Чтение онлайн

– Нинель! – Ян едва ли не рычит. – Это непрофессионально – смешивать личное и рабочее. Тем более, прошло столько лет....

– Вот и отлично. Можешь считать меня крайне непрофессиональным дизайнером. Зачем вам с женой такой?

– Она хочет именно тебя. Ты возьмешься или мне пойти на крайние меры?

Очень хотелось бы знать, что это за крайние меры, но у меня практически не остается времени, и я со злостью выплевываю прямо Яну в лицо:

– Да, да, да! Только уходи, пожалуйста! Видеть тебя не могу!

– Сразу бы так, - Ян расплывается в довольной улыбке. Засранец! – Я тоже не горю желанием общаться с тобой. Просто не хочу расстраивать свою любимую женщину. Я привык давать ей все, что она попросит.

Стискиваю ладони в кулаки и сцепляю покрепче зубы, чтобы не плюнуть ему прямо в лицо.

– По всем вопросам будешь общаться с Эльзой, - холодно бросает Ян напоследок.
– Мы с тобой пересекаться не будем. Всего доброго.

Наумов наконец выходит из моего кабинета и даже доходит до дверей, ведущих в коридор, как из гардеробной выскакивает счастливо улыбающийся Леон и громко, на всю приемную, выдает:

– Мам, привет!

Ян

Я уже давно покинул приемную этой чертовой студии дизайна, забрал жену, сел в машину и успел отъехать на приличное расстояние, а голос того пацана до сих пор стоит в моей башке на повторе.

«Мам, привет!»

Я даже разглядеть его не успел – перед глазами вспышками пронеслись кадры, как Нина вынашивала, рожала и воспитывала нашего ребёнка. Радость, что у меня есть сын, сменилась злостью от того, что моя бывшая не поставила меня об этом в известность. Но она не успела оформиться.

Потому что все мои иллюзии, которые успел построить мой воспаленный мозг, рассыпались в пыль, когда я понял, что это не сын Нины, а, соответственно, не мой пацан, а ее помощницы.

Не могу понять себя, свои эмоции, и от того бешенство рождается во мне по второму кругу. С силой стискиваю руль и челюсти. Того и гляди, эмаль начнет крошиться.

Одиннадцать лет! Одиннадцать лет прошло, должен был забыть, перетереть, пустить пыль по ветру.

Но какого-то черта я взбесился, едва увидел ее.

Ещё и Эльза вцепилась в этого «лучшего дизайнера столицы», как бульдог в свою добычу. Намертво. Как будто больше никто не сможет обставить наш дом и подобрать чертовы строительные материалы!

Я бы предпочел не пересекаться с Нинель. Никогда!

– Ян? – голос жены врывается в сознание, вызывая глухое раздражение.

Не сразу понимаю, где я. Трясу башкой, тру лицо ладонью и только тогда поворачиваюсь к Эльзе.

– Что?

– Тебе сигналят. Зеленый давно загорелся.

Чертыхаюсь себе под нос и резко вжимаю педаль газа в пол. Машину дергает, и мне с трудом удается выровнять ее.

– Аккуратнее! – взвизгивает Эльза, вжимаясь в пассажирскую дверь. – Да что с тобой?!

– Все в порядке.

Но, как обычно, такой ответ не устраивает мою жену.

– У вас…что-то было с этой Ниной, да? Поэтому она так взбесилась? Не хочет работать из-за прошлого, что вас связывает?

Шумно выдыхаю и торможу на светофоре. Зажимаю пальцами переносицу, мысленно готовясь к очередной сцене.

Я женился на Эльзе…Даже не знаю, как назвать причину.

Точно не из-за большой любви.

Ее между нами никогда не было. С моей стороны так точно. Правда, после того, как я предложил ей выйти за меня, Эльза призналась, что любила и ждала меня все эти годы. Но я настолько циничный урод и эмоциональный кастрат, что у меня ничего не дрогнуло внутри. Эти слова пролетели мимо. Мне было плевать.

Из чувства долга? Тоже вряд ли.

Со скуки. И потому что привык к ее ненавязчивой заботе и тому, что она всегда крутится рядом. Все эти годы. Вот точное определение, почему я сделал предложение девушке, с которой на тот момент мы прожили вместе почти семь лет.

Одиннадцать лет назад я был нищим студентом и изо всех сил зубами вцеплялся в любую возможность выбиться в люди. Я пахал, как проклятый, и вот меня заметили и предложили стажировку по обмену в Штатах на год.

Я был настолько рискованный, дерзкий и отчаянный, что посмел поставить условие: я поеду, только если мне помогут оформить визу и на мою невесту.

Нинель на тот момент не была моей невестой, но я собирался сделать предложение ей буквально в ближайшее время – я почти накопил на кольцо с бриллиантом. Да, можно было взять попроще, но я изначально хотел, чтобы у девушки, которую я любил, было все самое лучшее.

Всегда.

Я ей обещал.

Вот только, оказывается, Нинель все это было нахрен не нужно. Она не готова была ждать. Ей нужно было все и сразу.

И она бросила меня накануне, когда я собирался сообщить ей о том, что мне нужно будет уехать, но у нее есть возможность поехать со мной – ее кандидатуру как раз одобрили на днях.

Я полетел один. Уже в самолете выяснилось, что Эльза летит со мной, да ещё и в один город. Нам обоим было сложно первое время, и мы старались держаться вместе. Я помогал ей деньгами и физически, потому что ее отец, человек не бедный и со связями, вдруг уперся и перекрыл ей финансирование. А Эльза – уборкой и готовкой, на которые у меня никогда не было ни сил, ни времени. Потом мы как-то пришли к общему знаменателю, что нам будет комфортнее и выгоднее с финансовой точки зрения жить вместе.

Долгое время мы существовали рядом как соседи. А потом выпили лишнего на Рождество, и…наши отношения перешли в другую плоскость.

Мне было удобно, не скрою. Хоть это и звучит цинично. Но перед оформлением брака я обо всем и сразу предупредил Эльзу – обеспечу финансово и буду верным, потому что уважаю ее и свой выбор.

Но полюбить не смогу. Эта функция отмерла одиннадцать лет назад, и осталась здесь, в России.

Эльзу долгое время все устраивало. Но последние три года начались истерики и сцены ревности на пустом месте. И я на грани, чтобы поставить точку в этом спектакле. Стоит признать, что я проиграл, и семья невозможна без любви….

Лучше быть одному, чем позволять ежедневно сношать свои мозги.

– Ян? Было, значит, да? – заводится Эльза, потому что я задумался и снова позабыл о ее присутствии.
– Поэтому молчишь? Придумываешь, как соврать?

Ян

Бросаю быстрый взгляд на жену. Она смотрит цепко, сощуренно. Ловит каждую эмоцию. Уже на низком старте чтобы закатить сцену ревности, перевести все в скандал, а потом рыдать в ванной, закрывшись на замок.