Чтение онлайн

— Ух ты… — Раинер почувствовал во рту вкус того, что перечислила Грейс. — Я в восторге! Люблю вкус лета!

Грейс засмеялась. Ричи жевал свою многовкусицу медленно и как-то безрадостно. Когда его спросили, чего он вдруг поник, мальчик ответил:

— Сначала я представил любимое сливочное мороженое, а потом…

— Что потом? — в один голос спросили Грейс и Раинер.

— … а потом куриные жареные крылышки и мармеладки. Хватит смеяться! Это, между прочим, даже вкусно. Разве что мармеладки лишние.

Позавтракав, собрались в путь. Грейс заметила, что Раинер постоянно оборачивается и всматривается куда-то вдаль. Она хотела поинтересоваться, в чем дело, но раз эльф не говорил о том, что его тревожило, значит, так было нужно.

Пейзаж постепенно менялся: яблочная трава встречалась в виде отдельных шапок, произрастая среди каменистой местности. В нескольких милях впереди, словно гигантский клык дикого зверя, высилась скала.

— Ее мы обойдем, — заранее предупредил Раинер. — Это Скала Бесконечности. Все обходят ее на расстоянии около мили.

— Скала что ли кусается? — Ричи спросил вполне серьезно, однако Раинер воспринял вопрос, как шутку, но сам даже не улыбнулся. — А может, это мать всех каменных громадин? — Страж нахмурился. — А что? Кто знает…

— Скала не кусается и вовсе не мать громадин, — серьезно заверил Раинер. — Просто никто не может объяснить исчезновение тех сущест, которые когда-либо приближались к ней. Многие жители Мэллонии бесследно пропали, и до сих пор не вернулись…

От этих слов в душе похолодело. И с каждым шагом, приближаясь к столь злосчастной скале, путников охватывали мрачные мысли. Вскоре Раинер постарался отвлечь друзей.

Они шли несколько часов, оживленно беседуя. Грейс решила поведать о тех странностях, что наблюдала в последнее время.

— В отеле потерянных существ я видела призрака, который говорил о, сейчас вспомню: «Падении Восходящей Звезды». И призрак указал на меня. — Сделав паузу, добавила. — Мне не было страшно, скорее любопытно. Что бы это могло значить?

— Единственное пророчество, в которое верят абсолютно все народы Мэллонии — это пророчество о Восходящей Звезде, — отвечал Раинер. — Оно гласит, что лишь единственная сила остановит Хаоса и заточит его обратно в Клетку, ибо убить его невозможно. Девять лет назад все были уверены, что сила пробудится в Алэйре — твоей матери, и она станет Восходящей Звездой. Так бы и случилось, если бы она не исчезла. Когда доберемся до леса, я покажу тебе одно место, благодаря которому Алэйра могла бы стать нашей спасительницей. Призрак говорил о падении звезды? — переспросил Раинер. Грейс кивнула. — Они часто заблуждаются, а иногда говорят точно, как есть на самом деле. Сомневаюсь, что это «иногда» относится к тебе.

Ричи в это время молчал, но когда Раинер стал снова рассказывать Грейс о жизни эльфов в волшебном лесу, тоже вступил в разговор. Его не интересовали их способности и навыки; он сравнивал людей с эльфами, и считал, что у человека больше преимуществ во всем.

— Люди и эльфы разные, несмотря на внешность, — сказал Страж.

— Мыслим по-разному, это точно, — пробормотал Ричи. — Мы ездим на машинах, летаем в космос, а вы до сих пор бегаете по лесу, как зверьки.

— Зато какая радость жить в бетонных коробках, не правда ли? — в ответ хмыкнул Раинер. — Автомобили нам не нужны. Вместо самолетов у нас есть прекрасные кони. Никто из эльфов не конфликтует из-за ресурсов. Мы больше благодарим природу за ее дары, отдаем, чем отнимаем. Люди слишком много требуют, поэтому она начинает сердиться и посылает ураганы, землетрясения, наводнения. Вам нужно найти баланс и подружиться с планетой. В первую очередь больше выращивать, а не вырубать. Не загрязнять моря и озера, не поворачивать реки вспять…

Планете больно от этого. Всякий раз, когда я приближаюсь к Источнику, слышу грустную песнь Земли. Она терпит, но терпению когда-то придет конец. Прежде чем очищать планету, людям нужно очистить себя самих от безмерной жадности, корысти и алчности.

Значения некоторых слов Ричи не понял, но смысл в целом уяснил.

