Чтение онлайн

— Гм, хорошо, я, кажется, понял.

— Ну и ладненько! — Оживлённо сказала волшебница, так, будто ничего и не было. — А вообще, я удивлена, что виртохвостов стало НАСТОЛЬКО много. Я-то, думала, что не сильно вмешаюсь. Да уж, друиды бы меня совсем не поняли.

Нависло неловкое, (для кого–то, кто наблюдал бы со стороны), молчание.

— …О чём ты? — Удивлённо спросил Ламлис, почувствовав, как его ноги слегка дрожат. — Вмешаешься?

— А, ты про это? Да, я же упоминала, что изредка хожу туда за травами. Вот я как–то и подумала, что слишком уж накладно каждый раз использовать мазь против василисков. Ну я и решила слегка увеличить популяцию виртохвостов…

— Тордрак, вставай. Мы уходим.

— Что, прямо сейчас? — Дварф поднял голову, с удивлением посмотрев на друга. — Что случилось? Портал же…

— Тордрак… — Ламлис стоял, нависая над дварфом, выжидающе смотря на него. — …Пожалуйста.

— Эх, ладно, — Тордрак захрипел, поднимаясь с ещё не прогретой костром земли, болезненно хватаясь за рёбра. — Я ж за тобой хоть на край света. Ты эт, взял хоть…

Наёмник молча показал небольшой глиняный сосуд, в котором плескалась так дорого им доставшаяся жидкость. Увидев это и удовлетворительно кивнув, дварф окончательно поднялся, и, аккуратно потянувшись, шумно зевнул. Тут же пожалел об этом и вновь схватился за бок, сплюнул, потряс головой и окинул поселение странным взглядом. Наёмник же уже успел развернуться и направиться в сторону тёмного леса.

— Там это, а с ними мы прощаться не будем?

Слова Тордрака заставили Ламлиса остановиться, удивлённо обернувшись. Он открыл рот, уже собираясь что–то возразить, как вдруг раздался знакомый голос с возмущёнными нотками напряжения.

— Вы куда это?

Через мгновение, мягко ступая, из тьмы вышла Тиа, уперев руки в бок. Ещё через одно мгновение на свет костра вышла Ринн, странно осмотревшись.

— Гм, мы уходим. Здесь у нас больше нет дел. — Холодно произнёс охотник, сверив девушку взглядом.

Эльфийка нервно дёрнулась под этим взглядом, нахмурилась, сведя брови и ещё сильнее вдавила руки в торс, выпятив скромную грудь. Её лицо, освещаемое бледным светом поднявшейся луны, выражало явное недовольство.

— Ты себя видел? Грязный, изодранный и вонючий. Ещё и на ночь глядя уходить собрался. И плевать что или кто ты там такое, сдохнешь же по пути, сам знаешь. Куда ты вообще собрался?

Ламлис осмотрелся. Пошитый кожей жилет был распорот на груди, нескольких пуговиц не хватало. Серая кофта стала тёмно–коричневой, а рукава были изодраны в клочья. Штаны также были далеко не в лучшем состоянии — разорванные на бедре от когтей виртохвоста, залитые уже запёкшейся кровью и с протёртыми коленями они смотрелись очень…не очень. Но не сказать, чтобы охотнику было не всё равно.

— Ламлис, почему сейчас? — Подала голос Ринн. — Неужели это настолько срочно, что вы не можете переночевать здесь? Всего одну ночь…

— Да, Серый, почему? — Поддакнул дварф, но тут же замолк, напоровшись на взгляд пепельноволосого наёмника.

— Нам нужно вернуться как можно скорее, у нас нет времени, — нагло, но не полностью, врал мечник, — мы и так учувствовали в этом цирке слишком долго.

От этих слов дварф опешил, удивлённо посмотрев на друга, а Тиа нахмурилась ещё сильнее, чувствуя явно оскорбительный смысл этих слов. Несмотря на то, что Ламлис произнёс это абсолютно спокойно.

— …Что такое цирк? — Шёпотом поинтересовалась пепельноволосая элфийка у своей подруги.

— Понятия не имею, но это придурок явно чем–то недоволен.

Ламлис хмыкнул.

