Чтение онлайн

Изображение впечатляло. Этель, заглянувшая в рисунок из-за плеча Алиты, испуганно ахнула. Чудовище, набросанное быстрыми решительными штрихами, было похоже на огромную рыбину - конечно, если у рыб бывают уродливые спины, покрытые иззубренными шипами, и когтистые лапы, загребающие воду.

– Я вам верю, Амиран, - негромко промолвила Алита. Экипаж давным-давно подъехал к ступеням, но пока Алита была не в силах двинуться с места. Неожиданно ей все стало ясно.
– Взгляните, Хариндер. Это он и есть. Наш Берег тысячи звезд. Огромная точка в пространстве, которая не имеет постоянных координат потому, что все время перемещается. Это исполинская рыба…

– Такая громадная, что на ее спине вырос лес, - внезапно подхватила Этель. Ее покрасневшие от холода пальцы вдруг сжали руку Амирана.
– Жители Брекутты думали, что это остров. Они добрались до него на лодках, срубили деревья и построили хижины. Но, когда они развели костры, рыбе стало жарко, и она поплыла прочь от Брекутты в прохладные моря…

На Земле тоже была такая сказка. Чудо-Юдо-Рыба-Кит, который плыл по морям с городом на спине. Плыл через все миры, соединяя их и оставляя за спиной. На мгновение Алите стало очень легко и спокойно.

– Значит, будем читать сказки в поисках зацепок, - улыбнулся Амиран и добавил: - Но уже завтра. Сегодня нас с миледи Этель ждут другие дела.

С этими словами он подхватил новоиспеченную супругу и двинулся к экипажу. Алита и Хариндер смотрели им вслед с одинаковым выражением на лицах.

Служанка уже легла спать, и Этель открыла дверь своим ключом. Квартира встретила их уютной тишиной с запахом хвои, булочек с корицей и недорогих сладковатых духов. Амиран привычным жестом снял с Этель шубку, нанизал ее на крючок и принялся расстегивать пальто.

Этель не чувствовала ничего, кроме наползающей томной жути. Пол уходил из-под ног. Должно быть, такой приторно-сладкий страх охватывает всех невинных девушек в первую брачную ночь. Амиран, пожалуй, будет удивлен - он-то явно не считает Этель невинной девушкой.

– Хочешь кофе?
– негромко спросила она.
– На кухне есть.

– Не хочу, - глухо откликнулся Амиран. Дотронулся до светлой пряди, выпавшей из прически, и отвел руку.
– Обойдемся без кофе, Файшан.

Этель кивнула. Он был прав, не было смысла откладывать неминуемое. Как там говорила мать? «Леди всегда остается леди, не выказывает неудовольствия, равно как и радости, лежит спокойно и думает о том, что это неотвратимое зло стоит перетерпеть». Этель нервно усмехнулась. Должно быть, поэтому все женатые мужчины ходят в бордели…

Она неслышно скользнула в сторону спальни. Амиран подался за ней, но Этель остановила его на пороге:

– Подожди тут. Я сейчас.

Спальня, к которой она давно привыкла, сейчас казалась чужой. Вещи, озаренные мягким золотым светом ночника, могли принадлежать кому угодно, только не ей. Этель быстро разделась, убрала платье в шкаф и, сменив сорочку на ночную рубашку, помедлила и все-таки сняла панталоны. Чем меньше Амиран будет возиться, тем лучше. Этель мельком взглянула на себя в зеркало, смахнула набежавшую слезинку и приоткрыла дверь, приглашая мужа - да, теперь уже мужа - входить. Когда Амиран вошел в спальню, Этель метнулась к кровати и юркнула под одеяло. Отступивший было страх нахлынул снова, и, стоило Амирану сесть на край кровати, Этель еле слышно ахнула.

– Я тебе настолько противен?
– задумчиво спросил принц, мягко погладив Этель по колену, скрытому одеялом.
– Тебе так страшно?

– Нет, - откликнулась девушка и быстро добавила: - Нет, не противен…

Амиран расстегнул жилет и бросил его на прикроватный пуфик. Галстук отправился следом. Этель смотрела на мужа с зачарованным испугом. Так амрутская кобра смотрит на укротителя, околдованная хриплым звуком его флейты.

– На мангровых болотах мы были намного ближе, чем сейчас, - с искренней грустью сказал Амиран.
– Ты ведь мне сразу понравилась, Файшан. Сразу, как только спустилась с корабля на пристань и сломала каблук.

Этель невольно рассмеялась, вспомнив свое прибытие в Амрут. Тогда она действительно едва не полетела с пристани в грязную воду: каблучок угодил в щель между булыжниками и хрупнул, лишив хозяйку равновесия. Помнится, Амиран - тогда она, конечно, не знала его имени - подхватил ее, не давая упасть…

– У меня все всегда не слава богу, - призналась Этель и вдруг горячо попросила: - Амиран, пожалуйста. Не делай мне больно.

Амиран посмотрел на нее с искренним удивлением. Этель почувствовала, как горят щеки от неловкости и стыда.

– Что ты имеешь в виду?
– удивленно спросил он, и Этель, понимая, что надо идти до конца, еле слышно проговорила:

– Я… в общем, у меня это будет первый раз.

В носу защипало, а к глазам снова подкатили слезы. Этель подумала, что готова сквозь землю провалиться от смущения. Амиран смотрел на нее с искренним изумлением: новость действительно привела его в состояние легкого шока.

– Ты же была замужем?
– уточнил он, вынимая запонки из манжет.

– Так получилось… - Этель снова шмыгнула носом: маменька за такие манеры наверняка оттаскала бы ее за косы. Известное дело, леди так себя не ведут. Особенно перед супругом. Порядочная девушка должна вытянуться под одеялом и позволить мужу сделать свое дело. Это все, что от нее требуется. И уж конечно порядочная девушка не должна хныкать и хлюпать.

Амиран улыбнулся каким-то своим мыслям и, помедлив, осторожно опустился на кровать рядом с Этель, не делая попыток поднять одеяло.

– Ты, наверно, не помнишь, - сказал он.
– Праздник бога Ларьякашми, тебе хватило двух рюмок рисовой водки, чтоб уснуть. Принц Хашиван тогда сказал, что ему всегда было интересно узнать, отличаются ли сузианские женщины от амрутских.

Этель лежала ни жива, ни мертва, застыв, словно мышь под лапой кота. Она прекрасно помнила этот день, вот только и представить не могла, что тогда задумал Хашиван.

– Он заявил, что непременно это проверит, - продолжал Амиран.
– Потому что грешно упускать такой случай. Мы все тогда напились, как свиньи… и я пошел в твою комнату. Ты спала, я накрыл тебя плащом и сел рядом. Если бы Хашиван вошел, я бы отрубил ему голову. Но он выпил столько, что забыл обо всем. А наутро мы с тобой отправились на болота - надо было, чтобы он окончательно выбросил из головы свою идею.

– Я все помню, - тихо сказала Этель.
– Я помню… Ты действительно отрубил бы ему голову?

Амиран коротко рассмеялся и осторожно поцеловал Этель в щеку.

– Конечно, - твердо произнес он.
– А как иначе?

Этель пожала плечами. Почему-то мягкие объятия, в которые Амиран ненавязчиво заключил ее, оказались очень уютными, дарящими тепло, покой и понимание, что все идет правильно.

– Не знаю, - промолвила она.
– Получается, я ничего не знаю о жизни…

Амиран усмехнулся.

– Никто ничего о ней не знает. Спи, Файшан. Чувствую, завтра нас ждут опасные приключения.