестекло снаружи врезалось сразу несколько окровавленных морд. Стекло толщиной в палец даже не дрогнуло. Мы были в капсуле.

— Заводи! — заорал я.

Аня провернула ключ. Под капотом ожил монстр. Тяжелый V8 взревел с таким первобытным, басовитым рыком, что даже рычание орды снаружи на секунду померкло. Панель приборов вспыхнула агрессивным красным светом. Бак был полон на три четверти — хозяин любил свою игрушку и держал ее готовой к любым поездкам.

Аня ударила по кнопке включения дальнего света.

Счетверенные прожекторы на крыше и кенгурятнике вспыхнули ослепительно-белым, выжигающим сетчатку светом, заливая подземный паркинг. Твари, привыкшие к темноте, с визгом отшатнулись, закрывая морды костлявыми лапами.

В дальнем конце парковки, в луче света, я увидел то, что осталось от мародеров. Изломанные тела, залитый кровью бетон и копошащуюся на них зеленую массу. Их жадность и самоуверенность стали их палачами. У Системы не было жалости к дуракам.

— Держитесь! — голос Ани перекрыл рев двигателя. Она перевела селектор автомата в положение «Drive» и вдавила педаль газа в пол.

Четыре с половиной тонны матово-черной брони и стали рванули с места. Крутящий момент вдавил нас в кожаные кресла.

Хаммер врезался в толпу тварей, как шар для боулинга в кегли. Глухие, тяжелые удары раздавались один за другим. Силовой бампер, сваренный из труб, ломал кости, крушил черепа и размазывал мутантов по бетону. Машина даже не сбавила ход, перемалывая плоть своими огромными грязевыми колесами.

Мы вылетели на пандус.

Впереди маячили закрытые ручные ворота — сварная решетка из толстого профиля. В мирное время перед ней нужно было остановиться и достать ключ.

— Не тормози! — рявкнул я, упираясь руками в торпедо.

— И не собиралась! — оскалилась девушка.

С оглушительным скрежетом Хаммер вышиб решетку. Металлические створки вырвало с петель, они разлетелись в стороны, искря по асфальту.

Бронированный внедорожник вырвался из удушливого бетонного склепа прямо в ледяную ночь Екатеринбурга. За нашими спинами, в глубине паркинга, всё еще эхом разносились выстрелы тех, кого не успели сожрать, и яростный вой оставшейся ни с чем орды. Но эти звуки стремительно тонули в мощном рыке нашего V8.

Мы неслись по пустынному проспекту. Денис на заднем сиденье истерично, с надрывом расхохотался, поглаживая черную кожаную обшивку двери своей мечты. Аня сжала руль так, что побелели костяшки, но в уголках ее губ играла довольная, злая улыбка.

Я откинулся на спинку кресла и прикрыл глаза.

Тяжелая туша «Хаммера» вкатилась в арку моего родного двора так тихо, насколько вообще мог позволить огромный дизель. Аня вела внедорожник плавно, словно крупного хищника, стараясь объезжать брошенные в панике машины и рассыпанный по асфальту мусор.

— Глуши, — шепнул я, когда мы поравнялись с переполненными мусорными баками. — Дальше мы пойдем пешком. Отсюда до третьего подъезда недалеко.

Мотор утробно рыкнул в последний раз, и салон погрузился в давящую, тяжелую тишину. В ней не было ничего от привычного ночного города. Исчез гул далекой трассы, не гудели кондиционеры на фасадах, не светились желтым прямоугольники окон. Мой двор, в котором я когда-то прожил столько лет, превратился в темный, вымерший бетонный колодец.

Вернее, почти вымерший.

Там, возле старой детской площадки и припаркованных кредитомобилей, бродили тени. Около двух десятков сгорбленных, неловко переставляющих ноги силуэтов.

— Зараженные, — выдохнул с заднего сиденья Денис, вглядываясь в темноту сквозь треснувшие линзы очков. — Первый уровень.

Это были не клыкастые гончие и не огромные огры. Это были мои соседи. Те, чья нервная система сгорела в первые секунды мана-шторма, или те, кто не успел добежать до своих квартир, когда на улицы вырвались первые настоящие монстры. Теперь их растерзанные тела управлялись примитивным системным кодом.