Это не наша война
Шрифт:
– Куда, позвольте полюбопытствовать?
– Вон туда, - указала подбородком.
– Оригинально. Уверены?
– усомнился мужчина, всё же изучая стену.
– Да. Через эти покои. И далее там, недалеко по коридору, находятся комнаты Оливии.
– Святой отец?
– Я останусь пока здесь, - твёрдо ответил тот.
– Буду там, в глубине сада молиться об удаче ваших действий и ниспослании народу Агробара мира.
Наёмник согласно кивнул, хотя мог пройтись по поводу того, что священник, молящийся в густой зелени - всего лишь игра в прятки, но, видимо, возраст и церковный сан были достаточными аргументами к уважению. И красноречиво указал девушке рукой.
– Дамы вперёд.
– Мы вернёмся, - проигнорировала Руфия мужчину, получила благословение, склонилась к руке и решительно направилась к стене...
Принцесса даже боялась представить, сколь нелепо выглядит, распластавшись между виноградными ветвями, цепляясь за торчащие в некоем узоре камни и выщерблины, скрытые листьями, в завязанном на поясе платье, которое в самый ответственный момент распустилось и сейчас очень мешало передвигаться. Тем не менее, закусив губу, она лихорадочно искала возможность двигаться дальше, борясь с бродящей на краю сознания паникой. К тому же поняла, что сломала ноготь на левой руке, но отчего-то особой обиды это не вызвало - так, погоревала чуть-чуть, на большее не оставалось ни времени, ни сил.
Внезапно чья-то рука схватила за правое запястье, удар сердца лёгкого головокружения, и она поняла, что уже всё - на балконе, а напротив, под перилами, прижав палец к губам в понятном жесте расположился наёмник. Чуть морщась, она растирала руку - точно будут синяки, заметила, что меч у мужчины обнажён, а сам он сосредоточен и серьёзен. Легко наклонился к уху и, щекоча дыханием, прошептал: "А ты молодец. Подожди чуть-чуть. Кажется, нас кто-то опередил" Она кивнула согласно.
А потом следила за плавными, неторопливыми движениями подкрадывающегося к окну мужчины. Он стал приоткрывать дверь, та заскрипела, а в следующее мгновение, пригнувшись, исчез внутри. Звон оружия, несколько невнятных вскриков, и мужчина появился на балконе в полный рост, вытирая меч... куском портьеры.
– Заходите, ваше девичество, - произнёс с учтивой ухмылкой.
Принцесса осуждающе покачала головой, глядя на кусок ткани, но промолчала и встала.
– Может наконец-то познакомимся? Меня зовут Ройчи.
Девушка удар сердца молчала, потом произнесла.
– Руфия.
– Очень приятно, - изобразил шутливый поклон, а принцесса озадаченно констатировала, что вроде не была идентифицирована с неким лицом королевской крови. Забавно, но пусть будет так.
– Мне тоже, - поспешно произнесла и, смутившись, добавила.
– Мне надо уединиться... э... переодеться.
Наёмник понимающе кивнул, проследил за быстро ушедшей фигуркой, что легко обошла мёртвое тело в луже крови. Бросил оценивающий взгляд на упор, блокирующий двери входа в покои и пробурчав: "Эх, условности, условности", - вышел на балкон, распуская шнуровку на штанах.
Глава 11.
Выжимка из доклада на тему: "Проблемы борьбы с соседом":
"Если на выбор перед гномом на одну чашу весов положить золотой слиток, на другую - мандат начальника, то у него неизбежно случится приступ шизофрении.
Но если на третью чашу положить связанного эльфа, которого можно безнаказанно пнуть, то это наверняка выведет гнома из строя..."
(материал взят на гоблинской конференции)
– Эй, гном, давно не виделись!
– отсалютовали кружкой проходившему мимо, а сейчас опешившему от такого приветствия светлому.
Ностромо присмотрелся, но лица той парочки, радостно скалящиеся, он припомнить не мог. Да и остальные служивые с любопытством и доброжелательностью поглядывали на него, подвоха он никакого не ощущал. Ещё раз сглотнул - словно сухую жабу проглотил, махнул солдатам, мол, сейчас приду, кисло улыбнулся - слова при таком безводье - роскошь, и поспешил внутрь кабачка за чудесным живительным эликсиром под названием пиво.
Внутри было пусто, только напуганный кабатчик у окна нервно тёр кружку, а так ни слуг, ни жизнерадостного кухонного стука - все разбежались.
Повезло ему, что рядом солдаты, а то подобное заведение - один из первых объектов разграбления, ведь как идти ломать дворцы, не приняв для храбрости?
– Эй, хозяин, - просипел гном, продублировав обращение звучным шлепком по столу. Тот дёрнулся, как ужаленный, дико посмотрел на посетителя.
– Две кружки, - показал два пальца, но тут вспомнил кое-что и судорожно полез по карманам. В куртке оказались, слава Дравину и богам штолен, монеты, и он расплылся в улыбке.
– Не-е-е. Четыре.
Первые две он потребил сразу, у стойки: одну - залпом, вторую - за два глотка (уже можно было не спешить), а две остальные взял с собой на свежий воздух - любопытно ведь, откуда солдаты знают его. Может поделятся новостями, подскажут дорогу к Ремесленному кварталу.
В голове приятно зашумело, и Ностромо вспомнил, что хотел ещё есть, но... возвращаться было лень. Ничего, допьёт пиво, сходит за добавкой, и если не забудет, то точно закажет какого-нибудь мяса.
Солдат подвинулся на скамье и повёл рукой: садись, мол. Ностромо плюхнулся на задницу, присосался к кружке в затяжном глотке, потом оттёр рукавом пену со рта, и только тогда пытливо глянул на соседа по скамье.
– Знакомы?
– Почти, - ухмыльнулся белобрысый боец. Гном вежливо ждал продолжение.
– Мы из отряда ВерТиссайи.
– А-а!
– понятливо протянул гном и тоже разулыбался. Конечно же он помнил здоровяка - барона, но вот солдат - нет. Да это и не важно.
– Ну и как он?
– Пьёт, - лаконично, но понятно ответил тот.
– А что так?
– удивился Ностромо; представить, что вербарец может выпить было легко, но вот повод - а именно это подразумевало короткое слово, было как-то... непросто.
– Не в духе, - объяснил собеседник.
– М-да, - Ностромо поскрёб в бороде, - бывает, - видел он ВерТиссайю "не в духе" - то ещё зрелище, и это, если со стороны. А если "непосредственно" - то опасно для здоровья однозначно.
– А вы?