Чтение онлайн

— Ну тогда только Юнберта, — буркнул собеседник. — Кассимир со своей рукой уж потерпит.

— У меня есть… э-э, задумка получше. Эй, Звитка! — гаркнул я во всю мощь, повернувшись к обочине.

Не было сомнений в том, что ведьма сейчас следит за мной. Как и членистоногая громадина. Силовая поддержка у меня знатная, можно и слегка сымпровизировать.

Вояки синхронно дернулись, пузатый здоровяк аж копье перехватил поудобнее. Из-за деревьев, откровенно робея, показалась моя спутница. Медленно направилась ко мне — чуть ли не приставными шажками, путаясь в бурьяне.

— Да давай сюда уже! — поторопил я ведьму. — Ее зовут Звиталана, мы вместе… странствуем. Она тут останется, пока лес будет ваших лечить. Чтобы вам спокойнее было. Кто попробует обидеть ее — сильно пожалеет. Она может за себя постоять… А там и я успею… э-э, подоспею.

Коренастый дядька, который, судя по всему, был у них за главного, нахмурился и придвинулся к амбалу. Негромко зачастил на неизвестном мне языке. Объясняет, что происходит? Советуется? Или напасть предлагает?..

А вот другие, когда рассмотрели гостью, почему-то удивились. Особенно тип, которому руку пожевали, да и косорукий лучник тоже. Но лица их сразу смягчились, даже как-то просветлели. Это с чего бы? Соскучились по женскому вниманию? Или чуть заметные клыки показались им жутко соблазнительными? Фетиш такой, что ли? Черт их знает, какая тут мода. Надеюсь, мои слова все-таки всерьез восприняли. Иначе им же хуже.

Меч я выхватывать из петли натренировался, но у них есть копья… Отодвинусь-ка немного, будто между делом. Поза расслабленная, насколько уж возможно… Только потряхивает от адреналина. Совсем отвык общаться с людьми. Особенно когда при них острые железки.

Человек с проколотой шеей, очевидно, услышал реплику старшего и слезно взмолился о чем-то. Точнее, в принципе-то ясно, о чем. В больничку хочет, пусть даже в эльфийскую.

Почесав крупный нос, дядька наконец-то дал добро:

— Тогда идите втроем… И это… Благодарим тебя. Возвращайтесь быстрее только. Мало ли что.

— Звитка, глаза им завяжи хорошенько. Этому и вот этому. — Я подал ей пару кусков грязной рубахи, которые вынул из сумки. — Чтобы не ослепли! Хорошенько проверяй.

Нерешительно подступив к раненым, ведьма принялась старательно выполнять мои ценные указания. Верзила с брюшком настороженно хмыкнул, глядя на ее манипуляции, но лезть с вопросами и замечаниями не стал. Вот и правильно, все равно я по-своему поступлю. Да и растолковали ему общую суть, наверное. Эх, жаль, обговорить заранее со Звиткой не успели… Сейчас она бы под шумок им начеркала что-нибудь успокоительное… и отвлекающее.

Когда мы уже готовились сунуться в заросли, коренастый отвел в сторонку второго пациента и перекинулся с ним парой слов. Подслушать я сумел, но смысла в этом оказалось ровно ноль: чужой язык использовали. Предусмотрительно. Я тоже придержал ведьму за локоть и шепнул:

— Если позову, со всех ног ко мне лети. И наводи на этих, кто со мной, знак… Ну, как тогда, на мужика с быком. Помнишь? Чтоб память отшибло. Если что, кричи.

Звитка часто закивала, позабыв, как моргать. Раскосые красноватые глаза лихорадочно блестели. Стресс-то для нее почище, чем для меня.

— Не бойся, я скоро. Опасного мало. Мы тут новых друзей завести пытаемся, — усмехнулся я и потрепал ее по плечу.

Моя боевая подруга опять закивала. А я, пытаясь не выдать крайнего волнения, помог сидевшему подняться, прицепил его рукой к товарищу и повлек их вместе за собой. Ну, вперед и с песней. Лишь бы все сложилось по плану, хотя бы приблизительно…

Тащились мы в лес, как слепые котята. Точнее, как тупые гусята — вразнобой, цепочкой, вытянутой наискосок. И я во главе этого выводка. Несмотря на лишнюю вентиляцию в шее, пострадавший все-таки мог идти сам — пока еще. Оставалось поддерживать его с обеих сторон. Попутчики мои собирали ногами каждую корягу, шатались, и общий настрой это не улучшало. Ну а что поделать? Видеть, кто на самом деле их будет лечить, местным людям совершенно не следует.

Разоружать их я, разумеется, не стал. И так сомнений хватало, зачем еще добавлять. Оба, конечно, много не навоюют, но шум поднимут… Короче, лучше бы обойтись без ведьминого вмешательства.

Раненые пришибленно затихли, только пыхтели, продираясь сквозь кустарник. Тот, который зажимал шею, еще и зубами скрипел. Минут через пять я посчитал, что отдалились достаточно. Чудище где-то рядом, и раз его не заметили с дороги до сих пор, то прячется оно с умом. Надеюсь, продолжит в том же духе.

Оглядевшись, негромко выдал трель, о которой мы с химерой заранее условились. Точнее, вроде как условились. По сути, до этого я всего-то насвистывал простенькую мелодию, которую спер из вступления к старой песне про ветер перемен. При этом манил тварь рукой, и она подходила.

И все-таки сработало! Аж вздрогнул: черная морда высунулась из подлеска буквально в трех шагах от меня. Ветки хрупнули, и пациенты мигом попятились, чуть не уронив своего поводыря. Ближайший ко мне, пожеванный, попробовал даже содрать с глаз повязку.

— Нельзя! — цыкнул я, приложив палец к губам.

Само собой, не для них, а для косатки-скорпиона. Та понятливо глянула на мужиков, медленно перебирая паучьими лапами и придвигаясь.

— Что это? — хором воскликнули временные слепцы, один — с адовым акцентом.

— Лес мне отвечает уже! Быстро отозвался! — дезинформировал их я. — Стойте тут!

Пациенты покорно застыли. Вихрастый было взялся за тесак, впрочем, тут же передумал. А другой перекрестился свободной рукой, зашевелил губами. Я начал обходить их по кругу, заодно сотрясая тонкие деревца и задевая кусты. С неожиданным усилием забормотал по-русски нараспев:

— Это самое, короче, великий лес. Даруй этим придуркам свою благодать и исцели их раны. Заранее спасибо. Ибо воистину, во веки веков. Исполать, иже херувимы. Мир, труд, май. Лишь коснешься ты земли — быть по-моему вели. Авада кедавра!

Остановился и показал твари, куда светить волшебным лучом. Хотя она и сама догадалась, конечно, но на всякий случай. Опять эксплуатирую хищную спутницу… Куда уж деваться, если на ней половина моих замыслов держится. Но я обязательно отплачу. Обязательно.

На моей последней фразе из кисти чудовища выплеснулось изумрудное сияние. Мазнуло по руке вихрастого, чуть задержалось на шее другого. Потом растаяло — вместе с повреждениями.

Тяжелораненый клиент, помедлив, отнял ладонь от своей артерии. Провел пальцами по месту, где только что была дыра, и выдал сбивчивый возглас. Пожеванный тип тоже не сдержался. Ощупал предплечье, обалдело произнес:

— Не болит. Не болит! Зажило…

— Прекрасно вас понимаю, — рассмеялся я.

Вот и все — процедура-то минутная, а травм как не бывало. Не устаю поражаться, хотя давно пора привыкнуть. Есть в этом что-то глубоко сакральное. И абсолютно нереальное.