Чтение онлайн

Или мозг Пейтона был уничтожен, когда был уничтожен двойник?

Это была интересная мысль. Может быть, двойники становились по-настоящему материальными, когда умирали или покидали тело носителя. В конце концов, когда я схватил их перчаткой Ирен, те части, которые я видел, были призрачными, едва ли реальными. Разве что-то подобное может сосуществовать с чем-то материальным?

Может быть, до того момента, как двойник был уничтожен, его жертв можно было спасти. Может быть, если бы я нашел способ вырезать двойников из их носителей, пока они оба были живы, я смог бы спасти Джона.

Я поднял свой призрачный нож. У меня даже был инструмент для этой работы.

Эта мысль должна была вызвать у меня чувство удовлетворения, но вместо этого я ощутил лишь пустоту и горечь. Все это казалось слишком зыбким, как будто я обманывал себя, потому что не хотел смотреть правде в глаза.

А что, если Джон действительно мертв? Что, если двойник внутри него убил его еще до того, как я вышел из автобуса в Лос-Анджелесе?

По правде говоря, я не знал, что буду с ним делать. У меня было слишком много воспоминаний о нем и его семье, чтобы думать о том, чтобы вскрыть его так же, как я вскрыл Пейтона. Я не был уверен, что смогу это сделать.

Но я забегал вперед. Может быть, несмотря на его слова, у Уолли в книге было контрзаклинание. Если нет, я попробую призрачный нож. Я не представлял, как он будет работать, но должен был попробовать.

Я жил надеждой, и она почти иссякла.

Я выглянул в окно. На улице, у телефонного столба, стояли Джон и Эхо. Джон мучился с мобильным телефоном, как будто цифры были на другом языке. Наконец он поднес его к уху и начал что-то говорить. Эхо смотрел на окна квартиры Уолли. На меня.

Я отскочил от окна. Я не сомневался, что они вызовут полицию. Может, Джон и был каннибалом, в голове которого жил монстр, но в душе он оставался законопослушным гражданином, а законопослушные граждане вызывают полицию, когда им нужна помощь. Я оторвал от стены стереосистему и колонки. Пачки синих страниц на столе не было. Уолли забрал их.

Копия, которую я читал, все еще лежала на кофейном столике. Конечно, в ней не было заклинания, которое схватила Эхо, но оно мне и не нужно было. Я взял стопку страниц и проверил, нет ли на них пятен черной крови. Все было чисто. Я сунул их под куртку.

У меня снова закружилась голова. Я бросился в крошечную кухню Уолли и оглядел ее. Единственное, что, на мой взгляд, можно было взять, это пластиковый пакет с четырьмя апельсинами. По пути к двери я старался не смотреть на Пейтона.

На телефонном столике у двери стояла маленькая тарелочка, в которой лежал единственный ключ от машины. Там же лежала пачка сложенных пятидолларовых купюр и лист порванной синей бумаги. Я развернул бумагу и увидел фотокопию чека, выписанного некой Неттл Филипс, если это вообще настоящее имя, с ее адресом, напечатанным крупным планом. Рядом от руки было приписано: "Без обид. Уолли".

Уолли дал мне мотоцикл и адрес женщины, у которой он украл книгу. Ну и приятель. Я сунул копию чека, ключ и деньги в карман, выскочил за дверь и спустился по лестнице. Я бы устроил в квартире Уолли такой же погром, какой Аннализ устроила в доме Мэйси и Эхо, хотя бы для того, чтобы уничтожить все заклинания, которые он мог там оставить, но я понимал, что у меня нет времени.

Кроме того, я не знал, кто еще находится в здании и смогут ли они выбраться. Я не собирался убивать ни в чем не повинных людей только из-за того, что сам облажался. Придется поверить, что Уолли забрал с собой все магические предметы.

В подземном гараже было мало машин и совсем не было людей. Я протиснулся между помятой "Тойотой" и минивэном "Исузу" и добрался до старого мотоцикла "Хонда", который был таким маленьким, что его можно было принять за кроссовый мотоцикл. Я вытащил шлем из сетки на сиденье, надел его и опустил тонированный визор.

Я завел мотоцикл и выехал из гаража. Когда я доехал до угла квартала, где жил Уолли, мимо пронеслись три полицейские машины. Один из копов посмотрел прямо на мой визор, а потом на номерной знак.

Дерьмо. Теперь мне нужно было избавиться от мотоцикла, и как можно скорее. Лучше бы я поехал в другую сторону. Я поехал прочь, не превышая скорость. Эхо снова была под действием заклинания, а значит, времени у меня было в обрез.

Неттл Филипс жила в северной части университетского городка, на одной из тех уединенных улочек, которые Сиэтл прячет на склонах холмов. Это был тупиковый переулок, окруженный лесополосой, слишком крутой для безопасной застройки, там даже не было тротуара. Дом Филипс стоял в стороне от дороги, окруженный кустами и зарослями ежевики, такими высокими, что с улицы его почти не было видно.

Я припарковал мотоцикл в квартале от дома и повесил шлем на руль. Вокруг никого не было. Я еще раз сверился с адресом и толкнул высокие деревянные ворота.

И тут же остановился как вкопанный. Что бы здесь ни произошло, это было что-то ужасное.

Дом Филипс представлял собой уютное маленькое калифорнийское бунгало, но в стенах были огромные дыры, из-за которых крыша в нескольких местах прохудилась. Здание накренилось в сторону лесополосы за ним и стонало так, будто могло рухнуть в любой момент.

Я взял апельсин из сетки, висевшей у меня за спиной, очистил его и закинул в рот дольку. Мне сразу стало легче. Кем бы ни была эта Неттл Филипс, у нее могли быть части книги заклинаний, которых не было у Уолли, в том числе способ снять проклятие с Джона.

Другого выхода не было. Я вошел в дом.

Я доел апельсин, наслаждаясь его сладостью, которая успокоила мой желудок и придала сил. Сильный ветер растрепал мои волосы и заставил маленькое бунгало застонать. Я представил, как меня придавит бревнами, когда дом наконец рухнет, но отогнал эту мысль. Если я решился встретиться с Каллином, то не отступлю и перед этим.

Входная дверь прогнулась внутрь перекошенного косяка, и я никак не мог ее открыть. Два передних окна чудом уцелели, хотя казалось, что их тоже заклинило из-за перекошенной рамы. Два пробитых в стенах отверстия находились на втором этаже, куда мне было не добраться.

Я подбежал к задней части дома. Задняя дверь была перекошена и зажата, но маленькое кухонное окошко было открыто.

Я осторожно подошел к нему, готовый отскочить, если он начнет падать в мою сторону. На стене над окном было что-то странное, пять параллельных царапин на дереве. Я приложил к ним пальцы: царапины были оставлены когтем размером с мою ладонь.