Чтение онлайн

— Нет, великолепнейший сэр, я пришёл просить у вас нечто ценное, некоторую вещицу, что может помочь для совершения пророчества, — наивно поведал призраку Гринбейл, ожидая в нём перемен, как у предыдущего хранителя проклятого предмета. — Ваша помощь крайне важна для спасения Короны!

— Ни в коем случае! — зло гаркнул парень. — Мои призрачные струны обеспечивает моё бессмертие, поэтому я никому и никогда и ни за что не отдам их. Без них я никуда! Можешь проваливать отсюда, гадкий скрамблкораблендель!

— Но как же так? — не сообразил Томас. — Почему вы на меня не нападаете?

— С чего бы? — оскорбился Хранитель. — Мне плевать на тебя, пустышка! Я – человек искусства! Не уйдёшь? Значит, мне самому пора! Отправлюсь туда, где прекрасного Барда ценят, любят и уважают! И где у него просят автографы.

— Стой, не уходи! — прикусив губу, попросил поспешивший мальчик.

Замолкнув и замкнувшись с себе, призрак стал собираться. Он сложил недогитару-балалайку в невидимый чехол, который и в самом деле существовал, после чего музыкальный инструмент испарился. Бессмертный бард бросил на прощание:

— Хотел обобрать меня, ребёнок? Не получится, пустышка! Хоть плачь, всё равно ничего не добьёшься в жизни. Невероятно! — хмыкнул парень. — Почему Фон Ба-Суд не послала адекватного просителя? Немыслимо!

— Но я не собирался вас обирать, всего-то попросил одолжить струну или как там её до того момента, как мы спасем родных и Корону! А как же моя бабушка…

Но Гринбейла уже никто не слушал, и обиженный и в прямом смысле раскалённый до красна от стыда призрак, считавший подобное обращение с собой преступлением, поправил рваную и такую же призрачно-прозрачную шляпу с вороньим пером, отлетел от стены, разлетелся и с хлопком исчез, попав прямо в каменную кладку.

Да, так кратко. Да, так быстро скрылся Хранитель.

— Ну, и пошёл бы ты к леннам! — уже сотый раз за путешествие выругался раздосадованный Томас. — Нет, чтобы наброситься на меня с огненными объятьями, а не исчезать, как слабая характером девчонка!

Юный герой не ожидал, что бард просто так сбежит, полагал, что он, как и Гневная Дева, накинется с целью убить, потребует кошелёк, жизнь, душу или что-нибудь ещё, однако подобного не произошло. Гринбейл остался у двух колонн с носом. Буквально и формально. Упрямый, расстроенный Томас фыркнул, уселся на камень, валявшийся где-то около него, и стал ждать возвращения барда, но тот так и не появлялся. Шли секунды, минуты, а часы не шли, потому что каждый час у пророчественной троицы был на счету.

К платформе со свистом подскочил многотонный состав, полный людей. Паровоз выпустил безразличных к судьбе мальчишки пассажиров из своих приоткрывшихся, механических ртов, постоял пару минут и покинул станцию Билборд, окутав Гринбейла молочным паром. Покинули Билборд и люди, поторопившиеся на праздник. Воцарилась гробовая тишина, пока её не прервали.

Стук. Стук эхом разлетелся по опустевшей платформе. Стук этот, с первого взгляда, был обычным, ничем не привлекательным, однако, как мне кажется, он внушал станции Билборд нечто плохое, мерзкое, противное.

Бессмысленному, безмолвному ожиданию барда помешала высокая фигура в скучном чёрном пальто, внезапно появившаяся из туманной дымки. Неизвестным из Тумана определённо являлся мужчина с тростью, наверняка, богач. Лицо его было скрыто в темноте и паре, оставшемся с остановки паровоза. Человек, скорее всего, сошёл с поезда и единственный заметил Томаса, сидящего на отбитом от колонны сером камне.

