Чтение онлайн

«Точно», – сообразила Чирра. – «А я и не замечала, что на пруд мы ездили без возницы. Была внутри кареты, потому не придала значения». Затем она взглянула в окно и увидела, что совсем стемнело. Встала, потянулась и пошла к двери:

– Ты нам за ужином? – спросил мужчина.

Чирра обернулась и, глядя в глаза Оливеру, кивнула.

– Какое же ты у меня чудо, – улыбнулся он ей в ответ. – Беги, я подожду здесь.

Чирра привычно неслышной походкой спустилась по ступенькам и пошла на кухню. Настроение было отличным, история про артефакты ей очень понравилась. Она привычно прикрыла глаза, обернулась в девушку и, насвистывая, стала собирать корзинку с едой. Отрезала пару кусков хлеба, положила сверху сыр и колбасу, полезла в печку за булочками, обернулась к корзинке. И тут взгляд выхватил человеческую фигуру. Резко подняв голову, она увидела Дани.

Молодой и симпатичный повар стоял, смотря во все глаза на обнажённую девушку с золотыми волосами. Она была изящна, стройна как лань и так ловко собирала еду в корзинку, что явно хозяйничала на его кухне не первый раз.

– Пр-пр-простите, – запинаясь, произнёс Дани. – А Вы что здесь делаете?

На миг девушка растерялась, но потом сообразила, что оборота из лисы не видели, иначе бы реагировали не так. Скорее всего, Дани просто застал молодую голую девушку на кухне.

– А я вот еду собираю для графа Оливера, – она улыбнулась. – Вы не могли бы отвернуться? Я не одета.

– Ой, простите, я потом зайду – и с этими словами Дани выбежал из кухни.

«Ого, какая роскошная любовница у графа! Кому расскажу – не поверят», – думал Дани, стремительно возвращаясь в свою комнату.

«Фух, пронесло», – решила Чирра, обернулась в лису на всякий случай и, подхватив корзинку зубами, потрусила к кабинету Оливера.

После ранения Оливер обратил внимание, что Рыжик стала ему ещё ближе. Она заботливо приносила ему еду вечерами, а днём, когда он работал, играла с Домиником. Вечерами он рассказывал ей о своей работе, и она с удовольствием его слушала. Ещё ни одна женщина не слушала его с таким неподкупным интересом, как эта лиса. Ему казалось, что он мог рассказать ей всё что угодно. А также лиса не давала ему скучать и заниматься самобичеванием, ведь он так и не смог найти и отблагодарить ту невероятную девушку, спасшую ему жизнь.

Масла в огонь подлил Руперт, который ни с того ни с сего вдруг стал интересоваться, а не надо ли принести в спальню графа завтрак на двоих. Оливер совершенно не понял намёков дворецкого. Обычно Руперт не имел привычки шутить над своим хозяином. А тут вдруг даже в его ванную вдруг случайно положил два махровых халата.

С работой из дома получалось справляться хорошо, с этим проблем не было. А вот рана на животе заживала неожиданно медленнее, чем он бы хотел. Оливер написал записку Джонсону с вопросами, как долго будет заживать рана и в чём может быть дело. Ответ от Джека пришёл тем же днём. Лекарь сообщил, что такое может быть. Скорее всего, в том числе исходя по краям раны, клинок у нападавшего был необычным, трёхгранным. В быту обычно используются плоские лезвия, а такие трехгранные отливаются только на территории Крэнгии. Раны от них опаснее, сильнее кровоточат и гораздо хуже заживают. Плоский клинок лишь разрезает ткань, а трехгранный отодвигает ткани друг от друга, таким образом, краям сложнее срастись и требуется больше времени. Джек сказал, чтобы Оливер не беспокоился, настроился на работу из дома и посидел ещё пару недель в особняке, если не хочет привлекать внимание к своей ране.

Оливер хмыкнул на ответ Джека Джонсона и написал в совет, что предлагает вынести в палату новый законопроект, запрещающий продажу и использование трехгранных клинков на территории Норингии. Он на своей шкуре почувствовал, насколько это неприятная вещь.

***

Графиня София кусала себе локти. Оливер вышел наконец-то после отпуска на работу, они провели вместе чудесное свидание. Она даже подмешала ему тройную дозу приворотного зелья, и Оливер согласился на ночь глядя не только проводить её до дома, но и зайти в дом. Очевидно, что зелье не подействовало в полной мере, раз граф всё-таки ушёл домой. С такой дозы любой нормальный мужчина должен был бы на неё наброситься ещё в карете!

– Вот это самообладание у графа, вот это выдержка, нечего сказать, – нахмурилась она,рассказывая Этану всё, что случилось за вечер.

– Странно, так не должно было произойти, – кусал тонкие губы лекарь. – Вы уверены, что он выпил?

