Чтение онлайн

— Платят и неплохую. У них тут с энергией и, соответственно, с финансами пока полный шоколад, лет на пять еще с гарантией хватит. Вот с продуктами у них немного проблемно. Их подземные оранжереи сильно пострадали то ли от землетрясения, то ли от трясуна. Часть галереи обрушилась, и теперь там царство гоблинов. Почти весь хавчик из Абгаля везут…

Дверь в комнату отдыха, где мирно беседовали тезки, неожиданно распахнулась. На пороге стоял крайне взволнованный рэр-Элай.

— Простите, что прерываю вашу беседу, но это крайне важно! Что вам известно о Самале Эль-Багади дис-Коринф? Он жив? Он в плену?

Оп-па! А это уже интересно! Вот так пастушок! Ох, не зря он Забелину припомнился, ох, не зря! Это же в корне меняет расстановку сил! Если Самаль единственный, кто способен заставить работать местные электронные мозги, то цены такому специалисту реально нет! При таких раскладах можно не только без проблем на волю выйти, но еще и поторговаться о дополнительных бонусах. Вот только что в Содружестве скажут? Захотят ли передать столь ценного кадра потенциальным противникам? Тот еще вопрос!

— Простите, Баас, — Забелин усмехнулся, вспомнив их предыдущий разговор и прикинув, как подороже «продать» столь ценную информацию. — Слишком много вопросов. И далеко не на все из них я могу ответить, ибо это закрытая информация, а у вас нет к ней допуска. Но могу вас уверить, что Самаль жив, здоров и не томится в застенках. Месяц назад я с ним лично беседовал. Я готов организовать переговоры по его возвращению, если он пожелает, конечно. Но и от вас потребуются определенные уступки.

— Какие?

— Вам придется отменить для Зарубина и его людей ограничения на общение с внешним миром, ну и обеспечить мне свободное возвращение в посольство.

— Хорошо, я доложу ваши требования Совету. Значит, вы отвергаете наше предложение по работе дрессировщика?

— Нет, отчего же? Я готов поработать над вашей проблемой, но на своих условиях. Подписывать соглашение о неразглашении я не буду. Мне ваши секреты не интересны, если только они не угрожают Содружеству. Если вы еще до моего отъезда организуете мне встречу с вашим специалистом, занимающимся проблемой гоблинов, или как вы их называете «сохет», то я постараюсь в течение, скажем, недели подготовить несколько вариантов решения вашей проблемы и представлю их вам на обсуждение. Но сразу предупреждаю, что дрессированных монстриков, приносящих по команде «апорт» палку, вы не получите. Это нереально!

— Тогда не будем терять время. Я пришлю к вам начальника охраны и переговорю с ако-Лэйсаном. Если он не будет сильно возражать, и Совет примет ваши требования, то уже завтра вы сможете отбыть в Суук. Сколько вам понадобится времени для организации переговоров о судьбе Салема?

— Думаю, недели хватит и на подготовку предложений по проблеме гоблинов, и по вопросу Салема. Но если я отправлюсь вместе с Иваном Зарубиным, то решение можно будет существенно ускорить.

— Не понимаю, как одно связано с другим?

— Очень просто. Для всех в Содружестве Зарубин и его команда — ваши пленники, сколько бы вы не утверждали обратное. Демонстрация доброй воли и чистоты ваших намерений — хорошее начало для переговоров. Вы же слышали весь наш разговор? Значит, в курсе, что у нас с вами общий враг, а у нас говорят, что враг моего врага — мой друг!

Несмотря на заверения Бааса, в этот день начальник охраны так и не пришел, что и понятно, ибо на базе произошло ЧП. Буквально через час после ухода Зарубина к ним в палату привезли сразу трех новых пациентов. В казавшейся просторной комнате сразу стало тесно. Запахло кровью и болью. Все трое сильно пострадали от нападения гоблинов во время будничной работы в многократно проверенном и перепроверенном складском помещении. Но этим еще повезло, их, можно сказать, слегка зацепило, когда атакованные подоспевшим патрулем гоблины пытались прорваться на свободу. Точней зацепило двоих, а третьего просто придавило штабелем ящиков, за которым он прятался, сломав ногу и несколько ребер. А вот трем их товарищам повезло куда как меньше. Двоих гоблины буквально порвали на месте, а третьему откусили ногу и вспороли живот. За его жизнь сейчас боролся незаменимый ако-Лэйсан, но, по словам заплаканной рабат, шансов у парня практически не было.

Забелину очень хотелось расспросить пострадавших ребят, но их в ожидании очереди на операцию погрузили в сон. Так что вместо показаний очевидцев пришлось выслушивать домыслы своего киевского тезки.

