Чтение онлайн

Поежившись, Алита встала с кровати, обнаружила, что из одежды на ней только тонкая сорочка и панталоны и, стянув с кресла покрывало, закуталась в него и открыла дверь. Маленький коридор перед ней был пуст. Он кончался лестницей, и Алита побрела туда, искренне надеясь, что больше не встретит механическую даму.

У нее ведь были теплые пальцы, едва заметно пахнущие хной. Самые обычные человеческие пальцы. Это больше всего сбивало с толку.

Лестница привела Алиту в просторный зал, до самого потолка набитый книгами, бутылками с заспиртованными существами, разноцветными колбами. Были тут и старинные карты в рамах, были и цветные холсты, свернутые в трубки, были и черепа неизвестных зверей и птиц - Алита удивленно застыла, с любопытным восторгом рассматривая это хранилище сокровищ. Взгляд выхватывал то прозрачный лоток с коллекцией драгоценных камней, то тонкие стебли засушенных цветов в стеклянных рамах, то перья экзотических птиц.

– Нравится?
– доброжелательно осведомился Хариндер откуда-то сзади. Алита обернулась и увидела, что артефактор стоит на лесенке возле шкафа и осторожно ставит на полку запечатанный сосуд, в котором клубится что-то черное. Изредка из этой черноты проглядывала уродливая лапа и взмаргивал то желтый, то черный глаз.

– Что это?
– спросила Алита. Живая чернота пугала. Хариндер усмехнулся и начал спускаться.

– Твой Паукка, - ответил он.
– Красавец, правда? Я никогда не видел их вот так, живьем… - артефактор бросил торжествующий взгляд на полку и добавил: - Вернее, теперь уже не живьем. Сейчас раствор схватится и все.

Алита смотрела на него с ужасом. Она даже не чувствовала облегчения от того, что живая тьма теперь не гнездится в ее груди.

– Ты достал его?
– еле слышно спросила она и, подойдя к артефактору вплотную, осторожно взяла его за руку и сказала: - Хариндер, пожалуйста… Скажи мне правду.

– Что именно ты хочешь узнать?
– его голос звучал с прежней мягкостью, но в глубине глаз вспыхнул неприятный злой огонек. Алита пожала плечами.

– Где мы? И этот Паукка… что с ним за история на самом деле?

Губы артефактора дрогнули в улыбке, но Алите вдруг стало ясно, что он сейчас способен свернуть ей шею - а потом засунуть в такую же склянку, как и Паукку. Или срезать половину головы и превратить в товарку механической служанки.

– Это полуостров Сахсавати, - ответил Хариндер.
– И мой настоящий дом. Когда нас с тобой выбросили с дирижабля, я включил разрыв-камень, настроенный на это место.

Алита кивнула: примерно так она и подумала. Мраморные плиты пола леденили босые ступни. «Да здесь же холодно, как в могиле», - вдруг поняла Алита и спросила:

– А горящие люди с дирижабля?

– Ты тоже их заметила?
– Хариндер пожал плечами.
– Не знаю, кто они.

Алита подумала, что у нее еще есть шанс - не спасти свою жизнь, а вернуть все, как было. Для этого следовало не спрашивать больше про Паукку, а предложить переместиться куда-нибудь, где не так холодно. Однако она все-таки спросила:

– А Паукка?

Хариндер вздохнул.

– Ты думаешь, что я специально подселил его к тебе?
– он замялся, но все же продолжил: - Что просто захотел тебя сделать своей любовницей так, чтобы у тебя не было выбора?

Алите потребовались все ее силы, чтобы едва слышно промолвить «Да». Хариндер усмехнулся и выпустил ее руку.

– Ты приехала в Амрут уже будучи инфицированной, - сказал он.
– Наверняка делала остановку на островах Геликаш?

Алита кивнула. Да, на Геликаш она провела два дня в ожидании своего багажа - банальная задержка в пути.

