Чтение онлайн

— Идемте, мадам! — шепнул карлик. — Вернее: добро пожаловать в ваш дом! Я говорю вам это вместо вашего супруга. Но, уверен, он повторит вам это, и очень скоро!

Они быстро пробежали по темной аллее к подъездной дорожке и по широкой лестнице поднялись наверх к тяжелым окованным медью входным дверям дворца. Над ними тоже висел фонарь, что позволило Очо так же быстро открыть и эту дверь вторым ключом.

И вот уже карлик и Дом были в просторном темном холле мирно спящего дворца де Немюра. Уродец достал свечу и зажег ее от огнива; огромное помещение почти не осветилось.

— Мадам, дайте все же мужу совет завести во дворце хоть несколько собак, — оглядываясь кругом, сказал карлик. — Мы так легко проникли сюда! А у него есть враги. Естественно, этот совет вы дадите ему не сегодня ночью. Ему будет не до того… Да и вам тоже.

Доминик вспыхнула. Ее сердце билось все сильнее… Де Немюр был уже совсем рядом! Скоро она увидит его…

— Нам налево, вот по этой лестнице. Здесь будет коридор. Не дрожите так, сеньора! А то и меня начинает трясти. Вот поворот. И — вторая дверь направо. Тише… Остановимся здесь. Переодевайтесь.

Очо развязал свой узелок и достал оттуда белое одеяние монахини-картезианки.

— Нижняя рубашка, — перечислял он шепотом, — как эти бедняжки такое носят! Никогда не постригайтесь в монастырь, сеньора. Носить такое с вашей белой нежной кожей — преступление! Грубая серая холстина… Колется и натирает кожу. Так… Это плащ с капюшоном. Маска… Я взял белую — будете девушкой в белом. Эдакое новое привидение дворца де Немюров. То-то старые переполошатся, увидев вас! Ну, переодевайтесь, а я посмотрю, все ли впереди тихо… — Он ускользнул в темноту, а Доминик сбросила мужскую одежду и быстро оделась в монастырское платье. Да, нижняя рубашка была неприятно-колючая и грубая. Но, как тут же подумала девушка, и щеки ее вновь заалели, ей недолго оставаться в ней.

Дом спрятала под плащ два контракта. Один был свернут трубочкой — тот, который герцог Черная Роза подписал, второй, составленный после его отъезда из Руссильона, был сложен в виде квадратика, — чтобы не перепутать, — надела маску и накинула на лоб капюшон. Ее наряд — можно сказать, свадебный наряд — был готов. А дрожь била все сильнее.

Карлик вырос из темноты так внезапно, что девушка чуть не вскрикнула. Нервы ее были натянуты как струна. Очо понял ее состояние.

— Успокойтесь, прекрасная герцогиня, — шепнул он. — Мне надо было взять с собой бутылочку бургундского… Все пошло бы веселее. Но я как-то забыл. А мне и самому неплохо было бы чем-нибудь подкрепиться. Впереди все спокойно. Первая дверь направо — слуги герцога, некоего Франсуа. Неприятный тип! Но храпит так громко, что слышно через дверь. А у вашего мужа все тихо. Так… Давайте соберем вашу одежду. Меч тоже мне дайте. Контракты взяли? Пусть де Немюр подпишет настоящий… И не вздумает упираться. Ну, не тряситесь же так! Ведь вы смелая. Не в пасть же льву вы идете…

— А вдруг он меня опять прогонит? — слабым голосом пробормотала Доминик. — Вдруг он снова не захочет меня?

— Так вот чего вы боитесь! — Улыбнулся Очо. — Я-то, простак, думал, что другого! Уверяю вас, что не прогонит. И захочет. Но вы должны быть спокойны. Ничем не должны выдать своего волнения. Будьте величественны и торжественны, как статуя, сошедшая к нему с пьедестала. Не забудьте изменить ваш голос. И не позволяйте ему снимать с вас маску. Вы выглядите как настоящая монахиня! Он будет поражен… Потрясен… Действуйте быстрее, пока он не пришел в себя от изумления; если он опомнится, справиться с ним будет гораздо труднее. Он упрям, как тысяча севильских ослов! Про голос не забудьте.

— Если он у меня вообще не пропадет, — слабо усмехнулась Дом, кивавшая на каждый совет своего друга.

