Грейс Сандерс. Слеза Алэйры
Шрифт:
«Кулон спасет меня, если некто вздумает напасть» — размышляла Грейс. Тем не менее, страх холодной волной затопил все внутри. Стало зябко, словно ее отправили на Аляску.
— Тетя, это ты?
— Я, а кто же еще?
Послышался металлический звон. Грейс столкнулась с тетей в кухне. Та достала откуда-то фонарик, провела лучом света по разбросанным кастрюлям на полу и пожала плечами.
Племянница закусила губу.
— Двери уже не в моде? Почему ты влезла через кухонное окно?
— Так было проще попасть домой с соседней улицы, — тетя наигранно улыбнулась и попыталась пройти, но девочка загородила собой проход.
— Хороший ответ, — сказала она. — Может, мне спросить еще раз?
— Ах ты моя мятежница! — засмеялась Пегги. — Ну, спроси еще раз.
— Вредная Пегги, — прищурилась Грейс.
— Во-первых, ТЕТЯ Пегги, а во-вторых, я вовсе не вредная.
— Вредная.
— В-третьих, я еще не придумала, что в третьих, но обязательно придумаю, если одна светловолосая леди не даст мне пройти, — с укором произнесла тетя. — Я, между прочим, хочу включить генератор.
— У нас есть генератор?
— Конечно. После того случая на чердаке, когда я намудрила с проводкой, решила на всякий случай прикупить еще один источник питания. Видишь, не зря решила! Так что, Грейси, дай пройти.
— Не называй меня так, — фыркнула племянница и отошла в сторону, скрестив руки.
Пегги поймала ее настроение.
— Так, — строго начала она. — Мне спрашивать, что случилось или привязать тебя к стулу и устроить допрос с пытками?
Грейс немного поразмыслив, ответила:
— Спрашивай.
— Да у тебя на лице написано: «опять школа». Рэйчел Доусон? Ну, все. Я завтра иду к директору.
— Нет, Рэйчел не причем. Вернее, причем, но не настолько, чтобы сильно расстраиваться.
— А что тогда?
Племянница молчала.
— Я несу пыточные инструменты.
Грейс усмехнулась и, тяжело вздохнув, настроилась на эмоции. Она пересказала стычку с Рэйчел и скрепя сердце поведала о поступке Эммы, иногда делая паузы, ибо комок часто подступал к горлу.
— Я не могу поверить. Просто не могу. Чтобы Эми… — тетя выдержала паузу. — Подожди. Включу генератор, и мы обо всем поговорим.
— Хорошо.
Пегги понадобилось несколько минут, чтобы новый источник питания обеспечил дому свет. Первым делом тетя прослушала сообщение на телефоне, оставленное мамой Эммы.
— Во сколько пойдем? — спросила она. — Ты вообще хочешь идти?
Грейс хотела сказать «да», но вместо этого наружу выплеснулись иные слова, с которыми Пегги была отчасти согласна.
— Я думаю, что поздно возвращаться. Между нами теперь не будет прежней дружбы. Человек, который хотя бы раз предал, причинил боль — сделает это еще раз.
Тетя крепко обняла племянницу.
— Она просто запуталась и теперь раскаивается. Ты должна дать ей шанс. Помирись.
— Я и хотела помириться, но сомневаюсь, что все будет так, как раньше.
Тетя задумалась.
— Пройдет время, и вы быстро забудете об этом! — пояснила она. — Сделай первый шаг и увидишь сама.
Грейс вздохнула.
— Ладно. В школе с ней поговорю.
— Как быть с Доусон?
— Она со своими друзьями в восторге от моей гимнастики.
Тетя приподняла бровь.
— Какой еще гимнастики?
— Да так, никакой. Шутка.
— Вижу, ты что-то скрываешь. Твое право. Я готова в любой момент выслушать, — Пегги направилась в кухню и стала с особым интересом выглядывать в окно. Потом прошлась туда-сюда, бросая взгляд под ноги.
— Ты не видела здесь… м-м, — протянула она. — Бумажный самолетик?
Грейс неуверенно покосилась на выдвижной ящик в шкафу.
— Знаю, звучит странно, но он мне нужен, — продолжила тетя. — Ну, чего молчишь?
«Может, она имеет в виду, какой другой самолетик… — рассуждала про себя Грейс. — Не рассказывать же ей про послание, в котором были буквы, а потом исчезли!»
— Нет, не видела, — отрезала племянница.
— Хм, странно, — пробурчала тетя. — Ладно, иди, ложись спать. Завтра рано вставать. Хотя, уже сегодня. — Она посмотрела на часы, висящие над входной дверью. — Четыре утра! Ты еще здесь?
Грейс лениво поднялась в комнату и улеглась на кровать.
Тем временем Пегги расположилась за кухонным столом и потягивала из трубочки апельсиновый сок. В окно что-то стукнуло. Она тут же выскочила во внутренний двор и занесла бумажный самолет. Развернув листок, прочла:
«Что-то ты долго отвечаешь! У тебя все в порядке? Возникли трудности. Грейс пока ни о чем не говори. Я думаю, она уже чувствует изменения.
p. s. Кажется, ОН добрался до Цветочной улицы! Будьте осторожны. Следи за перепадами электричества».
Пегги вынула из кармана белый камушек, и, не касаясь поверхности листа, стала перемещать его по воздуху слева-направо. На листе, точно по волшебству, появились слова. Ответ был готов:
«Ты серьезно? Час назад, когда я шла по улице, во всей округе вырубился свет. Подумала, ОН уже дома! Перепугалась за Грейс, а она, между прочим, заподозрила меня. Ну, еще бы! Тете вдруг захотелось зайти через окно в кухне. Почему бы и да? В общем, мои опасения оказались напрасными. А Грейс достаточно стойко встречает тьму. Прямо как ее родители когда-то… Скоро увидимся. Будь на связи».
Пегги сложила лист бумаги в его первоначальный вид и, положив самолет на ладонь, легонько дунула на него. Самолет взмыл вверх, облетел зал и скрылся за окном в сумерках. Пегги о чем-то задумалась.
На стол запрыгнул кот Сэмми.
— Что-то ты много себе позволяешь! — шепотом возразила женщина, но прогонять кота не стала.
— Я только что вымыл ноги, — промяукал Сэмми.
Пегги улыбнулась.
— Не ноги, а лапы, — заметила она. — Ну что, вы подружились? Прости, не было времени поговорить об этом.