Чтение онлайн

Медленно киваю. Давай уже, Роджер, есть за тобой грешок пускать пыль в глаза, переходи уже к делу.

Мужчина улыбается, приняв мой жест за понятливость недалекой юной девицы, за которую все меня поначалу принимают. Его предвзятость и отношение к женщине как к существу глупее себя играет с ним злую шутку.

– Я заметил, что вчера на приеме, вас видели в компании предводителя варваров, так называемого «владыки» Севера. Понимаю, своим влиянием он пользуется умело. Этому мужлану не стоило ничего очаровать юную леди и ввести ее в заблуждение, наговорив обещаний и сладкой лести.

Я сейчас еле держусь, чтобы не закатить глаза – неужто Роджер описывает самого себя? Верно говорят, в своем глазу и бревна не заметит.

– За проведенное в его обществе время вы могли превратно понять многие его действия. Но не забывайте, что ваш дом – королевство, а правит всеми нами милосердно и справедливо – его величество король. Титул и земли вашего батюшки, образование ваших братьев, еда на вашем столе и даже ваши наряды – все это милость его величества, забота о своих поданных. Сильный правитель обеспечивает порядок и законность в обществе, помогает ему мирно существовать и развиваться. Северяне же…несут постоянную угрозу. То количество магический камней, что добывается в их землях, те чудовищные твари, которых они якобы истребляют – все это может быть однажды использовано против нас с вами, против мирных жителей королевства Авердин!

Роджер пылко заканчивает речь. Я разочаровываю его отсутствием правильной реакции. Но запала собеседник не теряет.

– Леди. Мы не можем упустить такую возможность поквитаться с вражеским настроенным варваром. Не бойтесь! Король великодушно обещает, что вы будете отомщены. Претерпеваемые вами на тех диких землях страдания окупятся сполна.

Я широко улыбаюсь Роджеру и киваю, вытирая пальчиком уголок глаза от воображаемой влаги. Плачет по мне кинопремия за главную роль. Но кроме шуток, не зная я полной картины происходящего, я могла ему поверить.

– Я знал, что мы с вами найдем общий язык! Ради достижения общей цели, леди Ниль, не могли бы вы поделиться кое-какой информацией о….

Шмыгаю носом и опускаю голову, заставляю плечи дрожать так, словно меня бьет в истерике и Роджер, слабый к женским слезам, замолкает, неловко провожает меня до крыльца снятого отцом дома и пробормотав, что заглянет позже, спешно исчезает, растворяясь в толпе прохожих.

Я холодно гляжу ему в след.

Это лишь начало. Работает ли Роджер на короля, или использует его имя ради собственной выгоды?

Сейчас Брандту, расследование против которого начато с легкой руки князя Агнара, важно избавится от его светлости и развязать провокацию против Севера. К счастью, что в деле о контрабанде и использовании переработанных материалов трупов тварей, обитающих за Пределом, фигурирует непосредственно он сам, иначе это дело уже бы с первых дней появления в столице Хантера, получило самую широкую огласку, и все обвинения легли бы на непричастного совершенно князя.

И конечно же, королевский двор имеет большой интерес в богатствах далеких северных земель, условия договора больше власть не устраивают, но чтобы получить то, что так желанно, выход один – отобрать. По своей воле северные лорды за установленные предками пределы соглашений заходить не будут. Если что я смогла понять, так это то, что народ, обозванный Роджером варварами, это гордый народ.

Даже Хантер, когда признавался мне, когда делился своей историей, было видно, что этот поступок против своей гордости – признание собственных ошибок - дается ему нелегко…Питер, которого извиниться я смогла заставить только выиграв у него, капитан Бьорн, который своим грубым отношением скрывал искренние намерения уберечь глупую по его мнению леди в беде и вынудить ее покинуть замок, ибо только он и дворецкий был в курсе, что на самом деле хотел от этой помолвки его господин.

Ясно как день, король и Роджер, не важно, вместе ли они работают, рассматривают меня как оружие, которое хотят направить против князя. И они пока что плохо понимают, насколько я могу стать ценной.

Вчерашний прием дал понять всем наблюдающим и заинтересованным, что я и Хантер близки. Мы танцевали вместе и разговаривали, и даже больше…Отношения весьма тесные и доверительные. Если позволить мне сблизиться с его светлостью еще больше и одновременно промыть мне мозги, а если не получится, угрожать жизнями родных, то можно ведь и послать меня воткнуть ему нож в спину.

Не знаю, может я думаю слишком много? Это все предположения. Хочется верить, что я слишком утрирую и чересчур остро реагирую. Но я пессимист, для меня всегда важно предусмотреть наихудшее из вариантов развития событий. Снова оступиться и потом об этом жалеть я не желаю.

– О чем задумалась? – вздрагиваю и резко оборачиваюсь. Долго я уже стою, держась за ручку входной двери и не решаюсь войти внутрь?

У подножия ступеней крыльца улыбается, глядя вверх, тот, о котором я так много размышляла. Все заботы куда-то улетучиваются, память подкидывает в очаг потухшего стыда воспоминания о прошлом вечере и пламя разгорается с новой силой.

Щеки алеют, но, к счастью, это можно списать на долгое пребывание на холодном зимнем воздухе.

У Хантера в руках цветы.

Розы. Алые.

А еще у него совершенно непривычный для меня взгляд. Не горящий жадностью, не загадочный и скрывающий в себе кучу секретов, не молящий о прощении, не ледяной и бездонный…Даже близко нет.

Карие глаза его светлости так радостно, так по-детски доверчиво и открыто, и в то же время с таким волнением, которое быстро передается и мне, прямо ищут и спустя мгновение, находят, что-то очень важное. Это можно понять по тому, как в них появляются искорки нежности и тепла.

– Привет, - тихо говорю я.

– Привет.

Воцаряется тишина.

Я могла бы его оттолкнуть, прогнать, разрушая все, что еще даже не успело начаться…Это был бы самый верный и легкий способ защитить себя и своих близких, которые только-только избежали участи оказаться в холодной могиле без памятника и креста.

Но я больше не хочу оставлять его одного. Как показала практика, так я только себе делаю хуже. Прошлые недели были ужасными. Они были необходимы мне, чтобы разобраться в себе и своих чувствах, но это не отменяет факта, что я перенесла разлуку не лучшим образом.

Не замечаю, но теперь глаза по-настоящему жжет от туманящих взгляд непролитых слез.

Улыбка сползает с лица князя. Он заносит ногу над ступенью, но я уже влетаю в его успевшие в последний момент раскрыться и поймать меня крепкие объятья.

Меня быстро приподнимают и легонько кружат, оторвав от земли. Хантеру удается удержать даже букет.

Наконец, князь ставит меня на хрусткий снежок застилающий тротуар и своей большой рукой осторожно вытирает слезы, успевшие пролиться по щекам парой капелек.