— В пекло это, мы уходим. Тордрак, двигай, нам ещё успеть добраться нужно.

— Что с тобой, псих!? — Выкрикнула Тиа. — Да как тебя вообще понимать? Знаешь, ты прав, в пекло, скатертью дорожка!

Эльфийка что–то кричала, привлекая внимание зевак, но, поняв, что чужак на неё не реагирует, сильно топнула ногой. Развернулась, и, проклиная этих двоих, направилась в противоположную сторону. Пепельноволосая эльфийка стояла, не зная, куда податься и нервно смотря то в сторону наёмников, то в сторону удаляющейся девушки. Она до последнего надеялась, что охотник остановится и обернётся, посмотрит на них и, хотя бы молча помашет рукой. Но Ламлис так и не обернулся.

Лунный свет с трудом пробивался через густые кроны могучих деревьев, освещая тонкую, трудноразличимую тропинку, огороженную множеством небольших растеньиц, что позже сменилась на лесную полосу, заросшую крепкими корнями и многочисленными кустарниками. Здесь не было такого множества цветов и растений, не было и светлячков, как в окружении поляны. Единственная примета, по которой ориентировался наёмник среди полной темноты и одинаковых стволов дубов — небольшая, приглушённо–журчащая речка, вдоль которой они двигались уже около часа. Наконец, они вошли в одну из «безопасных зон», о чём свидетельствовало полностью сменившееся окружение и настроение леса.

Светлячки летали, цветными огоньками рассекая мрак ночи вокруг путников. В полной тишине их шаги раздавались множественными хрустами, шелестом и шорканьем опавших листьев, что закрывали под собой множество растений, испускающих тусклый, голубовато–зелёный свет. Облака закрыли яркий месяц, но вокруг было всё ещё достаточно светло. Настолько, чтобы путники не останавливались.

Сопровождаемые шумом ночного леса, они двигались вперёд, не оборачиваясь, стараясь не наступать куда не надо и не говоря ни слова. До поры до времени.

— Серый, прости, но я так не могу. Мы друзья? — Растерянно спросил дварф.

— …К чему ты клонишь? Гм, хотя, я догадываюсь. — Из темноты раздался тихий голос мечника. — Конечно.

— Прости уж, но обещанье я нарушу, не обессудь. Почему мы свалили оттуда? Да мы даже не знаем, куда идти!

Тордрак заметно запыхался в попытке догнать друга, поэтому говорил, делая небольшие паузы. Ламлис заметил это, поэтому замедлился, поравнявшись с другом.

— Почему, говоришь? Нам там больше нечего делать… — Наёмник резко замолк, дёрнув головой. Где–то поблизости хрустнула ветка. Когда на них вновь опустилась тишина, он продолжил: — Мы забрали то, что нам было нужно. Не лучше ли будет уйти не задерживаясь? Учитывая, что ещё неизвестно, откроется ли завтра портал. Логично?

— За идиота меня держишь? — Раздражённо просипел дварф. — Нет, конечно, мыслишь ты верно. Но так вот, сейчас дам тебе по шее, чтобы мозги вправить, а то включает он логику тут. Говори, как есть, не юли. Я тебя как облупленного вижу.

— Что говорить? — Продолжая идти вперёд, рассуждал мечник, старательно игнорируя негодование друга. — Гм, хорошо. Тебе видно там понравилось, раз ты так переживаешь…

— О чём ты?

— Я слышал разговор Шантил и Фараэля, и в их голосах не было особой радости. Думаю, если бы мы положили головы в том ущелье, они были бы только рады. Да что там, они готовы были нас бросить, чего таить.

— На кой им это надобно?

— Понятия не имею. Именно это меня и раздражает.

— Но… Они не бросили же… — После слов Тордрака, Ламлис резко остановился, обернулся и злобно зыркнул на дварфа. Тот не смутился. — А ты всё равно злишься! На что? Да забей ты на эту эльфку, о боги! Первый раз с этими остроухими что–ль общаешься?

— Гм, я не злюсь.

— Да кому ты чешешь? Вижу же, как бесишься. — Тордрак заметил, как его напарник замялся. — Ладно, тебя понимаю, но, пекло, чего ж мы с ними то обратно не вернулись то? Ты путь то знаешь, а?