Чтение онлайн

Следователь никак не мог решить, кто же из двоих обвиняемый, а кто потерпевший...

– Вы только представьте, как я натерпелся!
– утирал скупую мужскую слезу гоблин.
– Мне больно ходить в туалет, а с женщинами...

– Благодарю, давайте без подробностей, - остановила я прочувствованный рассказ.
– Вам следует обратиться в прокуратуру с жалобой на действия следователя. Я сейчас запишу вам адрес и телефон...

И быстренько накарябала на бумажке обещанные контактные данные, а потом решительно выставила его вон. Даже визитку не дала - незачем районной прокуратуре знать, кто им подкинул такую подлянку...

День шел своим чередом. Консультации, иски, коллеги... Я считала минуты до пяти часов, чтобы сбежать на концерт.

Но концерт явился прямо ко мне.

Когда дверь распахнулась в очередной раз - за двадцать минут до конца рабочего дня!
– я рылась в комментариях к уголовному кодексу в части тонкостей квалификации умышленного причинения вреда здоровью.

– Тут она!
– ликующе выкрикнул ввалившийся в кабинет смутно знакомый гном. И покачнулся.

– Пусти, - отпихнул его с дороги недоброй памяти Дурин Мастерсон.
– Я щас сам этой!..

Говорил он невнятно, а уж амбре! Неосторожную муху снесло перегаром.

Первый неловко посторонился - проход у нас был узенький - пошатнулся и схватился за стену. Его тоже явно штормило. Третий приятель воздвигся в дверях и растопырил руки. Видимо, перекрывая мне выход.

И что делать? Диспозиция - хуже не придумаешь. Я за столом в углу, окно высоко, двери далеко. На помощь звать? Без толку. Позвонить я не успею...

Увы, не только я это понимала.

– Думала , тебе все с рук сойдет?
– протянул Дурин со смаком и попытался схватить меня за грудки.

Нарочито медленно, давая время нырнуть под стол.

Прятаться я не стала , вместо этого громко захлопнула перед носом Дурина уголовный кодекс. Резкий звук вынудил гнома отшатнуться.

– Вот с...
– процедил он.

Не нравится? А вот это понравится ещё меньше!

Я наискось, почти без замаха, врезала ему кодексом по уху. Увесистый томик не подвел: Дурин взвыл и схватился за голову.

– Эй, ты чего это, - пробормотал его приятель, вытаращившись на меня, как на мышку, которая набила морду кошке.
– Ты зачем это?..

Надо было развивать успех.

– Тревожную кнопку я нажала!
– соврала я, стараясь делать это уверенно.
– Через пять минут тут будет полиция и...

Договорить я не успела.

Того, что стоял в дверях, дверью же и снесло. Второй едва успел оглянуться, как браслет на руке Артема сверкнул - и гном, побледнев, осел на пол.

Дурин - не иначе, сдуру - опять промычал что-то про, кхм, самку собаки... И улетел в угол от хука справа.

– Ты в порядке?
– спросил Артем и осторожно, как стеклянную, взял меня за плечи.

– В полном.
– Я прерывисто вздохнула и призналась: - Только перепугалась ужасно.

Теперь, когда угроза отступила, меня запоздало начало колотить.

Артем покосился на «мстителей» так, что на их месте я бы не приходила в себя подольше. Лежащих-то он бить не станет!

Мстители смирно лежали в живописных позах. Дурин скорчился в углу, его «придверный» приятель разлегся на стульях для посетителей, а второй валялся прямо на полу и дрожал.

– Чем ты его?
– осведомилась я с чисто научным интересом. Вдруг я тоже так смогу? Пригодилось бы.

– Давление понизил, - отозвался Артем равнодушно.
– Со мной всегда парочка артефактов на всякий случай.

– Опасные вы люди, кардиохирурги, - пробормотала я уважительно и потянулась за телефоном.
– Придется все-таки вызвать полицию.

Был у меня соблазн сложить их стопочкой в коридоре и сделать вид, что так и было.

Увы, увы. Наш арендодатель такого украшения недвижимости не оценит...

На концерт мы, само собой, не попали. Пришлось сначала ждать полицию (которая нас, конечно, бережет, но не очень-то расторопно), потом долго объяснять, кто эти типы, какие у них ко мне были претензии, что случилось ...

При этом полицейские нет-нет, а косились то на меня с кодексом в обнимку, то на каменно спокойного Артема.

– Чем это вы его?
– уважительно поинтересовался старший патруля, кивая на скорчившегося на полу типа. С двумя другими вопросов не возникло, там следы (двери, кулака и кодекса) налицо. И на лице.

Надо сказать, с Артемом люди всегда на «вы» и очень вежливы. Еще бы, с таким-то громилой!

– Артефактом, - объяснил он коротко, продолжая обнимать меня за плечи.
– Купирует гипертонический криз. Эффект кратковременный, на час максимум.

– Артем - доктор, - влезла я, поскольку даже проблеска понимания на лице патрульного не промелькнуло.
– Кардиохирург.

– А-а-а!
– просветлел полицейский и рукой махнул.
– Ну тогда хорошо, хоть не скальпелем.

Друг пожал широченными плечами.

– Бить я их опасался, боялся не рассчитать силу. Пришлось использовать нетравматичные способы.

– Э-э-э-э, - протянул патрульный и покосился на уложенных в рядочек жертв «нетравматичных способов».
– Погодите, но этому-то в челюсть прилетело!

– Взбесил.
– Артем сжал губы и нехорошо так прищурился.
– Он Анну тронул.

С ответом на это патрульный не нашелся, лишь уважительно покачал головой.

– Парни, этих - упаковываем. Вам тоже придется проехать с нами для дачи пояснений.

Со мной он тоже, кстати, держался очень вежливо.

Я не громила, конечно, но... Кодекс иногда пострашнее скальпеля будет. Во всех смыслах.

Домой Артем отвез меня уже в девятом часу. Окна моей квартиры гостеприимно светились .

– Заходи, - предложила я и рукой махнула.
– хоть чаем тебя напою. С пирожками.

Животами мы забурчали в унисон...

В квартире было тихо. И пахло как-то подозрительно: дымом, чем-то приторно сладким и еще, кажется, воском.

– Разувайся и проходи, - махнула рукой я, оглядываясь в поисках Ната. Куда же он подевался?