Чтение онлайн

— Ты… Ты…

— Да, Азара. Я — убийца из Черных Кинжалов.

— И ты хотел, чтобы я…

— Прости меня, — всхлипнул Рон, с искаженным лицом борясь с очередным приступом боли, порожденным вшитыми в него артефактами. Чтобы его тело не привыкло к боли, они периодически вспыхивали, после чего на некоторое время затухали. У каждого артефакта был свой режим, так что боль неожиданно возникала каждый раз в разных участках тела. На этот раз это был позвоночник. — Я… никогда не причи-инил бы тебе… вред. Я… правда… люблю тебя… А-А-А-А-А!

Рон забился в конвульсиях от ужасающей боли. Девушка смотрела на него с ужасом в глазах, не зная, что делать.

Наиль спокойно ужинал со своей семьей. Румяная Роза, готовящаяся со дня на день стать матерью, весело щебетала о чем-то со Вторым. Иса вяло ковырялась вилкой в салате, слушая скучные, но очень восторженные рассказы отца о новых рабах. Бывший торговец и его сын были счастливы от того, что их купили. Изначально шансов на это было очень мало, и это была куда более приятная перспектива, чем сгнить на рудниках. Более того, Наиль обещал ему процент от дохода, так что, после окончания контракта у торговца был бы неплохой стартовый капитал. Жизнь все еще могла повернуться в правильное русло, и от этой перспективы раб с удвоенными силами ринулся наводить порядок в делах Наиля. Риаз, который с радостью отдал бразды управления всей этой головной болью сведущему специалисту, теперь немного освободился и мог заняться другими интересовавшими его вещами. Например, алхимией. И Наиль, и дочь в один голос утверждали, что Риаз обладает высокой склонностью к этой науке. Под этими бесконечными разговорами мужчина серьезно задумался о том, что именно его держит в религии Златоликого? Быть может, перейти под покровительство Крылатого Змея — не так уж и плохо?

— Братик, — неожиданно произнесла Иса.

— Да? — отозвался витавший в своих мыслях парень.

— В последнее время тебя почти не видно. Ты все время пропадаешь в своем подвале. Ты же не занят чем-то опасным?

— Нет. И это странный вопрос. Ты же знаешь, как я живу.

— И это меня очень беспокоит.

— Прошу, не поднимай снова эту тему, — тяжело вздохнул Наиль, опустив голову.

Это было одной из причин, по которой он старательно скрывал то, чем занимается. Иса — добрая девушка. Она — настоящий целитель, так что ей было трудно осознавать, в какое чудовище превратился ее брат. Очень трудно, ведь с ней он всегда был нежен, брат старался исполнить любую ее прихоть, чего бы она ни пожелала — он находил способ это ей дать. Редкие ингредиенты для алхимии? Наиль немедленно отправится в Лес и найдет их. Особое оборудование, которое не найти на этом континенте? Он заплатит огромные деньги торговцам, но найдет способ его доставить. Все это не могло не радовать, если бы девушка не понимала, какими деньгами оплачивались ее даже самые мелкие прихоти. И как сильно рисковал Наиль, ведя такую жестокую жизнь. Преступник! За его голову дознаватели готовы были заплатить огромные деньги, а за поимку живым — еще больше. Король знал, что второй личностью Жнеца был Фантом, но никак не вмешивался в распространение листовок с наградами. Жизнь Наиля жаждали отнять купцы, дворяне, другие гильдии убийц. Если бы однажды его личность открылась — это стало бы настоящей трагедией для всей семьи.

— Но с этим что-то нужно делать!

— С этим ничего не сделать, — отрезал Наиль. — Если к власти придет разумный король, то я получу шанс полностью посвятить себя службе. Но из всех принцев я не вижу никого.

— Даже Эйфина? Он кажется хорошим человеком.

Наиль на мгновение замер, переваривая это предложение, но вскоре заливисто расхохотался. Он смеялся так сильно, что на глаза выступили слезы.

— У него нет ни единого шанса!

Наиль еще минут пять хохотал, не имея возможности остановиться. Предложение Исы было действительно смешным. Вскоре он, наконец, успокоился и серьезно посмотрел на сестру.

— Ты ничего не знаешь о нем. На самом деле Эйфин — тот еще ублюдок. Да и не знает ничего о правлении — его мальчишкой изгнали из дворца. Даже плотник лучше справится с правлением, чем Седьмой принц. Иса, послушай меня, в королевстве очень не спокойно. Не говори ничего опасного, иначе это может стать для нас всех катастрофой. Держись подальше от того, что назревает во дворце.

