Чтение онлайн

Пётр Алексеевич внутренне ликует, замечая, как напрягаются мышцы у Влада. На лице у того вселенское спокойствие, но кулаки явно сжимаются под столом от гнева. Маленькая, но победа. И один спасённый фамильяр в копилку Света.

— Это был наш фамильяр. — Влад с улыбкой на лице, которую будто приклеили туда, отпивает чай.

— Было ваше — стало наше. — Пётр Алексеевич жмёт плечами. — Сам знаешь, что фамильяры не собственность. Захотел — устроился к вам работать, передумал — ушёл в свободное плавание или к нам. Или вы против Кодекса рабство устроили?

— Чушь не неси. — Влад поджимает губы.

— Даже не думал. — Пётр Алексеевич отодвигает от себя тарелку. — Просто ты хотел поговорить о странных вещах, а мы обсуждаем обыденность, до которой нам дела быть не должно.

— Слухи ходят. — Влад выпрямляется, внимательно смотря за каждым движением главы Света. — Говорят, пророчеству скоро срок подходит. Вернётся истинная Сила, а нам всем конец. Не будет больше ни Света, ни Тьмы. Под себя всё заберёт.

— Слухи на то и слухи, Владислав Владимирович. — Пётр Алексеевич качает головой. — Сколько веков живём с тобой, а ещё ни одно пророчество не сбылось.

— Однако, перестраховаться не помешает, как думаешь? — Владислав Владимирович слегка наклоняет голову вбок.

— Не помешает, разумеется. — Пётр Алексеевич с улыбкой кивает. — Ты же знаешь, что я всеми руками за безопасность. Пусть твои ребята приходят, проверяют всё. И мои к тебе заглянут. Отправим завтра с тобой запрос Судьям, пусть рассмотрят, одобрят, сделаем всё официально, да?

— Разумеется…

Главный офис Стражей Света. Медицинский этаж. Кабинет Дмитрия Максимовича. Около пяти утра.

— Димо-он. — Серёжа без стука заваливается в приоткрытую дверь и плюхается на диван с такой силой, что Костин аж подскакивает. — Плесни кофейку, я не могу уже.

— Обалдел? — Дима возмущённо уставился на своего коллегу.

Он присел только минут пять назад. До этого всё прислушивался к происходящему в шестой палате, патрулировал коридор, заполнял документы, до которых всё никак не мог добраться, Катю выгонял из палаты, ибо не положено ночью с больными тусоваться, даже если это теперь твой личный фамильяр. Хватит одного исключения в виде Арсения, который ещё и похрапывал периодически. Дел — уйма, а тут ещё и этот притащился, на диване расселся и кофе требует.

— Не могу больше в допросной торчать. — Серёжа строит глазки как у кота из Шрека. — Ну будь другом, сделай, а? Пожа-алуйста.

Дима недовольно поправляет очки, но всё же встаёт и идёт к шкафу за ещё одной кружкой, а затем к кофемашине. Не мог Костин на него долго и всерьёз злиться, и Куликов об этом знал, ещё и пользовался активно. Благо, что не злоупотреблял. Впрочем, даже если бы и да, то Дима всё равно бы не долго ворчал.

— Чего стряслось? — Костин включает кофемашину, бросая взгляд на друга, который уже развалился на диване.

Лет сорок назад именно Серёжа вытащил Машу из горевшего дома. Тёмные подожгли. Хотели, по их словам, от артефакта избавиться, который был семейной реликвией и перешёл Маше по наследству от бабушки. Тьма знает, зачем им понадобилась слабенькая побрякушка, которая от всяких простуд защищает. Видимо, в очередной раз решили просто подгадить Свету, вот и подожгли. А там Маша была. Молодая девчонка, ещё не идентифицированная. Тогда ситуацию замяли, ведь никто не пострадал, ещё и Свету новый маг-лекарь достался. А Диме жена и лучший друг.

— Ведьму притащили. — Серёжа с улыбкой кивнул, принимая кружку из рук Димы. — Вчера вечером. Понимаешь, да, о которой я говорю? Поносную эту. Отправил на допрос. Думал, щас Макар быстро всё запишет, отчёт составим, до утра ради приличия подержим и отправим к Тёмным, чтоб те сами со своими разбирались.

— А она чего? — Дима двигает Серёжины ноги и садится рядом, изображая на своём лице крайнюю заинтересованность. — Молчит, что ли?

— Да если бы. — Серёжа грустно хмыкает в кружку. — С вечера твердит одно и тоже. Как пластинку заело, ей-богу.

— Не виноватая я? — Дима усмехается, отпивая свой уже остывший кофе.

— Эслихиту какое-то. — Серёжа хмурится, качая головой. — Бессмыслица.

Дима прикрывает глаза, ныряя в подпространство. В том, что Серёжа не дурак и проверил это через внутренний переводчик, Костин не сомневался, но мало ли недоглядел по вымершим языкам. Выходила и правда бессмыслица. Ни с известных, ни с вымерших языков оно не переводилось. Даже чего-то похожего не находилось.

— Глушняк там, не смотри. — Серёжа отпивает кофе.

— А Петру Алексеевичу звонили? — Дима открывает глаза.

— Когда поняли, что глушняк, он уже на встрече с этим, который считает себя важным гусём из-за фамилии, сидел. А потом не дозвониться стало.

— Понятно. — Дима хмыкает, качая головой.

— А у вас тут чего? — Серёжа садится поудобнее. — Что-то мне подсказывает, что не обычная зверушка к нам под ноги свалилась.

— Фу. — Дима морщится. — Ты с ведьмой переобщался что ли?

— Дмитрий Максимович. — Серёжа качает головой. — Стыдно классику не знать.

— Там было про неведому, во-первых, а во-вторых, я ничего не знаю. — Дима закатывает глаза и отпивает кофе.

— Ещё бы ты знал. — Серёжа фыркает, ставя кружку на столик. — Думаешь чего?

— Да Тьма её знает. — Дима откидывается на спинку дивана. — Она походу, как и Арсений, невосприимчива к чужой силе. Редкая гадость. И всё у нас.

— Да-а… Дела-а… — Серёжа качает головой. — Чувствую повеселимся скоро. Два фамильяра в один день… Не хорошо.

— И ведьма, несущая бред. — Дима вздыхает.

Квартира Петра Алексеевича. Около полуночи.

— Тяжёлый день? — Кира заходит в спальню и присаживается на край кровати.

— Я бы сказал нецензурный. — Пётр откладывает книгу в сторону.

— От тебя всё ещё несёт Тёмным. — Кира морщится, снимая с плеч тонкий халатик.

— Скажи спасибо, что не смертью. — Пётр грустно усмехается. — Сегодня двоих фамильяров у Тёмных из-под носа забрали. Влад бесится.