Чтение онлайн

— Есть! — все-таки улыбнулась Скут.

— А вот с формой будет проблемка…

— У! У! У! — по школьной привычке поднялось вверх копытце.

— Да, Свити?

— Форма у нас есть! — та метнулась к рюкзаку и, порывшись, вытащила пару комплектов формы, вполне подходящего размера. — Я, извините, скопировала форму для Скуталу, пока Рарити не было рядом. Ну и вот… Что-то вроде получилось…

— Мда… Основательно подготовились…

— Ага…

— Значит так. Первое задание. Пока все ставят лагерь — собрать дрова для костра. Много. Задание ясно?

— Ясно!

— Агась!

— Выполнять! Дэш! Не приглядишь за ними пока?

— Лады! Ой… то есть… Так точно, пригляжу! — Радуга, не сдержав улыбки, вытянулась "во фрунт" в воздухе и махнула копытцем честь.

Мы принялись ставить палатки.

Ночь была свежей и спокойной. Многие созвездия были видны на небе. Пиликал где-то сверчок. Ярко и весело полыхал костер, отгоняя назойливых насекомых. На дровах можно было не экономить — Свити и Блум так рьяно взялись за дело, что того количества, которое они натаскали, нам бы хватило еще и на завтра, даже при самом неэкономном их использовании. Хорошая энергия. Надо бы направить ее еще на что-то подходящее.

Я глянул на луну, по привычке отметил, что, похоже, уже достаточно поздно и проверил это наблюдение по часам. Однако, похоже, спать пока никому не хотелось, а значит, наступала пора посиделок у костра, жареного зефира, оказавшегося в моем рюкзаке стараниями Блум, и, конечно, страшных историй.

— Чего все захихикали? — скорчила мину Радуга.

— Ну, не пугаться же этого?

— Агась! Ты эту историю при мне уже раза три рассказывала!

— Угу.

— Ну так придумайте чего-то пострашнее! — Дэш надулась, села на бревно и скрестила ноги на груди.

— Хм…

— Из?

— Ну… Была у меня одна история…

И он поведал собравшимся одну из историй из своей наемнической практики:

— Этой истории вы нигде не услышите. Случилось все около полугода назад. Подрядился я тогда работать на одного торгаша. Торгаш, как торгаш. Не совсем честный, но и не вор последний. А мне что? Платил, главное, хорошо и вовремя.

Довелось нам однажды доставлять некий странный груз из земель Зебр в Мэйнхеттан. Что за груз я не спрашивал — не мое это дело, но краем глаза видел — какие-то маски, куколки, фигнюшечки. В общем, что-то ритуальное. Среди всего, погрузили на борт и какую-то древнюю статую. Не знаю, уж, как там он ее получил. Скорее всего, просто кто-то что-то ограбил, вытащил все, что мог да и сбагрил это нашему… Обычное, в общем-то, дело.

В целом, обратно шли спокойно. Даже очень спокойно. Наша охрана так и не понадобилась. Пару раз мелькали на горизонте какие-то посудины без флагов, без вымпелов, но милостью Селестии проходили мимо. Мы спокойно дошли до берегов Эквестрии. Ну и решили это дело отметить. Решено — сделано. Отметили мы тогда изрядно. Кто-то даже видел огоньки на корабле*, а это не самый хороший знак, но на него не обратили внимания. Мало ли, что с пьяных глаз привидится.

Лично я до отмечался до того, что был отправлен ночевать на гауптвахту. Вахтой служила отгороженная часть трюма, благо тот большой был, запиравшаяся снаружи засовами. Опять же себе неплохо — ложись на сено да проспись. Собственно, я так и сделал.

Проснулся я среди ночи. Сначала даже не сообразил, что случилось. Что-то тяжело грохотало по палубе. Потом понял — на судне, явно, шел бой!

Бой, на который меня не выпустили? Я стал ждать, когда мои ребята обо мне вспомнят. Вдруг, все как-то резко затихло. Я уж подумал, что мои и сами справились и решил спать дальше.

И тут раздался жуткий треск! Такой бывает, только когда что-то проламывает борт корабля!

Вот тут уж я вскочил и принялся выламывать дверь гаупт-вахты! Кому охота пойти на дно вместе с деревянным корытом за просто так? В конце концов я все-таки выбил из косяка петли — те поддались даже раньше засовов — ясно, что на пьяную матросню рассчитывались.

И тут же поскользнулся! Сначала хотел наорать на часового, что должен был дежурить у двери. Ведь эта свинья сама ужралась до невменяемости, раз не открыла мне! Да еще и пролила что-то…

Только потом глянул — на что я наступил.

Из сделал драматическую паузу.

И продолжил поразительно тихим, бесцветным и от того лишь еще более страшным голосом:

— А это и был наш часовой. Вернее, то, что от него осталось.

Я поскользнулся на его кишках.

Даже у меня сердце ушло в копыта. Я поднялся наверх — в кубрик, но уже догадывался, что там увижу — на корабле не было слышно ни звука. В кубрике все было порушено, кругом трупы. Без особого разнообразия — все они были просто порваны пополам.

Я пробежался по кораблю. Нигде ни одного живого пони. Спавшим — проломили грудные клетки чем-то тяжелым.

Кока я обнаружил по запаху. Вот с ним поступили оригинальнее. Похоже, он, спасаясь, забрался в котел с греющейся водой. Его и заблокировали, придавив крышку. Бедняга сварился в собственном котле.

Я давно уже сообразил, что искать тут некого, поэтому, лишь прихватил денег, сколько нашел и свои вещи. А еще, честно говоря, я просто тянул время.

Да. Я боялся выйти на палубу.

Но выйти рано или поздно пришлось бы. Я вышел.

Трупы, трупы, трупы.

Выпущенные кишки, оторванные или раздавленные головы, вырванные ноги и крылья… Даже меня чуть не стошнило.

Прямо перед дверью лежал мой наниматель. Вернее, то, что осталось от него.

Кто-то просто раздавил ему череп.

Из раздавил томат, который держал на копыте, с такой силой, что ошметки брызнули на всех! Кто-то взвизгнул.

— Тут только я увидел, что борт корабля, со стороны океана, был проломлен чем-то огромным. И стремглав кинулся вниз!

И как вы думаете что?

— Ч-что? — ти-и-ихо выдавила Радуга.

Из продолжил:

— А статуи-то не было!

— А… А ты че? — как-то не внятно спросила Эплджек.

— Я? Я спустил ближайшую лодку, выкинул оттуда что-то от кого-то оставшееся за борт и свалил побыстрее к берегу, в надежде, что или пристану, или подберут. Так оно и получилось.

А тот корабль, говорят, до сих пор плавает где-то у берегов Эквестрии с мертвой командой. Или даже не совсем мертвой. Многие говорили, что его встречали, и встречи эти не заканчивались ничем хорошим.

Наступила длительная, гнетущая тишина.

Лишь сейчас я огляделся.

Испуганная Радуга, похоже, сама того не замечая, крепко обнявшая Иза, с которым рядом сидела, и прижавшаяся к нему.

Деринг, сидевшая ро-о-овненьким столбиком, с остекленевшим взглядом, и догорающим зефиром на палочке, и тихо повторявшая что-то вроде: "Значит, правда. Значит, существуют".

Дерпи, выглядывавшая из-за бревна.

Тихо трясущаяся Эплджек, прижавшая к себе перепуганных и, как и все, забрызганных томатом, Блум и Свити.