Некоторое время шли молча до тех пор, пока Раинер не остановился.

— Стоп, — Страж обернулся и посмотрел на Грейс. — Ты слышишь? — обеспокоенно спросил он.

Сначала Грейс услышала биение сердец друзей, затем переключилась на окружающую среду: дыхание ветра; взмах крыльев птиц в небе. Она училась фокусироваться на одном, убирая ненужный шум. Но чтобы этого достичь, сначала нужно услышать весь окружающий мир. Раинер умел это делать мгновенно и заверил Грейс, что она тоже научится быстро различать желаемое, если будет стараться. Девочка вздрогнула, услышав рычание, и тут же огляделась по сторонам, но никого из хищных зверей поблизости не было.

— Оборотни, — задумчиво произнес Раинер. Ричи слегка вздрогнул; теперь же он верил во все, что раньше казалось нереальным.

— О-оборотни? — он быстро отвернулся и затрусил вперед. — Тогда чего вы стоите?

Грейс и Страж пошли за мальчиком. Ричи затараторил:

— Сейчас день, да и полнолуния нет. Они ведь ночью превращаются! Насколько известно…

— В сказках, — заметил Раинер. — Мигрировав когда-то в Новый Мир, они поселились в Мэллонии и эволюционировали. Охотятся стаями днем и ночью, но не похоже, что они идут за нами. Судя по топоту, петляют и просто ищут жертву. Я думаю, беспокоиться не о чем.

Больше половины дня путники двигались без остановок. По началу, Ричи долго жаловался на усталось и признал, что это несправедливо, когда «какие-то там лесные маугли» выносливее, чем люди. Скала Бесконечности была в четырех километрах от странников, однако, несмотря на расстояние, от скалы будто исходила отрицательная энергия. Что-то печальное было заложено в каждом клочке земли.

— Бывают места, которые можно обставить чем угодно, приукрасить, но они останутся печальными. Это зависит от самого места. Среди людей также. Встречаешь человека, с одной стороны веселого, но глаза у него наполнены грустью. Глаза никогда не соврут. Эльфы сразу замечают подобные вещи. Люди — со временем, или же вообще не замечают.

— Я всегда замечал! — энергично закивал головой Ричи. — Всегда.

— Да ну? — Раинер с любопытством взглянул на него и спросил: — Каким видишь это место? — он расправил руки и сделал оборот вокруг своей оси.

— Ну, — озадаченно мычал Ричи. — Ну, довольно веселенькое, да. Или, возможно, с приправкой грусти. В общем, что-то среднее…

Он продолжал говорить в течение нескольких минут о чаще, не заметив, что Грейс и Раинер молчат, опустив головы. Они особенно прочувствовали атмосферу здешней меланхолии; высматривали хоть какие-нибудь признаки жизни. Создавалось ощущение, будто остановилось время: вокруг ни живой души. Птицы не пели, звери не показывались на виду. Не было и дуновения ветра. Облака скрывали солнце, будто прятали его специально от этого необитаемого места. Безжизненность порождала ощущение глухой пустоты. Не сама ли мать природа закрыла это место от всех? Солнце наполовину утонуло за горизонтом. Стемнело. Если вчера по небу разлилась вечерняя заря, а затем сменилась картиной звездной воронки, то сегодня, казалось, будто кто-то намеренно отбирал свет у целого мира. Все вокруг потускнело. Раинер не мог видеть дальше километра от себя.

— Сворачиваем влево, на Восток, — прервал молчание Раинер, с тревогой рассматривая Скалу Бесконечности и прилегающей к ней скалистый хребет, растянувшийся на пару километров к Востоку.

— Правее, ведь, ближе? — Грейс смотрела на высокую Скалу с нарастающим беспокойством. Правее Скалы, на Западе, преград не было, но даже сквозь расстояние она предчувствовала неладное. — Хребет придется обходить и затратить явно больше времени.

— С запада идут оборотни. Они почуяли нас.

— И что мы будем делать?

— Защищаться. Судя по топоту, их около десяти, — Раинер прислушался; Грейс задумалась, как победить того, кто раньше считался вымыслом? Ричи просто стоял и смотрел в одну точку, думая обо всем, что происходит, с трудом веря в это.

Еще не успела наступить ночь, как по округе разлетелся душераздирающий вой. Через секунду на него откликнулись еще несколько пронзительных голосов.

— Вожак возвестил о своем присутствии, — тихо проговорил Раинер. — Это они предупреждают, что вышли на наш след, и что с этого момента мы — их жертвы.