Чтение онлайн

— Что там, Лёх? — шёпотом спросила она.

— Тихо, — выдохнул я, не сводя глаз с твари.

Нужно понять, что это. Случайная мутация, породившая интеллект в животном? Или что-то другое? Новая переменная в уравнении выживания. А любая новая переменная — это потенциальная угроза.

— Мы что, из-за этой блохастой макаки стоять будем? — скривился Сокол. — Да я её с одного плевка уделаю.

— Я сказал «тихо», — отрезал я, не оборачиваясь. — Не двигаться. Наблюдаем.

— Наблюдать? — в голосе наводчика прозвучало откровенное издевательство. — Может, нам ещё ей попкорна предложить? Это мутант первого уровня! Му-тант. Бесполезный кусок экспы.

Он явно провоцировал. Ему не нравилось моё командование, не нравилось оружие, которое я ему выдал, не нравилось, что какой-то студент-инженер им верховодит. И он нашёл способ показать своё пренебрежение.

Прежде чем я успел среагировать, Сокол наклонился, подобрал с земли кусок битого кирпича и с силой швырнул в сторону Хвостокрута.

— Получай, выродок! — прорычал он.

Камень со свистом рассёк воздух. Зверь тут же отпрыгнул в сторону и приземлился уже по ту сторону забора. Он не драпанул прочь сразу. Вместо этого обернулся и задержал на нас взгляд голубых глаз. В них не было страха. Кажется, я уловил в них что-то вроде… разочарования. Затем его хвост хлестнул по воздуху, и тварь бесшумно исчезла в густых зарослях декоративного кустарника.

— Я отдал приказ не двигаться, — процедил я, обернувшись к Соколу. — Я отдал приказ соблюдать тишину. Ты его осознанно нарушил. Ты спугнул аномальный объект и, что гораздо хуже, создал шум.

— Ой, да ладно тебе, командир, — усмехнулся он. — Какой шум? Камешек кинул. Не из пушки же я бахнул. А «аномальный объект»… Ты серьёзно? Это была просто шустрая крыса с полосатым хвостом.

— Эта «шустрая крыса» вела себя не как все остальные, — вмешалась Искра. — Но куда уж нам, простым смертным, понять логику твоего гениального мозга. Увидел что-то непонятное, кинь в него камнем. Очень мудрый подход, пернатый. В детстве, поди, камнями в кошек швырялся?

— А тебя, ведьма, не спрашивали, — огрызнулся Сокол. — Следи за своей метлой.

Я сделал шаг к нему.

— Слушай сюда, Сокол, — мой голос стал ледяным. — Ещё одна такая выходка, ещё одно нарушение приказа, и ты пойдёшь обратно в депо. Один. Я понятно выражаюсь? Мне плевать на твой уровень и на то, какой ты крутой наводчик. В моей группе ты либо выполняешь приказы, либо ты не в моей группе.

Он смотрел на меня с ненавистью, его желваки ходили под кожей. Он был выше, возможно, сильнее физически, но сейчас в его глазах я видел не только злость, но и неуверенность. Он не ожидал такого поворота.

— Я боец ЧВК «Ратоборец», — выдавил он. — А ты…

— А я здесь командир, — оборвал я его. — И Варягин это одобрил. Так что либо ты принимаешь правила, либо проваливаешь. Выбирай.

На несколько секунд повисло тяжёлое молчание. Сокол перевёл взгляд с меня на Бориса, который выглядел как скала, готовая в любой момент обрушиться на его голову, потом на Искру, зло сощурившую глаза, на молчаливого Женю, чья рука легла на рукоятку пистолета. Даже Сумрак, до этого безучастный, смотрел на наводчика без всякой симпатии.

Никого не осталось на его стороне.

— Понял, — наконец, выдавил он сквозь зубы.

— Вот и отлично, — кивнул я. — Двигаем дальше.

Я развернулся и пошёл вперёд. Инцидент исчерпан, но осадок остался. Сокол — слабое звено. Ненадёжный, импульсивный, ставящий своё эго выше общей цели. Опасный союзник. И этот Хвостокрут… Голубоглазая тварь не выходила у меня из головы. Это не просто мутант. Это что-то новое. И мне это совсем не нравилось.

Мы двигались по улицам, пробираясь сквозь завалы из мусорных баков и покорёженных автомобилей. Я по-прежнему шёл впереди, замыкали процессию бойцы «Ратоборца».

— Проклятая Система, — прошипел сзади Сокол, споткнувшись о какой-то мусор. Мы как раз проходили мимо стройки, заваленной кирпичами от рухнувшей стены. — Из-за неё всё это дерьмо. Была нормальная жизнь, а теперь что? Бегаем по развалинам, как крысы.

— Ты ошибаешься, — ровным голосом ответил я, не оборачиваясь. — Система нас спасла. Та энергия, что хлынула в наш мир, энергия Бесформенного, должна была превратить в мутантов всех. Без исключения. Система дала нам шанс выжить. Она — щит. Те, кто не смог или не захотел её принять, стали тем, на что мы теперь охотимся.

— Щит? — хмыкнул Сокол. — Отличный щит, который сначала допустил удар, а потом милостиво предложил поиграть в свою игру.

Он замолчал, с силой прихлопнув что-то на своей шее.

— Ха, смотри-ка, — он показал на ладони раздавленного комара. — А эти твари остались прежними. Не всё живое решило стать монстрами, хотя бы букашки совсем не мутировали.

— Не скажи, — мрачно отозвался Борис. — Мы тут на днях на таких паучков наткнулись… Размером с хорошую собаку, и это самые мелкие. Еле отбились.

— Вот это и странно, — вмешалась Искра, обходя покорёженный остов «Жигулей». — Люди могли сделать выбор. Нажать «Да» на этом дурацком синем экране. Но животные? Птицы? Пауки? Как комар мог принять Систему, а паук нет? Или наоборот? У них же нет разума для такого выбора.

Все замолчали, обдумывая её слова. Вопрос логичный. Я и сам над этим размышлял. Почему одни виды мутировали поголовно, а другие нет?

И тут сзади раздался тихий голос, которого я до этого момента ни разу не слышал. Заговорил Сумрак.

— У меня есть теория.

Мы все остановились и обернулись. Даже Сокол удивлённо приподнял бровь. Теневой маг стоял, почти сливаясь с серой стеной дома. Его тёмные глаза, казалось, смотрели не на нас, а куда-то вглубь происходящего.

— Удар Бесформенного, — продолжил он так же тихо, — был целенаправленным. Его главная цель — доминирующая разумная раса на планете. Люди. Именно нас оно пыталось уничтожить или ассимилировать. И именно нас пытается защитить и сохранить Система. А всё остальное… всё остальное получило удар по касательной. Как круги по воде от брошенного камня. Чем дальше от эпицентра, тем слабее волна.

Он сделал паузу, давая нам осознать сказанное, и продолжил:

— Млекопитающие пострадали сильнее всех. Они генетически ближе к нам. Возможно, мутировали все или почти все. Собаки, кошки, крысы… Мы видели, во что они превратились. Рептилии и птицы уже дальше от нас. Поэтому змея может вырасти до гигантских размеров, а может и не вырасти. Вон, смотрите, вороньё не изменилось, — он кивнул на стайку птиц, с карканьем копошившуюся у какого-то трупа в дальнем конце двора. — Амфибии и рыбы наверняка пострадали ещё меньше. А насекомые, пауки, черви… прочая мелочь… они на самой периферии этой волны. Поэтому большинство из них остались прежними. Но некоторые, попав под особенно сильный всплеск, всё же изменились. Как те пауки, о которых вы говорите.