— Что-то случилось, мальчик? — поинтересовался совершенно джентльменский голос. — Я вижу, тебя постигла какая-то сильная неудача, раз ты сидишь здесь один в День Объединения. Ты не с семьёй, ты без друзей, так в чём же тогда проблема? Ты бедняк?

Человек вызвал у Гринбейла некое подозрение, ведь не раз бабушка Аделия рассказывала об огромном количестве маньяков, убийц и пытальщиков, обитающем в Тинсане и его окрестностях. Те выходили на охоту лишь по ночам, а сейчас как раз почти наступила ночь. Естественно, не говоря всей правды, мальчик ответил, то есть солгал, незнакомцу.

— Нет, Мистер, простите, что своей персоной я испортил вам праздничное настроение, — наигранно расстроился подросток. Хотя мальчик уже был расстроен, ему пришлось расстроиться ещё сильнее. — Всё в полном порядке, всего лишь где-то здесь потерял деньги на дорогу, которые мне доверила моя драгоценнейшая матушка. Теперь я не могу их найти, а без денег мне не видать порога дома.

— Хм, — смутился господин. — Иногда и такое, честно говоря, случается в жизни. Но мне кажется, что ты очень сильно расстроен чем-то другим и не хочешь рассказывать. По твоему лицу понятно, что ты потерял что-то большее.

Мужчина плевал на приличия и опустился на прохладную, грязную плитку рядом с Томасом, не страшась испачкать брюки и пальто. Упрямый парень же специально повернул голову в противоположную сторону, чтобы не встречаться взглядом с присоединившимся к нему Мистером. К тому же голос показался ему знакомым, хотя подобного быть не могло: Гринбейл никого в Тинсане не знал, потому что проживал исключительно в Онфосте. Наш герой решил не привлекать лишнего внимания.

— Если ты сидишь в столь необыкновенном месте, где, по слухам, обитает жуткий, кровожадный монстр, то это уже о многом говорит, — вдруг сменил тему мужчина шепчущим голосом.

— Откуда вы знаете об этом месте? — отозвался заинтригованный Томас, не показавший свою заинтригованность незнакомцу. Фраза прозвучала с довольно скучной интонацией.

— О, в Тинсане я чувствую себя как дома. Я слышал о многих кошмарных местах. И это как раз одно из них, — с толикой гордости сказал мужчина. — Удивительно, что отсюда пропал грустный, серый человек. Он довольно ранимый, насколько я помню.

— Он сбежал от меня, потому что не хотел отдавать струну со своей недогитары.

По интуиции Гринбейл понял, что неизвестный господин задумался и, по-видимому, изучающее взглянул на мальчика. На первую платформу тем временем приполз очередной паровоз, который сразу же отправился на следующую станцию. Билборд опустела вновь.

— Паренёк, а ты веришь в магию? — заинтересовался Мистер спустя несколько мгновений.

— А вы? — нахально бросил Гринбейл, уставший от надоедливого типчика.

— Раз я спросил подобное, то не так трудно догадаться, — намекнул мужчина. — Так что насчёт тебя?

— Я верю в магию, — не стал скрывать мальчик.

— А сильно? — не мог угомониться новый спутник. — В смысле – по-настоящему?

— Думаю, да. По-настоящему, — подтвердил Гринбейл

Внезапно мужчина встрепенулся, тон его голоса резко преобразился и стал более насмешливым.

— Значит, Неизвес-стный не ошибся, — прошипела тень над ухом задрожавшегоТомаса. — Я думал, что ты, парниш-шка, умнее и с-смекалистей с-сверстников с-своего возраста, раз уж ты с-сбежал тогда от нашей армии, но на самом деле ты такой же тупой бездарь, как и они. Неуж-жели, не узнаёш-шь меня? Или твои вещ-щие сны, которые мы с Неизвес-стным ощущаем – ложь? Я явс-ственно почувс-ствовал посторонний взгляд на своей преступной спине, причём целых два раза. Ох, как ж-же неприятно, когда з-за тобой ведут с-слежку, друж-жочек, однако теперь я могу насладиться видом на твоё личиком с-сполна, кудрявый парш-шивец!