Чтение онлайн

Торрин покрутил ручку на двери, но она не поддавалась.

– Ты пробовал выбить ее? — спросил Равецио.

– Этот человек — бывший маг-лорд, у него шесть из семи камней, необходимых для септомира. Поверь мне, я пробовал.
– Не оборачиваясь, он ударил кулаком по двери.
– Долион! Это Торрин. У меня есть книга, которую ты просил.

Звук быстрых шагов проник через толстую древесину, и через несколько секунд дверь распахнулась, открыв прохладную, просторную комнату, из которой на них обрушился поток холодного воздуха.

Долион стоял в дверном проеме, его длинные серебристые волосы были растрепаны, глаза дикие, но окруженные красными кругами, словно он слишком часто их теребил из-за недосыпания. Он выхватил книгу из рук Торрина и быстро ушел, слишком рассеянный, чтобы закрыть за собой дверь.

Словно сам заметив отсутствие внимательности, Торрин бросил взгляд на Казимира и вошел внутрь, а Казимир и Равецио последовали за ним.

На темных каменных стенах комнаты были начертаны мелом символы и древние слова, которые Казимир не понимал, а в центре находилось одно огромное изображение, содержащее в себе множество символов. Там были математические формулы и рисунки, словно Долион провел несколько дней, занимаясь только тем, что спешно записывал их.

– Что, черт возьми, здесь происходит? — спросил Казимир.

Долион листал книгу, его одежды развевались, когда он метался из стороны в сторону, делая новые записи и рисуя новые символы.
– Я... почти определил всю силу родословной. Историю каждого камня, который у меня есть. То, как они выстраиваются в линию, невероятно точно!

– Соотношение с чем, именно?
– Казимир изучал линии, проведенные от одного символа к другому, некоторые из них он узнавал, а другие были ему совершенно незнакомы.

– Это...
– Долион отступил назад, уставившись на гораздо более крупный и детализированный символ на стене.
– У меня было видение. Именно этого глифа.

– Что это?

– Глиф богов. Долгое время считавшийся не более чем научным мифом.
– Он наклонился вперед, указывая на каждый символ, содержащийся в гораздо более крупном.
– Глаз Нетерии. Зуб змеи. Сейблфайр. Осколок кости. Гнилое дерево. Чешуя дракона. Кровавый крест.
– Он судорожно махал рукой над ними.
– Все древние разрушительные силы.

Морщины на лбу Торрина углубились.
– И это глиф?

Долион кивнул.
– Очень мощный. Достаточно мощный, чтобы соперничать с септомиром.

– Как?
– Казимир всегда знал, что септомир — самое мощное оружие в мире.

Долион постучал пальцем в воздухе.
– Я рад, что ты спросил. Как ты знаешь, септомир состоит из семи родословных, порожденных богом творения Магекаи. Каждая из них является противомагией для каждого кровавого камня, который питает ее.
– Он указал на Равецио.
– Например, магия эремейцев — вы известны очень сильным ядом в своей крови. Змеиный зуб — это противоядие, но в случае септомира это слабость. Мое собственное эльвиниранское наследие использует Нексумис для манипулирования магией. Глаз Нефирии разрывает нить, которая связывает мой народ с глифами.

Казимир обменялся недоуменным взглядом с Торрином.

– Я полагаю, что этот глиф — именно то, чего Кадаврос искал на протяжении веков. Теперь становится понятно, почему такой жаждущий власти человек, как он, никогда не проявлял интереса к камням или септомиру. Он искал нечто более мощное. Более разрушительное.

– Мы говорим о мертвом Маге-лорде? — спросил Торрин, почесав затылок.

– Он не мертв, — Казимир скрестил руки на груди, пытаясь осмыслить объяснение Долиона.
– Он был изгнан в мир смертных.

– Маловероятно, что он найдет глиф в мертвых землях, — Равецио погладил подбородок, также сбитый с толку, судя по морщине на лбу, когда он смотрел на стену.

– Он знает об этом глифе уже довольно давно. Подозреваю, что именно поэтому он подверг Зевандера и Бранимира воздействию черного пламени.

– Все это в одном глифе? — выдохнул Торрин.
– Похоже, это слишком большая сила для одного человека.

Долион провел пальцем по странице книги и сделал еще одну запись на стене.
– Чтобы использовать этот глиф, нужна способность вызывать Сейблфайр. И если мои расчеты верны, он достаточно силен, чтобы разрушить умбравале.

– Если умбравале падет, все, что живет в мертвых землях, сможет свободно пересекать границу.
– В голосе Равецио дрожала та же тревога, что сжимала грудь Казимира.

– Да.

– А как же пропасть? — спросил Торрин.
– Как те, кто живет в мертвых землях, смогут ее пересечь? Я думал, что умбравале соединяет оба мира.

Тени собрались в углублениях лица Долиона, а мрачная пелена омрачила его выражение.
– Не будет никакой пропасти. Траншея, разделяющая оба мира, — это конструкция умбравале. Без умбравале нет барьера, препятствующего их переходу. Именно поэтому маги, в том числе и я, искали кровавые камни. Чтобы сохранить этот барьер нетронутым. К сожалению, король Сагаерин уничтожил старый септомир, единственное средство, способное укрепить его.

– Мне это никогда не казалось логичным, — Торрин почесал подбородок, на его лице все еще было видно замешательство.

– Мне это тоже никогда не казалось логичным. Но на протяжении веков магов учили, что тот же инструмент, который используется для создания умбравале, может и разрушить его. Однако мы ошибались. Он способен создать очень мощный защитный барьер. Но этот глиф? Долион указал на символ на стене. — Он нанес бы непоправимый ущерб. Представьте себе силу, способную уничтожить целые расы эфирианцев. Долион ходил по комнате, почесывая затылок.
– Компетентные маги веками владели Сейблфайром, но ни один из существующих магов не мог стать повелителем этого глифа. Не без прохождения ритуала Эмберфордж.

– Кто-нибудь когда-нибудь пробовал?
– Торрин провел пальцем по царапинам, вырезанным на стене, и нахмурился.

– Да. Сам Кадаврос пробовал. Единственный человек, который когда-либо выжил после такого без единой царапины? Это Зевандер.

– Зевандер владеет этим глифом, который содержит все эти странные контр-заклинания, которые ты нацарапал на стенах?
– Казимир снова пробежал по ним взглядом, его глаза почти прыгали между всеми деталями, написанными мелким шрифтом.

– Он еще не владеет им. И слава богам за это.

– Где он сейчас? — спросил Казимир.

– Там, где Кадаврос всегда хотел его видеть. В землях смертных.

– Прекрасно.
– Казимир почесал затылок.

– Сейблфайр, наполненный сущностью этих разрушительных сил, нанесет ущерб хрупким нитям, которые удерживают эту барьер.

– Мне кажется, что в этом случае Зевандер будет иметь преимущество.
– Торрин фыркнул и снова скрестил руки.
– Ты видел его скорпионов? Чувствовал пламя? Я даже не люблю стоять рядом с этим ублюдком, когда он заклинает.