– Абсолютно, я практический весь флакон ему в чай вылила, – воскликнула София, обидевшись, что в её словах сомневаются.

– Хм, хм, хм… – засомневался Этан. – В таком случае новое зелье подливать ему в бокал не считаю нужным. Я практически уверен, что благодаря тройной дозе приворотного уж симпатию он к Вам точно испытывает.

– Разумеется, – София пренебрежительно фыркнула. – Я хотела его вообще-то в постель заполучить и женить на себе.

– Тогда вот, – Этан покопался на своих полках, – вот новая поставка из Алишера, – он победоносно воскликнул, доставая миниатюрный лиловый флакон, протянул его Софии. Когда она поднесла к флакону руки, Этан тут же выдернул сосуд, как будто играя с ребёнком. – Не так быстро!

– Что? Почему? – графиня захлопала своими маленькими глазками, не понимая, почему ей дали возможность влюбить в себя графа, а потом отобрали, словно конфету.

– Это дорого стоит. Вы должны пообещать мне, что проберётесь в дом графа и соберёте для меня максимум информации об этой лисе. Что она делает в доме? С какими слугами общается? Выходит ли за территорию особняка? Что любит есть? Мне нужна любая информация об этой лисе!

– Да-да, хорошо, – сразу согласилась графиня, цепко выхватывая лиловый флакон. – А как это работает? Тоже в чай добавить?

– Нет, не совсем. Это вытяжка из горных цветков мелиссиры, что цветут в Варварских пустошах. Очень и очень редкие цветы. Здесь ровно одна доза. Вам надо пробраться в спальню графа и капнуть это на его подушку. Тогда, ложась спать, он будет вдыхать аромат мелиссиры. Этот цветок многократно увеличивает желания человека. Его используют варвары в своих землях на молодых невинных девушках, входящих в гарем. Таким образом, девушки сами начинают хотеть своих мужей. Каких бы ужасов ни рассказывали о варварах, какие бы огромные гаремы у них ни были, но для них считается унизительным брать женщину, если она сама того не хочет. В общем, если граф испытывает к Вам хотя бы симпатию, то под цветком мелиссиры он не сможет сдерживаться, если Вы придёте к нему ночью в прозрачной сорочке. Всё ясно?

– Да! – по мере рассказала Этана Эдванса, глаза графини Дэвис начинали гореть огнём всё ярче и ярче.

Она выбежала на улицу, хватая свою шляпку и перчатки. А в её голове уже крутился план по женитьбе графа Оливера Дюссо Тейлора на себе.

***

Чирра лежала на подоконнике, так как за окном лил дождь. Осень вступала в свои права, и день ото дня дожди становились всё чаще и чаще. Лиса лениво лежала и вспоминала, как в это время года она охотилась со своими братьями и сёстрами. Благодаря дождям добыча не чувствовала подкрадывающегося хищника и можно было легко поймать намокшую утку или сонного зайца. Неожиданно она услышала ржание лошадей. Вскинула взгляд. Во двор графа заехала красивая карета с черным гербом. Змея и меч. Карета гостя управлялась кристаллом, как и карета графа Дюссо Тейлора.

«Хм, интересно, что за высокие гости пожаловали?» – подумала Чирра. Уже минутой позже в кабинет поднялся запыхавшийся дворецкий.

– Прошу прощения, – Руперт постучал, прежде чем войти и стал озираться, как будто ожидал увидеть в кабинете графа кого-то ещё, кроме Оливера, затем облегчённо выдохнул и сказал, – внизу ожидает графиня София Дэвис. Мне пригласить её в Ваш кабинет или приказать накрыть чай в столовой?

Граф Дюссо Тейлор молчал несколько минут, думая как поступить, потом всё-таки попросил провести гостю в рабочий кабинет. Прошло ещё несколько томительных минут, и симпатичная женщина в нежно голубом платье с глубоким вырезом появилась на пороге комнаты. Увидев графа, она улыбнулась искренне. От этой улыбки и блестящих глаз Софии Чирра почувствовала себя третьей лишней.

– Оливер, как я рада тебя видеть! – она шагнула в комнату, осматривая стеллажи с книгами. Оливер встал из кресла, чуть поморщившись от боли, но это заметила только Чирра, а затем подошёл к Софии и галантно поцеловал ей руку.

Оливер чувствовал себя несколько неуютно и глупо. Он провёл потрясающий вечер с этой милой девушкой и не её вина, что он спешно ушёл из её дома и в эту же ночь узнал о болезни сына, а потом и сам попал под нож преступников. За всеми переживаниями о здоровье Доминика и незнакомке, спасшей ему жизнь, он совершенно забыл о графине Софии. Последняя была так любезна, что даже написала ему записку, уж не её ли он избегает после их свидания в ресторации, что даже работу взял на дом. Пришлось торопливо выдумывать, что он вначале приболел, но уже почти выздоровел.