Чтение онлайн

— Привет, — шепчу достаточно громко чтобы расслышала, но не настолько, боясь разбудить малыша.

Аккуратно она присаживается на кровать и подтянув к себе кюзет, благовейным взглядом одаривает спящего сына.

Нашего сына.

В горле вдруг пересохло, сложно было сглотнуть. Глаза защипало, а пульс подскочил и усиленно задребезжал по венам так сильно, что ощущался практически болезненно. Меня изрядно потряхивало. Нервозность в теле, посылала волны адреналина по венам, я пребывал в какой-то невероятной эйфории! В груди разрастались приятные тепло, спокойствие и умиротворение, которые казалось в любую секунду разорвут мою грудную клетку.

За эти мгновения, я был готов умереть. Только бы всегда видеть их здоровыми, довольными и счастливыми.

— Все прекрасно, теперь, когда он рядом. — Положив руку на бортик кроватки, кладет подбородок на руку, и не отрываясь смотрит на ребенка. — Спасибо тебе, Марк.

Пододвигаю стул ближе к ним, чтобы обзор был лучше. Затаив дыхание осматриваю ребенка. Маленький комочек, завернутый в пеленку с крошечным носиком, вздутыми губами и пухлыми щечками. Сопит неподвижно, иногда морщится и хмурится.

— Это тебе спасибо. — Поймал ее взор, который попыталась скрыть. — За сына.

Я серьезен и действительно благодарен ей за этот подарок — возможность стать отцом. — А еще за то, что не отталкиваешь и позволила быть рядом с вами.

— Это и твоя заслуга, — замученная, но все же шутит. Едва заметная улыбка мелькнула на лице и исчезла, она снова опустила взгляд на ребенка. И в ее ответе нет злости. Сил у нее на это просто нет. Обычная констатация факта, пронизанная не укором или обидой, а усталостью, всего лишь поддержание непосредственной беседы. Все ее мысли и внимание заняты ребенком, думаю, времени на раздумье о прошлом у нее нет.

Щекотливая тема и не приятная. Эта фраза навсегда будет звучать осуждением в моей голове. Не сразу нахожусь, что ответить и выкручиваюсь сменой разговора:

— Ты подобрала ему имя?

— Еще нет, — хмурится и качает головой.

— Как на счет — Власов Сергей Маркович? По-моему, отлично звучит.

Резко глянула на меня встревоженно и открыла рот, спустя мгновение задумалась, и отведя взгляд в сторону, так и не сказала ничего. Расстроилась. Хотел бы я знать, что за мысли опечалили ее.

— Если тебе не нравится, давай подумаем о других вариантах, — Предлагаю назвать сына именем ее отца, мне казалось отличной идеей. К тому же, моего деда по матери так звали, я вдвойне — за. Если бы только знал, что она так отреагирует — молчал.

— Думаю папа был бы счастлив, если в его честь назвали бы внука, — неожиданно прохрипела Лера и едва касаясь, провела ладонью по тельцу малыша, завернутому в тугую пеленку. По бледной щеке покатилась слеза и она шмыгнула носом. Чувствуя необходимость прикоснуться к ней и утешить, машинально протянул ладонь к ее печальному лицу, и вытер влажный след. Но потом понял, что позволяю себе много лишнего, и убрал руку.

— А каким бы дедом он был нашего сына? — меняю тактику, только бы отвлечь ее от грустных мыслей.

— Хм, никогда об этом не задумывалась. — неохотно, но ведется на мою уловку, пожимая плечами.

— А ты подумай, — улыбаясь, подбадриваю ее.

— Думаю, дедушка бы, однозначно, во всем потакал ему. — задумавшись, она начала жевать щеку изнутри, и уставилась в одну точку на стене. Слезу забыты, мысли заплутали в прошлом, вспоминая, — А еще прощал и прикрывал бы все его пакости. Отец, несмотря на внушительный список недостатков, подкупал своей добротой всех. Они точно бы сдружились.

— Не сомневаюсь, по твоим словам — это идеальный дед. Так значит решено? Назовем Сергей?

Поджав губы, воодушевленно, будто разгадала наконец сложную задачу, с блеском в глазах, она радостно закивала головой.

Мы снова затихли, направив все свое внимание на сына.

— Читал, что первые несколько месяцев между новорожденным и матерью особая связь. Ты радуешься и ему хорошо, если начинаешь нервничать и грустить он и это чувствует, принимаясь плакать и капризничать. Справишься? — я и забыл о своем вопросе, когда глянул на Леру. Потому как ее хитрая улыбка и удивленный взгляд сбили с толку. — Что?

— Ты правда читал об этом?

— Да, и помимо этого еще много чего. Это странно для тебя? — Не возьму в толк, почему подвергает мои слова сомнению.

— Например? — Ее широкая улыбка и заинтересованность, выказывают еще большее нетерпение.

— Я проследил, по недельно каким фруктом ребенок был у тебя в животе. — Она заливается хохотом, а потом закрывает ладонью рот и понимает, что через чур громко. Я же продолжаю, как ненормальный желая еще больше ее смеха. — В девять недель он был как виноградина, а когда только узнал о твоей беременности, в двадцать шесть недель он уже был размером с папайю.

— Папайю, — пищит она, отпустив кювез, а зетам крепко зажимает рот и беззвучно корчится от смеха.

Это опасное чувство, быть зависимым от положительных эмоций этой девушки, но я наслаждаюсь эти редкими мгновениями и впервые вижу ее такой счастливой:

— Ага, а еще смотрел как делать массаж при коликах. И что нужно после кормления подержать в вертикальном положении, чтобы вышел воздух. — Одну ладонь держу у груди, а второй взмахиваю над плечом, инициируя похлопывания по спине малыша. В мыслях же жадно перебираю все статьи, что прочел, только бы отыскать еще информацию, которая обрадует ее сильнее.

— Достаточно! — Вытягивает руку вперед останавливая, — я поняла. Ты подготовился. — Отдышавшись, глубоко вдыхает и выдыхает, вытянув губы, изо всех сдерживая приступ смеха.

— Да, и я очень старался.

— Значит сможешь справиться с ним, если меня не будет?

— Я тебя не отпущу, — на выдохе, бессознательно выпаливаю, и вмиг ее лицо становится серьезным. Не осталось и следа, от былой радости и добродушия. Улавливаю, что прозвучали слова двусмысленно. Я говорил это ранее, при ужасных обстоятельствах. Мысленно дал себе пинка и поспешно добавил: — Вернее поспать сможешь. Сутки, двое. А потом думаю мне понадобится твоя помощь. — Переводить все в шутку теперь было нелепо. Момент упущен.

Малыш закряхтел, секунда, и палата наполнилась его жалобным плачем. Подскочив на ноги, она подошла к малышу, и неловко взяла его на руки. Я не упустил момента, как ей некомфортно брать его одной рукой и придерживать травмированной.

Черт, возьми!

То, что я сделал с ней, навсегда останется между нами. И каждый раз, будет напоминать о том, каким подонком я являюсь. Мне пора уходить.

— Я позову медсестру. И позвоню тебе позже.

— Тшшш, сладкий, мамочка здесь, — кивает мне и отвернувшись, продолжает качать малыша.