— Надеюсь, что нет. Так, берите свечу. Запомните еще одно — ваш супруг видит как кошка в темноте. И никогда не зажигает по ночам свечей в своей спальне.

— Может, я пойду без свечки, Очо?

— И, не дай Бог, за что-нибудь зацепитесь впотьмах. Что-нибудь опрокинете. Или упадете сами. Ведь тогда вся сцена будет испорчена! А мы так прекрасно задумали ее! Нет, вы должны двигаться величаво и плавно. Говорить тихо, но торжественно. Чтобы у вашего супруга появилось ощущение нереальности происходящего. И тогда можно будет, уж извините меня за такое выражение, брать его тепленьким… Да, еще: у него под подушкой наверняка кинжал. Надеюсь, он не метнет его в вас. Вы уж сразу начинайте говорить с ним. Нервы у него крепкие, — но со сна чего не бывает!

— Ну уж нет… — твердо сказала Доминик. — Я не позволю ему убить себя в свою первую брачную ночь!

— Да, вы уж там займитесь чем-нибудь более приятным, чем убийство, — улыбнулся уродец. — Ну что, вы хоть немного успокоились? Я благословляю вас — и прощаюсь здесь с вами. Надеюсь, мы увидимся завтра во дворце. И вы явитесь туда рука об руку с вашим драгоценным герцогом Черная Роза! Ну, мадам! Дышите глубже… Вперед! С Богом!

Дом взяла в руки свечу и медленно двинулась по коридору к указанной Очо двери. Она была босиком, и это позволяло ей идти совершенно бесшумно. Вот она уже рядом с нею… Девушка протянула руку, взялась за ручку и повернула ее. Дверь бесшумно открылась. Дом проскольнула в комнату… И остановилась в дверях. Ее продолжала колотить дрожь. Надо было хоть немного успокоиться — и приглядеться.

Комната была довольно большая. Кровать стояла посередине спальни. Лежал ли кто-нибудь на постели — было не видно, хотя полог был отдернут, так как слабый свет свечи от порога почти не достигал ее. Но, может, Доминик услышит дыхание спящего де Немюра? Она прислушалась. Ничего. Может, услышать мешает этот толстый капюшон? Но Дом боялась снять его. Наконец, она сделала несколько робких и и осторожных шагов вперед по мягкому темно-синему ковру. И вдруг с кровати донесся стон… Еще один. И голос герцога, какой-то странно хриплый и захлебывающийся, как от рыданий, позвал ее:

— Доминик! Доминик!..

Девушка замерла. Сердце ее заколотилось у самого горла. Он звал ее! И этот его голос… Он плачет? Нет, не может быть! Она услышала затем, как он заворочался на кровати. Возможно, ему снится сон?.. А вдруг он сейчас проснется? Дом быстро прикрыла рукой свечу.

Она слышала, как он взбил подушку… повернулся… И затих. Прошло несколько минут. Дом опустила руку и сделала еще пять бесшумных шагов к постели. Теперь она видела де Немюра, — он лежал на животе, уткнувшись лицом в подушку.

И тут он подскочил, резко сел и повернулся в ее сторону. И в свете свечи Доминик увидела, что он абсолютно нагой, что волосы у него взъерошены, что он смотрит прямо на нее расширенными блестящими глазами. Слишком блестящими… Потому что он все-таки плакал.

Плакал о ней! В горле вдруг встал комок. Ей стало нестерпимо жаль его. И стократно возросла ее любовь и нежность к нему. Он, такой сильный… Такой гордый… такой мужественный — плачет! Она довела его до слез! Доминик и сама была готова заплакать… И поэтому не сразу заметила кинжал в его руке.

О, Боже, Очо был прав! Надо было что-то сказать… И немедленно, пока де Немюр не метнул клинок. Доминик протянула к герцогу руку и промолвила, забыв, что должна говорить не своим голосом, — но стоявший в горле ком и так изменил его тембр.

— Монсеньор, ради всего святого… Я пришла к вам с миром…

Она сама не узнала свой голос. А де Немюр — тем более. Он сидел на кровати, изумленно глядя на это странное видение. Что это? Продолжение его сна?.. Или все-таки явь?

— Кто вы? — наконец, хрипло спросил он.