– Я заметил нечто подозрительное в твоей ауре, когда ты в первый раз пришла в мою лабораторию, - продолжал артефактор, - но не понял, что это за пятно. В конце концов, о Паукках уже давно ничего не слышно. А потом получилось то, что получилось. Сама подумай, - Хариндер вдруг стал растерянным и каким-то жалким, что ли, словно едва высказанные подозрения Алиты не просто задели его, а глубоко ранили.
– Если бы я подсадил тебе эту тварь, какой мне смысл ее вынимать? Пусть себе сидит. Она гарантирует, что любимая женщина будет со мной.

– Не надо, - промолвила Алита.
– Не надо, не говори ничего. Прости меня.

Она хотела было отступить к лестнице, но Хариндер не позволил: поймал за левое запястье и мягко привлек к себе. В этом объятии не было ничего от любви. Так могла бы обнять подруга или сестра.

– Для меня главное - счастье любимого человека, - негромко сказал Хариндер. «У меня ведь был шанс оставить все, как раньше, - с горечью подумала Алита.
– А теперь все кончено».
– Я хочу, чтоб ты была счастлива. И неважно, со мной, без меня… - он стушевался окончательно и умолк.

– Прости, - выдохнула Алита, прекрасно понимая, что ей хочется сказать совсем другие, невозможные слова. Хариндер усмехнулся и подтолкнул ее к лестнице.

– Пустяки, - сказал он.
– Пойдем обедать.

Механическая дама бесшумно накрыла на стол, низко поклонилась Хариндеру и Алите, вошедшим в столовую, и удалилась. Стараясь не смотреть на трубки в ее затылке, Алита села на высокий стул и, придвинув к себе столовые приборы, поинтересовалась:

– Кто это?

– Что это, - уточнил Хариндер, наливая ей ароматного фруктового шербета.
– Моя домоправительница.

Несмотря на упоительный аромат, который источал цыпленок с травами, Алите почему-то расхотелось есть. Она задумчиво ковырнула пирамидку золотистого риса на своей тарелке и спросила:

– Она когда-нибудь была живой?

Хариндер прикрыл глаза и мечтательно улыбнулся.

– Да, была. Потом произошел несчастный случай, и теперь она ведет вот такую жизнь.

– Твой научный триумф, которого никто никогда не увидит, - задумчиво сказала Алита. Если раньше артефактор создавал впечатление открытого, в чем-то даже беззащитного и мечтательного человека, то теперь ей стало по-настоящему жутко.

– Если бы об этом узнал покойный Хашиван, то заставил бы меня создать бессмертную и непобедимую армию, - ровным тоном проговорил Хариндер.
– Но война мне претит. Мои куклы ведут исключительно мирную жизнь.

– Куклы?

– Да. Мадам Сафрани и Райзан. Он работает в саду.

Некоторое время они молчали. Алита всей шкурой чувствовала, как все, что соединяло их, неотвратимо утекает в какое-то незнакомое, пугающее русло. Умершие люди, оживленные искусством артефактора, таинственное хранилище жутковатых чудес, мертвый Паукка в сосуде - ситуация все больше и больше казалась Алите какой-то неправильной, словно Хариндер использовал ее вслепую и что-то не договаривал. Похоже, выражение ее лица выдало мысли, потому что артефактор отложил вилку и сказал:

– Я понимаю, что вся эта ситуация кажется тебе неприятной и двусмысленной. Да, я действительно тебя люблю, Алита, - она хотела было что-то сказать, но Хариндер предупреждающе вскинул руку.
– И поверь мне: в том зале хранятся такие артефакты, какие заставили бы тебя забыть твоего Огюста-Эжена. Сразу и навсегда, словно его и не было.

Он говорил спокойно и доброжелательно, и Алита понимала, что Хариндер откровенен. Магический фон его хранилища действительно зашкаливал.

– Но… - он замялся, подбирая слова, будто ему было неприятно и больно говорить.
– Но я не приемлю насилия. Ни физического, ни морального. Особенно над той, которую люблю. Понимаешь, мне очень важно, чтобы ты доверяла.