Чтение онлайн

– Очень образное выражение, – согласился Забродов. – Только твоему господину Паршину, по-моему, уже ничего не нужно. Через сутки, а то и раньше он будет сидеть в самолете, который доставит его в далекие теплые края.

– Значит, это все-таки правда… – в задумчивости покачал головой Михаил, тем самым подтвердив догадку Забродова насчет прослушек, которые он установил и у него, и у Паршина.

– Что «правда»? – уточнил Забродов.

– Да это я так, вообще, – чуть смутился Михаил, которому тоже, похоже, очень хотелось поделиться с Забродовым кое-какими своими наблюдениями.

– В общем, если тебя интересует дальнейшая судьба Паршина, можешь остаться здесь в машине. Он сейчас находится в этом подъезде, в квартире номер восемь. Если самому надоест наблюдать, можешь нанять информаторов. Только имей в виду: выглядит он теперь не совсем, точнее, совсем не так, как раньше. От знакомого нам с тобой Паршина остались лишь шляпа и портфель.

– У тебя есть его новая фотография? – спросил Михаил.

– Нет, чего нет, того нет, – покачал головой Забродов. – Но ты человек опытный. Узнаешь его по походке. А вообще-то он теперь с усами, бакенбардами, в очках с затемненными стеклами. Импозантный мужик!

– Понятно, – кивнул Михаил, очевидно стараясь тут же проанализировать полученную информацию.

– Не знаю, какой у тебя к этому Паршину интерес, но думаю, тебе он сейчас важнее, чем мне, – сказал Забродов, собираясь выходить из машины.

– Но если ты обнаружишь мальчика раньше, чем я, обязательно сообщи мне, – попросил Михаил.

– Зачем тебе он? – пожал плечами Забродов. – Я отвезу его к матери, и на том дело будет окончено. А ты разбирайся со своим Паршиным. Если он тебе, конечно, еще нужен.

Михаил хотел еще что-то сказать, но Забродов, продолжая исполнять роль жадного и расчетливого частного сыщика, забрал лежащие на сиденье деньги и вышел из машины. Он почему-то был уверен, что Михаил не упустит Паршина и не даст ему улететь из страны.

Но у него самого были другие задачи.

Когда Илларион Забродов добрался до офиса компании «Серебряные крылья», где был припаркован его джип, начинало смеркаться. И он только теперь вспомнил, что с утра ничего не ел.

В кафе напротив людей было немного, кофе был сварен весьма профессионально, а горячие бутерброды испортить было непросто. Так что у Забродова было несколько минут, чтобы обдумать, как ему действовать дальше. Можно было, конечно, еще из кафе, сняв с телефона прослушку, которую поставил Михаил, позвонить полковнику Мещерякову, задание которого он, в общем-то, выполнил. Но Забродов решил не торопиться. И сначала, дабы подтвердить принятую Михаилом версию его миссии, он позвонил Еве Грановской.

– Алло, это вы?! – сразу отозвалась она. – Я уже вся извелась! Вы нашли их?!

– Думаю, завтра они будут у вас, – ответил Забродов как можно спокойнее. – Не волнуйтесь. С ними все в порядке.

– Надеюсь, – проговорила Грановская и призналась: – У меня здесь еще проблема возникла: родители Лики позвонили. Они не могут с ней связаться и хотят объявить в розыск. Я просила их пару дней подождать. Но они сказали, что вылетают в Москву. Если им, то есть полиции, понадобятся какие-то сведения, вы им сообщите. Ведь это как бы не Митю будут искать, а Лику… Да, и у Маши, Марии Паршиной, адвоката убили. Молодой совсем. Сомов. Представляете, зарезали прямо в сквере. Я Паршину звоню, он не берет трубку.

– Не волнуйтесь, Ева. Завтра все будет в порядке, – как можно спокойнее постарался заверить ее Забродов. – Доброй вам ночи.

– И вам доброй ночи… – сказала Грановская.

Илларион Забродов уже допивал кофе, когда начался выпуск криминальных теленовостей. Поскольку экран висел почти у его столика, картина предстала жуткая. Два трупа с такими знакомыми ваххабитскими тонкими, но точными порезами на шее.

– В деле Марии Паршиной, жены известного бизнесмена, владельца частной авиакомпании «Серебряные крылья» Эдварда Паршина, редактора одного из популярных глянцевых изданий «Сноб», которая обвиняется в организации убийства любовницы своего мужа гражданки Германии Маргариты Крафт, появляются все новые страшные подробности. Убиты адвокат, который должен был ее защищать, и следователь, который вел дело. Причем только сегодня утром следователь успел дать нашему телеканалу интервью. Мы показываем вам эту запись.

