Чтение онлайн

— Сюрпри-и-из, — говорит Наташа, улыбаясь на все тридцать два зуба.

Развеселая музыка и разношерстное трио делают свое дело — народ останавливается и оглядывается. Тут же видит розовые шары-пончики и нас, в наших диких нарядах а-ля Мулен-Руж. Ну разве что ноги прикрыты.

— Только сегодня аттракцион невиданной щедрости! У вас есть возможность совершенно бесплатно попробовать невероятно вкусный торт! Поверьте, такого десерта вы еще никогда не ели, не упустите возможность побаловать себя и своих любимых!

Удивленно смотрю на внучку. Надо же, кто-то вошел в раж. Интересно, надолго ее хватит?

Первые заинтересовавшиеся подходят к нам немного с опаской, поглядывая то на музыкантов, то на пончики.

— Бесплатно? — вопрос, звучащий почти в девяноста процентах случаев.

— Даром, — подтверждаем мы с Наташей в один голос.

Самыми первыми, кто к нам подходит, становятся дети. Оно и понятно — им интересно, да плюс еще и денег у родителей просить не надо.

— Ой! — кричит первая же попробовавшая «Наполеон» девочка.

Я вздрагиваю, неужели что-то не так? Слишком сладко? Не вкусно? Чересчур необычно?

— Вкуснятина!! — Через паузу продолжает девочка, бросая жадный взгляд на еще один кусочек торта. — А можно мне еще? Я это… маме отнесу.

Понимаю, что говорит неправду и не очень хочу ее поощрять, но из-за буйной реакции ребенка к нам тут же подходят еще несколько заинтересованных ребят, а с ними — взрослые, поэтому я согласно киваю и даю девочке добавку, будем считать, что это плата за рекламу.

И вот так потихоньку-полегоньку, за детьми подтягиваются взрослые. Пробуют, судя по их лицам, остаются очень довольными, тут же переходят к Наташе и слойкам, там тоже улыбаются. И все это весело, с шутками-прибаутками, музыкой и залихватскими песнями.

— Ты музыкантам заплатила? — спрашиваю у внучки, продолжая улыбаться потенциальным покупателям и пританцовывать в такт мелодии.

— Неа, — отвечает, растягивая резиновую улыбку мне в ответ, — они сказали, что едой возьмут.

— Да? Ну так тоже неплохо, — говорю.

— Да подожди, мы же не знаем, сколько они едят, — внучка предпринимает попытку меня запугать.

— Больше, чем мы дадим — не съедят, — отвечаю и тут же переключаюсь на подошедшую семью, состоящую из родителей, бабушки и трех малышей. — Берите-берите, тут всем хватит. Угощайтесь.

Так мы весь день и проводим — на ногах, бегая туда-сюда за добавками торта и слойки. Вечером буквально заползаем в дом. Я со стонами снимаю туфли на невысоких, но на данный момент кажущихся огромными каблуках, и падаю в кресло. Внучка садится рядом.

— Наташ, — начинаю разговор издалека, — как тебе сегодняшний день?

— Мне кажется, мы отлично справились. Сил, конечно, нет, но думаю, завтра у нас будет полный магазин покупателей. По крайней мере, презентация наших плюшек прошла с большим успехом.

— Ну да. Ничего не осталось. Только два торта по килограмму лежат в холодильной камере. Надо бы еще сделать, но я уже не в состоянии. Если что — с утра займусь. Хорошо, что коржи есть.

— Да, пончик — отличный помощник. Без него раскатывать и печь было бы гораздо труднее, — Наташа зевает и уже собирается идти в спальню, поэтому я ускоряюсь.

— А скажи, не было ли у тебя сегодня каких-то особых, интересных покупателей? У меня вот девочка была. Всех своих друзей привела, чтобы попробовали.

— Нет… обычные люди. Я устала, бабуль. Спокойной ночи, — внучка встает и тяжело поднимается по лестнице.

Я же задумываюсь. Если бы Наташа хоть что-то сказала, я бы просто махнула рукой и забыла, но раз она промолчала, то это уже нехорошо. Дело в том, что я сегодня видела, как внучка несколько раз стояла и болтала с одним парнем. Высоким, хорошо одетым брюнетом.

И беседовали они не на виду, а отходили чуть подальше. Стараясь стать так, чтобы я к ним спиной была. Я бы и не заметила подобных передвижений, если бы меня не окликнул ребенок, на которого я чуть не наступила, потому что он стоял сзади. Я обернулась и тогда-то и увидела воркующую парочку.

Раз Наташа не говорит, что это за парень, значит, он ей нравится. А еще значит, что он не самый надежный. Есть у моей внучки привычка — влюбляться в засранцев. С детства выбирала самого вредного мальчишку и страдала по нему. Точно как ее мама.

Когда Наташа стала рассказывать мне, какой чудесный парень — Виталик, ее коллега, я, грешным делом, подумала — неужто перемкнуло что-то у внучки, на нормальных перешла. Но дальнейшие события с моим непосредственным участием и наше последующее попадание в этот мир, очень внятно показали — ничего у Наташи не перемкнуло.

Так что, кажется, мне нужно быть настороже, а то опять огребем по полной программе. И недели еще не живем спокойно, а внучка уже приключения нашла на свою мягкую часть.

Мои раздумья прерывает стук в дверь. Едрид-Мадрид, кого там еще принесло на ночь глядя?

— Кто там? — спрашиваю, даже не поднимаясь с кресла.

— Это я, генерал Хейминг! Откройте, я тут как официальное лицо.

— Что? Опять?!

Открываю дверь, вроде генерал не выглядит хмурым.

— Заходите, — пропускаю мужчину вперед, снова закрываю дверь и тут же сажусь на прежнее место. — Извините, у нас сегодня был очень тяжелый день, я просто ног не чувствую, так что буду сидеть. Вы тоже присаживайтесь, не нависайте надо мной, пожалуйста. И да, я вас очень внимательно слушаю.

— Мне весь день не давало покоя ваше вчерашнее признание о том, что вы — иномирянки, — с места в карьер начинает генерал. — Поэтому сейчас я принес еще один артефакт, чтобы он подтвердил ваши слова.

И смотрит на меня, словно ждет чего-то. Потом до меня доходит, чего.

— Вы думаете, я сейчас начну обижаться и скандалить, обвиняя вас в том, что вы мне не поверили? — спрашиваю, впрочем, уже зная ответ.

— Я был к этому готов. А вы не будете? — удивляется.

— Нет, не буду. Я не вправе требовать доверия у того, кто меня совершенно не знает, кто видел всего-то несколько раз. Это было бы глупо, не находите?