— Эти лошары ни хрена собственный город не знают! Тут же под всем городом подземные тоннели понарыты! Ну там канализация, кабели разные и трубы. Не, ты не подумай, за сто лет там повыветрилось все давно, даже следов дерьма не осталось. В рост там, конечно, не пройти, а местами, где колодцы ливневые были, и вовсе песок разгребать приходилось, чтобы проползти дальше. Но главное, по ним можно в любое здание скрытно пробраться. Бурый в своем Мире сантехником главным в мэрии своего Задрюпинска был, он за это и кликуху свою гнилую заработал. Так вот, он сразу срисовал, где могут быть входы-выходы. Мы в эти катакомбы еще за городом нырнули, а вылезли точнехонько в нужном складе, где военные добряки хранились. Жаль чушкана, он хоть по жизни и был обиженным, но башка у него варила!

— Подожди, тезка, не тараторь! Вы что, все патрули тупо под землей обошли, и они вас не заметили?

— Так я тебе о чем? Там поверху никак не пробраться, у них и посты и камеры! Хан у нас за эту тему отвечал, так он что-то про тройное перекрытие базарил! Только клали мы на их посты! Говорю же, тупые они! Все поверху высматривают, а не шарят, что по подземным ходам все их склады обнести можно! — Иван заржал в голос.

— А когда по коммуникациям пробирались, вы следы жизнедеятельности гоблинов видели?

— Ты про говно, что ли? Не, гоблинского дерьма не видали, но воняло местами знатно, а в одном отнорке яйца были, на черепашьи похожие, кожистые такие. Но гоблинские они или какой другой твари, не скажу, я тебе не ботаник.

— А те гоблины, что на вас в складе напали, они уже были в помещении, когда вы вошли, или потом появились?

— Я без понятия. Хотя… мы там с полчаса ковырялись, а двери все заперты были и на окнах решетки. Так что верняк — следом за нами они туда пролезли. Слышь, а может это из-за Казбека? Этот придурок те яйца в боковом тоннеле сапогом подавил, а еще парочку с собой захватил, типа пожарить их вечером по приколу! Точняк! Эти твари за своих змеенышей мстить притопали! То-то я удивился, что их сразу трое на нас вылезло! Вот урод Казбек! Пусть радуется, что ему хавики башку прострелили, а то я ему за свою руку шкуру лоскутами снимал бы!

Не было бы счастья, да несчастье помогло! Из-за вчерашнего ЧП обоих Иванов было разрешено досрочно выписать. Оказывается, первоначально ако-Лэйсан наотрез отказал Совету рэров в выписке русских пациентов. При их кастовой системе решение врача мог отменить только медик более высокого чина, но таковых на базе не оказалось. Складывалось впечатление, что доктор и две медсестры — это и есть весь медицинский персонал.

Как понял из обмолвок и намеков Забелин, на этой подземной базе вообще почти не осталось людей, только штаб-квартира, техники, уборщики и охрана. Остальные переселились на открытый воздух — либо в поселение к дигиль, либо в новую наземную базу на каком-то острове. Там сейчас строился нормальный город, со своим сельским хозяйством и промышленностью. Туда постепенно перемещались все материальные запасы, заложенные в Комале заботливыми предками. Как раз во время погрузки в машины очередной партии товара группа техников и подверглась нападению. Раненых нужно было лечить, а большинство оборудования уже уехало на остров, и остальные палаты стояли законсервированными. Так что тезкам повезло, доктор счел, что выписать двух йурубов проще, чем расконсервировать палату. О чем не преминул сообщить лично, прозрачно намекнув, что рассчитывает, что к вечеру их духу в госпитале не будет.

Начальник охраны пришел вместе с рэр-Элаем сразу после обеда, когда пара тезок блаженствовала на «валунах» в комнате отдыха. Не то чтобы их так уж напугали намеки ако-Лэйсана, но после того, как в их палату из реанимации прикатили шестую койку со стонущим и дурно пахнущим кровью и лекарствами пациентом, даже киевлянин решил перестать разыгрывать лежачего больного и соизволил встать. Правда, за время его лежания мышцы сильно атрофировались, и Забелину пришлось почти на себе тащить его вначале в туалет и душ, а потом в релаксную.

— Страшко, вас ждут в процедурной! — с порога вместо приветствия заявил рэр. — Давайте поторапливайтесь, и не надо разыгрывать из себя немощного инвалида, я все знаю про ваши ночные прогулки.

Калечный мародер, состроив недовольную рожу, встал и почти не хромая направился на выход. Встретив возмущенный взгляд Забелина, тезка нагло осклабился и продемонстрировал оттопыренный средний палец.

Убедившись, что дверь (а они здесь звуконепроницаемые) плотно закрылась, пришедшие так же расположились в оригинальных креслах зоны отдыха напротив Ивана.