Усталый и, сразу видно, неохочий давать интервью следователь, отвечая на вопросы корреспондента, говорил спокойно и уверенно:

– Да, Мария Паршина, жена известного бизнесмена, владельца частной авиакомпании «Серебряные крылья» Эдварда Паршина невиновна. До суда я не могу оглашать всех подробностей, но в ходе следствия киллер признался, что убить любовницу Эдварда Паршина Маргариту Крафт его наняла женщина, которая прекрасно говорила по-русски, но была одета в восточные одежды. По его описаниям уже составлен фоторобот, и мы теперь разыскиваем эту женщину, приблизительно сорока лет, невысокую, стройную, ходит в восточных одеждах, в чадре.

В это время на экране появился созданный с помощью компьютера портрет Елены. Илларион Забродов даже вздрогнул от неожиданности: настолько фоторобот был похож на оригинал.

– Мы пришли к выводу, что нужно искать сирийский след, – закончил следователь и добавил: – Мария Паршина на днях будет выпущена из СИЗО.

– И вот, – на экране опять появились трупы с перерезанным горлом, – адвокат Марии Паршиной господин Сомов был найден с перерезанным горлом на лавочке в сквере. А сегодня вечером следователь, который вел дело Марии Паршиной и пришел к выводу, что она невиновна, найден зарезанным у себя в подъезде. Тот самый удар, та самая жестокость. Как нам удалось узнать, у следствия имеется очень важный свидетель, имя которого, конечно же, не оглашается. Есть человек, который видел из окна своей квартиры момент убийства адвоката Сомова. Он уже дает показания. Так что есть надежда, что серия жестоких убийств наконец прекратится. Да, – вдруг оживилась корреспондент. – У нас появился фоторобот убийцы адвоката Сомова, и, судя по почерку, и убийцы следователя.

На экране возник портрет бородатого мужчины средних лет, и Забродов не мог не узнать в нем одного из бородачей, которые жили в доме у Елены. Это был не кто иной, как Ахмет.

Похоже игра, которую затеяла Елена, начала выходить из-под ее контроля. То, что она могла нанять киллера для убийства любовницы Паршина, которого она считает главным виновником трагедии с «Драконом», было похоже на правду. И подставить его жену она тоже вполне могла. И даже могла направить своих людей следить за адвокатом и следователем, хотя и не очень понятно, с какой целью. Но то, что она дала распоряжение так жестоко расправиться с адвокатом и следователем, Забродов, который неплохо разбирался в людях, понимал с трудом.

Допив кофе, он даже хотел позвонить Елене, предупредить, что ее и ее людей разыскивают. Но, взглянув на часы, решил не торопиться. Все равно ночью они вряд ли будут покидать занятый ими загородный дом. А у него будет время подумать, как объяснить Елене, что она заигралась с огнем.

Адрес, по которому был припаркован микроавтобус, Забродов знал и, въехав во двор, сразу его нашел. Он припарковался чуть поодаль и остался ждать, пока погаснут огни в окнах. Его расчет был весьма прост: достаточно будет дотронуться до машины, как сработает сигнализация. Свет появится в окне той квартиры, где находится хозяин машины. А если повезет, то он или его люди даже выйдут к ней. Дальше все было бы делом техники. Вынырнув из темноты, да еще с оружием, Забродов мог бы нейтрализовать похитителей. А сам поднялся бы в квартиру и увез похищенных детей.

Но когда окна погасли и Забродов уже решил выйти из машины, из одного из подъездов выбежали мальчик и девушка.

Илларион Забродов не мог ошибиться: это были Митя и Лика.

Еще не хватало, чтобы за ними сейчас увязалась погоня! И Забродов, распахнув дверцы машины, позвал:

– Митя! Лика! Сюда!

– Ларик! Это дядя Ларик! – радостно закричал Митя. – Я знал, что ты нас спасешь!

Лика села на заднее сиденье, а Митя устроился рядом с Забродовым.

– Не бойтесь, они пьяные! – сказал Митя, заметив, что Забродов все время поглядывает на дверь подъезда, откуда выбежали дети, и добавил: – Слышь, Лика, как мы не додумались? Надо было их закрыть с этой стороны на ключ. А ключ оставить в дверях или вообще сломать.