Чтение онлайн

– Зачем я буду сидеть в Ревеле и трястись там за тебя и Альхена?
– продолжила графиня.
– Это хуже всего. Один раз я уже тряслась так, спасибо, больше не хочу.

– Но что же тебе остаётся?
– спросил он несколько удивлённо.

– Я буду действовать по мере сил своих, - улыбнулась она.
– Пусть твой враг не воображает, что у него одного в распоряжении умные и хитрые женщины. Я тоже чего-то стою. Так что приводи князя Петра, и мы придумаем, что нужно сделать.

Граф поцеловал её в щеку и отправился на службу, почему-то уверенный в том, что свои силы и возможности Дотти совсем не переоценивает. Лишь бы она бросила их только на защиту своей семьи. Потому что в ином случае жена его способна перещеголять даже леди Макбет. И с ума, в отличие от той шотландской дамы, не сойдет.

***

Перед ужином к Дотти приехал её брат. Он играл ей на фортепиано - конечно, не так бегло, как это умел Константин, уехавший в странствие по России и, по слухам, потом направлявшийся в Китай, - и не так, как она сама, но тоже довольно прилично.

– Альхен, милый, почему ты себя всегда вечно выставляешь дураком и неучем?
– спросила она потом.

– А я разве не дурак и не неуч?
– Бенкендорф уселся рядом с ней, взял её за руку.

– Ты очень талантливый. Правда, - слабо улыбнулась она ему.

Алекс только пожал плечами. И погладил её по волосам. "Вот женщина, которая никогда меня не предаст и мне не изменит", - подумал он.
– "Но она мне, увы, сестра".

– Знаешь, - продолжила графиня, - Я давно хотела это сказать. После того, что случилось с тобой, когда Бонси всё нам рассказал, я почувствовала нечто необычное... Как бы тебе объяснить?

– Объясни уж как-нибудь, - усмехнулся её брат.

– До этого я сидела как за каменной стеной, - начала она.

– Крепости или тюрьмы?

– И того, и другого, - кивнула Доротея, грустно улыбнувшись.
– Со стороны, наверное, это напоминало крепость...

– Но я-то знал, что это была тюрьма, - признался Альхен.
– Поэтому я ненавидел твоего тюремщика.

– Но вот, стены обрушились, и, с одной стороны, страшно, потому что захватчики могут пролезть в крепость и убить всех обитателей, а, с другой стороны, я чувствую свежий воздух, вижу то, что происходит за крепостными стенами, сквозь эту дыру, передо мной открываются леса, поля, море...

– И всё-таки это была тюрьма, - заключил её брат, беря её руки в свои.
– И ты теперь свободна, можешь идти, куда хочешь.

– Я еще не решила, что это, - призналась Дотти.
– Но даже если это и тюрьма, я не могу и не хочу из неё сбегать. Если это крепость, то почему меня не пугает то, что она постепенно разрушается? Странно всё это.

Алекс только головой кивнул. Он и сам разделял смутные чувства своей сестры. Но, в отличие от нееё не слишком хорошо понимал, что от него здесь требуется. Кристоф не выделил ему никакой роли. У него была собственная "свита" в виде Жанно и этого "ботанического юноши" по фамилии Штрандманн. Алекса в неё зять не приглашал. И, похоже, не собирался. Но оставаться непричастным к происходившему Бенкендорф тоже не мог.

Он уехал незадолго до прихода Кристофа с князем Долгоруковым. Дотти равнодушно посмотрела на человека, с которым как-то была близка. "Как я выгляжу? Отвратительно", - пождумала она невольно. Тот пожирал её глазами, нисколько не стесняясь присутствия мужа.

– Зачем она здесь?
– шепнул князь своему другу, когда Дотти пошла распоряжаться по хозяйству.
– Я не верю в женский ум.

– Ты не веришь в женский ум, а наши враги верят. И активно его используют, - возразил Кристоф.

Они уселись за ужин. Было тихо, только свечи потрескивали.

– Они заманили в ловушку моего брата. Надеюсь, вы слышали?
– начала Дотти без предисловий.

– Этому делу нужно предать огласку! Пусть все знают, кто стоит за злодействами, - воскликнул Долгоруков.

Граф только вздохнул. Огласка заставит доискиваться до причин вражды. А этого лучше не делать. Но как объяснить?

– А свидетели кто?
– возразила Дотти.
– Без свидетелей вам никто не поверит.

– Тогда надо отомстить, - пргговорил Пьер, и его глаза зажглись огнем решимости.

– Спасибо, господин Очевидность, - съязвила Дотти, которая ныне была рада, что пресекла свой роман с этим Рюриковичем на корню. Насколько же он глуп!

Долгоруков захотел ответить что-нибудь не менее острое, но Кристоф взял слово:

– Предлагайте планы.

– Похитить кого-то?
– высказался князь.
– Из их числа? Например, эту Анж.

– Это будет фарс какой-то, - заявила графиня.

– А у вас есть идеи получше?
– не остался в долгу Пьер.

– Насчет княжны Войцеховской ты прав, - медленно проговорил Кристоф.
– С ней надо что-то делать.

– Я могу заманить её к себе в гости. Кинуть ей удочку с наживкой - она и клюнет, - предложила его жена.

– У меня мысль такая - я соблазняю ее и тра... простите, Ваше Сиятельство, - произнёс Пьер.
– Мы остаемся наедине. А далее...

– Ты губишь девушку, - заключил Ливен.
– Только она уже давно не девушка... Ой, прости, ma chИrie, - поправился он.

– Её не так просто погубить, - вспомнила Дотти.
– Но если вы, князь, войдёте к ней в доверие, влюбите её в себя, то станете ценным источником сведений.

– Боюсь, доверия здесь не получится. Князь уже стал открытым врагом её дяди, - напомнил ей граф.

– Тогда мы скомпроментируем Адама и заставим его драться, - не сдавался Долгоруков.

– Уже было. И что, ты убил его?
– усмехнулся Ливен.

– Так драться можешь ты...
– легкомысленно предположил князь Петр.
– Ты его точно убьёшь.

– Нет!
– закричала Дотти.

– Не беспокойся, дорогая, я стреляю в людей всегда наверняка. Но какой же повод для дуэли?
– спросил Кристоф.

– В этом нам как раз поможет эта самая Анжелика. Я её могу, скажем, увезти...
– задумался Долгоруков.

– Вызов может перехватить кто-то из семьи, - опустил его с небес на землю Кристоф.
– Чарторыйский вряд ли захочет драться со мной в открытую. А так-то поединок - хорошая идея.

– Я бы подослала шпиона, - предложила Дотти.
– И действовала бы уже исходя из тех сведений, которые он добудет.

– Попробуй ещё найди этого шпиона, - недовольно откликнулся князь.
– Они же мигом вычислят чужака. Кто знает каких-нибудь поляков и католиков?