— Я это и без тебя знаю!

— Раз знаешь, то больше не упоминай принцев.

— Ты сменил тему!

— Я уже все сказал. И не один раз! — рыкнул Наиль, и от него повеяло чем-то жутким, от чего все вздрогнули и неосознанно вжались в свои стулья. Энергетика, сопровождающая убийц, вынуждала окружающих подсознательно опасаться их, даже если убийцы не делали ничего, что могло бы их выдать. — Извините.

Наиль быстро взял под контроль свои эмоции, загоняя ставшую частью его личности убийственную жажду поглубже.

— Я, кажется, не голодна.

Иса встала из-за стола и направилась в свои покои. На ее глазах выступили слезы.

— Сын, у тебя проблемы с контролем? — хмуро посмотрел на парня Риаз.

Роза, которая не знала всего о Наиле, была в шоке от тех ощущений, которые испытала. Она с опаской посматривала на главу рода Шарзер, гадая, о чем только что они все говорили.

— Извини еще раз. Я буду внимательнее.

Наиль тоже поднялся из-за стола и направился в свой подвал, куда без его разрешения никто не мог войти.

«У тебя проблемы с контролем», — произнес Зиргрин. — «Что с тобой происходит?»

«Я не знаю. Вроде бы все стабильно, но внутри нарастает что-то…»

«Ты можешь сорваться. Это опасно, Наиль».

«Я знаю. Сегодня схожу в бордель. Должно помочь».

«Надеюсь…» — многозначительно отозвался одушевленный клинок.

Зиргрин в последнее время мало вмешивался в жизнь своего ученика. Наиль вырос и стал самостоятельным. Все реже ему требовалась помощь или совет. После поездки к центру Континента, их связь усилилась, так что парень вполне представлял, что ему скажет Зиргрин еще до того, как задать какой-либо вопрос. Это молчаливое понимание было неплохим. Зиргрину так было легче снова вернуться к ощущению себя одушевленным клинком. Он смог расслабиться и полностью сжиться со своей ролью в ожидании перерождения.

Вот только на этот раз было что-то, что никак не давало покоя. Слившись с Зиргрином на такое долгое время, Наиль неосознанно мог перенять и недостатки. Одной из которых была его жажда крови. Королевской тени совсем не хотелось, чтобы это укоренилось в парне.

«Все будет хорошо, не беспокойся обо мне», — заверил Наиль взволнованного наставника.

«Я даже не знаю, чем помочь, если что-то действительно окажется не так», — виновато отозвался меч.

«Если окажется — подстроюсь. Все не настолько страшно».

«Ты не понимаешь… Даже с нашей связью не понимаешь, каково это — когда тебя одолевает жажда крови. Ты хороший парень, я счастлив, что ты не потерял свои эмоции и способен смеяться и плакать. Не превращайся во второго меня».

«Ты тоже уже не тот, кем был тогда. Быть может, после возрождения все восстановится».

«Боюсь, что нет. Я смогу контролировать себя, я не буду безумным, но все же… Это неистребимо».

Наиль тяжело вздохнул, но ничего не ответил. Ему было бесконечно жаль своего учителя. Жаль, что он вынужден был прожить такую жизнь. Зиргрин никогда не жаловался на свою судьбу, но все же… Это было ужасно.

Дверь в пыточную открылась, явив Наилю два силуэта, стоящих на коленях друг напротив друга. Рон, находившийся под действием пыточного артефакта, жалко кричал и извивался, разбив в кровь колени, на которых стоял. Девушка напротив него стояла и плакала, не имея возможности помочь своему возлюбленному. Ее красивое длинное платье было испачкано в крови Рона, которой был залит пол. Кровь уже свернулась, но все же оставалась густой темной липкой жижей на холодном камне.

Наиль подошел к страдавшему от невыносимой боли парню и отключил артефакт. Рон безвольно обвис на цепях, пытаясь отдышаться.

— Кажется, я немного ошибся со временем активации артефактов. Вы так и не поговорили? — в голосе жестокого убийцы звучала холодная насмешка.

— Пошел ты! — сплюнул на пол кровь от прокушенной губы Рон.

— Хороший настрой, — похвалил Наиль. — Очень даже достойно.

— Чего ты хочешь от меня, Жнец! — громко крикнул Рон. — Что тебе нужно? Зачем ты привел ее сюда? Позволил ей узнать твою личность? Что ты собираешься с ней делать?!

— Не о себе беспокоишься? Сильно любишь ее?