Дорога Ворона. Том 1
Шрифт:
— Благодарю вас отец. — Сказала Лалфи.
— Простите… — Удивлённо начал священник. — Но Орден…
— С каких это пор обладатели священного дара, должны оглядываться на кого-то? — Холодно спросила Лайшми. — Мы верные дети церкви и рабы Бога. Разве этого недостаточно?
Тут лицо священника вытянулось совсем сильно. Ему явно пришлось приложить усилие, чтобы от удивления не открыть рот.
— Да. Простите… — промямлил он.
— Скажите, отче, как нам увидеться с отцом Шатом? — Спросил Вийн.
— Он здесь я сейчас его позову. — Священник необыкновенно резво рванул куда-то.
Когда искательницы и следователь остались одни, Лалфи обратилась к нему.
— Всё, что сейчас будет сказано, должно оставаться между нами. На того, кто посмеет разгласить что-либо из этого любым способом, падёт неминуемая кара древних. Это понятно?
— Да. — Коротко ответил Вийн.
— Вот и хорошо. — Добавила Лайшми.
Где-то через восьмую долю часа к ним вышел невысокий худой мужчина. Его голова и редкая бородка были совсем седы, лицо покрывали морщины, но глаза его смотрели цепко и молодо. Лалфи не могла отделаться от ощущения, что он напоминает ей Шиха.
— Здравствуйте, отче! — Приветствовала она священника. — Мы бы хотели поговорить с вами наедине. Это дело чрезвычайной важности и не терпит отлагательств.
отец Шат искатель
Священник секунду молчал, а потом, усмехнувшись, заговорил:
— Я ждал вас.
— Кто бы сомневался. — Криво усмехнулась Лайшми. Когда священник провёл их в комнату, она продолжила — Всё что будет сказано, не должно выйти за пределы этих стен. Того, кто посмеет разгласить это, покарают древние. Да, сейчас никто с наружи не может нас услышать. — Она откинулась спиной на стену и замолчала.
— Я ждал вас всю свою жизнь. Думал, не дождусь. — Неспешно сказал священник. — Вам Льтиши рассказала. Старая плутовка.
— Зачем же Вы так о ней? — Склонила на бок голову Лалфи.
— А можно подумать нет. — Засмеялся Шат. Смех у него был весёлый и от чего-то совсем молодой, что вовсе не вязалось с его внешностью.
— Учитель Льтиши рассказала нам о том, что Вы искатель. — Спокойно начала Лайшми. — И про то, как помогла Вам сбежать и учиться у слышащего в Церкви. К сожалению, это всё, что она успела поведать нам перед смертью. Царствие ей небесное…
— И чего ж Вы теперь хотите от меня? — Удивлённо сказал Священник.
— Здесь были искатели — Джойл и Дийч, их убил древний. Мы думали на этом всё. Однако учителя Льтиши погубил подросток, которого контролировал искатель. Мы ищем его… — Лайшми на секунду замолчала. — Нет, не так, его ищут древние. Если он сдастся сам, они обещают сохранить ему и его куклам жизнь. Если он будет упорствовать, то разделит судьбу той парочки. — Холодно заговорила Лайшми.
— Вы думаете, это я? — С улыбкой сказал священник.
— Мы думаем, Вы знаете кто это. Можете просто сказать нам имена других искателей. Ведь знаете их? — Голос Лайшми в конце дрогнул от напряжения.
— Вы сказали, что вы верные дети церкви, но в Ордене воспитывается ненависть к Богу. Тогда почему? — Священник словно не заметил вопроса Лайшми.
— Потому что нашим учителем был отец Лхойш. Именно он своим ударом остановил западян. Увы, это стоило ему жизни. — Спокойно ответила Лалфи. — Как и Вы, он учился у слышащего в церкви и смог достичь такой силы, о которой мы не можем и мечтать.
Лицо Вийна вытянулось совсем сильно. Он, кажется, совсем не ожидал услышать подобное и теперь сидел, боясь дышать. Священник тоже какое-то время молчал, а потом с горечью заговорил:
— Увы, мне такой удачи не выпало. Моё окно закрылось совсем скоро после начала обучения. Я всего лишь слабый слышащий. Ну, у меня, конечно, очень развита интуиция, но это совсем не то, что вы ищите. К сожалению, я ничего не знаю о судьбе других искателей. Льтиши спасла меня, но на этом всё.
Она была лишь немного старше меня и одна знала о моём даре. Я поклялся ей, что не стану раскрывать его, а она помогла мне сбежать. Наговорила обо мне всякого….
Меня изгнали, и я нашёл приют в церкви. Вот и вся история. — Горько усмехнулся священник. — Я не мог даже по-настоящему поблагодарить её, ведь тогда кто-нибудь мог бы заподозрить нас в сговоре.- Он покачал головой.
— Хорошо. — Спокойно сказала Лалфи, протягивая священнику рисунок своего кулона. — Вы можете рассказать что-то об этом?
Священник долго разглядывал рисунок, а потом сказал:
— Я однажды видел похожий рисунок в старой книге. Там говорилось, что это знак древних, как и парящий глаз.
Лалфи молча вытащила свой кулон и, положив его на ладонь, продемонстрировала священнику.
— Этот кулон дал мне древний. Коснитесь её. — Напряжённо сказала девушка. Если честно, её пугало то, что она лишится этой вещицы. За то недолгое время, что крест пробыл у неё, искательница так к нему привыкла, что никак не собиралась с ним расстаться.
Священник словно бы нехотя дотронулся кончиками пальцев до креста, а потом схватил его и сжал в кулаке. Около одной шестьдесят четвёртой доли часа в нём боролись стремление забрать кулон и понимание, что он чужой. Лалфи великолепно ощущала его чувства. Затем он отпустил крест и, обессилено, отвалился назад, глядя на свою руку.
— Древний сказал… — Продолжала Лалфи. — … что такие вещи могут создать священники. Вы знаете, как это сделать?
— Увы, но нет. — Тихо сказал Шат. — Если бы я мог подобное, не оставался бы бессилен. А такую ещё достать можно?
— Можно попробовать, но что нам за это будет? — Спросила Лайшми.
— Я не знаю ничего о других искателях. Не знал я и Джойле с Дийчем. Могу лишь сказать, что старший из них был тем ещё мерзавцем, но боюсь, вы это без меня знаете. — Лалфи прекрасно чувствовала, что священник не врёт.
— Расскажите, пожалуйста, о культе Шъй’юши? — попросила Лалфи. Она протянула листок, на котором зарисовала символ, который они нашли в подвале.
— Такой я видел в книгах, но среди приверженцев Шъй’юши его вроде не использовали. Они верили в божка-громовержца и привязывали жертву на скале, чтобы её убило молнией. — Напряжённо сказал старик. — Если я не ошибаюсь, то это знак секты Ханьли.
Она была распространена на юге. В тех местах, где до вторжения находился город Лииш. Приверженцы этого культа приносили в жертву животных. По крайней мере, так говорится в книгах.