Чтение онлайн

Мышцы ноют после тренировки — два часа подряд херачил по груше. Ладони в мозолях, плечи каменные, а легче нихрена не стало.

Всё будто кипит. Ураган внутри нереальный, хлёсткий, бесконечный. Кажется, если не выдохну, просто разорвет изнутри. Лежать больше нет сил, раз уж сон не идет, то надо встать, заварить кофе, снова заняться чем-нибудь тупым и бессмысленным… и тут телефон начинает вибрировать на тумбочке.

Резкий звук рвёт тишину. Моментально распахиваю глаза.

Вижу имя на экране и замираю. Дина?

Не может быть. В самом деле? Мне не мерещится? Это не сон?

Рука сама тянется к телефону. Поднимаю трубку, и голос у меня сразу бодрый, ровный, будто сейчас день, а не глухая ночь.

— Приезжай…

Её голос тихий, чуть охрипший. Всего два слова и всё — я уже на низком старте.

Она в клубе. Слышно музыку на фоне, голоса. По интонации слышу, что немного выпила. Но попросила приехать. Почему? Потому что скучала или…

Да и плевать. В груди мгновенно теплеет, будто лампочку включили. Но где-то глубоко сидит тень тревоги. Не знаю почему, просто будто чувствую — что-то не так.

Переодеваюсь на автомате, хватаю ключи. Пальцы дрожат не от страха, а от странного адреналина.

Завожу двигатель. Мотор рычит, колеса рвут тишину ночного города. Дороги пусты, вспышки фонарей мелькают на лобовом. Город спит, а я лечу сквозь него.

Все мысли только об одном: зачем она позвала? Почему именно сейчас?Наверное есть какое-то этому объяснение. Как же хочется её увидеть… поговорить. Узнать, что думает, что чувствует, почему решилась позвать.

Приезжаю к клубу. Свет, неон, гул — привычное место, где все кипит жизнью. Здесь всё, как обычно: толпы пьяной молодёжи, теснота, едкий запах спиртного и парфюма, мощные басы, будто даже воздух дрожит.

Пытаюсь дозвониться Дине, но она не отвечает. Наверное, просто не слышит.

Её имя горит на экране, а внутри поднимается то самое чувство: холодное, противное, будто кто-то дергает за нервы.

Захожу внутрь. Музыка бахает настолько громко, что вибрирует грудная клетка.

Головы, лица, вспышки света — всё мельтешит перед глазами. Пытаюсь пробиться к бару, оглядываюсь. Вижу знакомое лицо, её подруга из боксерского клуба.

— Видела Дину?

Та пожимает плечами, глаза блестят от алкоголя.

— Неа… вышла в туалет и не вернулась.

Внутри всё сжимается. Дина бы не позвала просто так… Она не из тех, кто играет в драму. Тревога растет. Сердце бьётся где-то в горле, пульс грохочет.

Протискиваюсь через толпу к коридору, где уборные.

Внезапно слышу знакомый голос…

— О, братец. И ты тут… — язвит моя сестрица, Арина, выныривая из-за угла. Тоже набралась хорошенько, на губах растянулась глупая блаженная улыбка, глаза блестят.

Всё внутри вспыхивает злостью. После той истории с преподом и фото она меня избегает, да и слава богу. Но сейчас придется заговорить с дорогой сестрицей, чую, что-то знает.

— Где она?

Арина фыркает:

— Откуда мне знать?! Отвалите от меня оба, ясно?! Достали уже…

Я хватаю её за локоть, не даю уйти.

— Где ты видела Дину в последний раз? Что она говорила?

Сестра раздраженно закатывает глаза.

— Как вы уже задрали… Что, потерял свою Джульетту? В туалете я её видела. Может, там и торчит до сих пор…

— Что ты ей сказала?

Арина ухмыляется криво, почти с ненавистью.

— Твою задницу спасала, дорогой братец. Сказала ей, что Вовчик тебя подставил. Доволен?

Мир на долю секунды застыл, словно получил удар кулаком в грудь. Отпускаю её, отстраняюсь, чувствую, как внутри начинает бурлить.

Двигаюсь к коридору. Там люди, суета, запах дешевого освежителя. Жду у туалета. Проходит минута, две… Ничего. Сердце болезненно сжимается.

Что-то тут не так. Может, Дине стало плохо? Поэтому и торчит там? Решаю наплевать на нормы приличия и завалиться в дамскую комнату, но тут вдруг моё внимание привлекает странный звук — будто там, за стеной, кто-то борется. Тупой удар, шорох, приглушённый голос. Замираю. Прислушиваюсь.

Взгляд падает на соседнюю дверь без таблички. Что-то вроде подсобки или склада. Подхожу ближе, дергаю ручку — закрыто. Стук повторяется.

— Дина?! — кричу.

Изнутри… будто отклик, короткий звук, сломанный. Затем глухой удар. Кровь стынет, потом мгновенно закипает.

Грудь сжимает острыми тисками, дыхание перехватывает.

— Дина! Ты там?!

Тишина. А потом снова этот глухой удар.

Я не думаю, просто со всей силы бью ногой по двери. Дерево трещит, замок поддается, двери вылетают с грохотом.

Яркий свет режет глаза, и первое, что вижу… Дина. Она стоит полубоком, глаза огромные, полные слёз. Волосы растрёпаны, тушь размазана, платье чуть сползло с плеча.

На лице — страх. Настоящий, животный.

Я впервые вижу ее такой… испуганной.

А рядом… Вовчик. Стоит позади неё, чуть растерянный, с каким-то звериным выражением.

Я мгновенно понимаю, тут не нужны слова. Всё ясно, до самой сути. Между ними была борьба. Он держал её, он дал ей повод для этих слёз, он пытался…

В голове — щелчок, короткая вспышка.

Мир сужается до одной точки, красной, яростной. Контроль исчезает, наступает только чистый гнев.

— Ах ты ж гнида… — шиплю злобно, чуя, как всё внутри превращается в огонь. — Теперь я точно тебя убью…

Не помню, как бросаюсь. Просто прыгаю на него, инстинктом. Мы валимся на пол, стол опрокидывается, что-то звонко разбивается. Вовчик орёт, пытается отбиться, но мне плевать.

Я бью… Раз за разом. Ни мыслей, ни слов, только удар за ударом. Чистая ярость — будто сгусток пламени между костей.

В глазах темнеет, всё вокруг расплывается. Слышу крики, кто-то дергает меня за плечи, толпа собирается у двери, кто-то орёт про охрану.

Но я не слышу их. Вижу только Дину, прижавшуюся к стене. Губы дрожат, руки сжимают подол платья, слёзы текут ручьем.

Эти слёзы — словно ледяная вода, проливающаяся на раскалённое железо внутри меня. Они — мой катализатор. Смотрю на кровавую физиономию бывшего друга и понимаю, что не могу остановиться. Даже когда Дина наконец отмирает и просит меня перестать. Не могу… даже если придется потом иметь проблемы с законом. Я порву за неё любого. Никто не смеет обижать то, что мне дорого. Иначе поплатится за это кровью.