Из России с Малфоем
Шрифт:
— Да что его спрашивать, — невесело усмехнулась Люся, — он уж тут повысказывался от души. Я-то, дура, думала — Серёга за ум взялся, а ума-то и не было. Чужой человек рядом был. Вот только он для чужих детей за две недели больше сделал, чем родной отец! — горько сказала она. — А этот только появился — и началось…
— Мы собираемся исправить то, что произошло, — безо всякого сочувствия продолжил Снейп. — И вернуть души в исходные тела. Гарантировать успех мы, разумеется, не можем, но шанс есть. Нам понадобится комната.
— Как же вы чужого не узнали? — тихо и сочувственно спросил её Мальсибер. — Люциус ведь очень… своеобразный человек.
— А Серёга тоже… своеобразный, — махнула рукой Люся, — я уж и забыла, какой он нормальный-то был. Так что немудрено — пить не стал, драться и ругаться тоже — уже счастье.
Они вошли в небольшую комнату, оклеенную новыми обоями и пахнущую свежей побелкой — Люся с детьми только вчера закончила ремонт, — и женщина кивнула на диван.
— Садись, коли так. В ногах-то правды нет.
— Он нам обещал, что больше пить не будет, — сочувственно сказал Мальсибер. — И я думаю, что он очень постарается…
— Ну, какое-то время наверняка не будет, — сказал Снейп, оглядываясь. — Руди, как тебе?
— Лучше бы на том же месте, где это случилось, — сказал тот задумчиво.
— Ещё лучше воспроизвести условия, — сказал Эйвери. — Круциатус ты ведь сможешь наложить?
— Да это не проблема, — махнул рукой тот. — Важнее повторить то, что случилось с тем, другим. Что, ты говорил, с тобой произошло? — спросил он у Серёги.
— Дак током же меня шарахнуло, — с опаской сказал Серега. Снова повторять опыт ему ой как не хотелось.
— Он хоть живой-то останется? — обеспокоенно спросила Люся.
— Сложно сказать наверняка, — честно сказал Родольфус. — Всегда есть риск.
— Не пугай её! — заступился за Люсю Мальсибер.
— Вопрос в том, что с кем делать, — продолжал Родольфус. — Что первично в данном случае — тело или душа?
— Я попробовал бы для начала воспроизвести условия буквально, — сказал Эйвери. — Если не получится — тогда попробуем зеркальный вариант.
— Ну, пожалуй, — согласился с ним Родольфус. — Где это случилось? — спросил он у Серёги.
— В подвале, — пролепетал тот.
— Он пьяный был в зюзю, — мрачно сказала Люся, — а сейчас — трезвый!
— Это мы исправим, — кивнул Родольфус.
— Он же больше не пьёт, — возразил Мальсибер.
— Так для дела же, — удивился Родольфус. — Не для удовольствия.
— Пусть считает это медицинской процедурой, — хмыкнул Снейп.
— Я не хочу! — замотал головой Серёга. — Меня же черти утащат!
— Не утащат, — пообещал Родольфус. — Потому что это не для удовольствия, а чтобы всё вернуть назад. Ты ведь хочешь вернуться к семье? — уточнил он. — И заботиться о них?
— А? — переспросил Серёга, — а как же!
Люся недоверчиво усмехнулась.
— Тогда потерпишь и чертей, — сказал Снейп.
— Люци, — позвал Родольфус стоящего с Нарциссой у окошка Малфоя, — а ты пил в тот вечер?
— Кажется, — откликнулся тот. — Я уже не помню.
— Если он и пил, то это несравнимо, — заступился за него Рабастан.
— Мы пытаемся воспроизвести всё досконально! — напомнил ему брат. — Люци, вспомни, это важно!
— Хочешь, я проверю? — спросил Мальсибер. — Посмотрю?
— Давай, — Малфой неохотно оторвался от Нарциссы, на которую глядел, не отрываясь, и перевёл взгляд на него.
Малфой, как выяснилось, выпил в тот вечер бокал коньяка — для храбрости, как он сам пояснил, а Серёга — свой любимый "Рояль", разведённый водой. "Рояля" тогда у Сереги было половина стакана, воды он долил столько же — и очень разозлился, что больше выпивки в доме не нашлось. Вот в этом состоянии сантехник Серёга и полез в злосчастный подвал.
— Значит, нам нужны коньяк и рояль, — резюмировал Родольфус. — Можно их купить?
— А рояли можно пить? — искренне изумился Рабастан. — Ничего себе вкусы у магглов!
— Дак спирт это, — пожала плечами Люся, — в литровых бутылках.
— Пить спирт?! — Рабастан совсем обалдел. — Как это?
— Тем же сказали: разбавленным пополам, — ответил Снейп. — Это уже градусов сорок пять — как кальвадос. Так где это купить? — спросил он Люсю. — Можете вы это сделать?
— Могу, — вздохнула Люся, — киоск-то у соседнего дома, да еще и круглосуточный. Хлеба не купить, зато выпивка да курево всегда под рукой!
Она с тоской посмотрела на Серёгу, но говорить ничего не стала и, взяв сумку и накинув плащ прямо на домашний халат, вышла за дверь. Только тапочки переобула на летние туфли.
— Если черти за тобой придут, — сказал Серёге Родольфус, — мы их отгоним — пока рядом. Но когда нас не будет, не советую экспериментировать.
— Слушай, как вы тут помещаетесь? Вчетвером? — спросил Серёгу Рабастан, оглядываясь. — Здесь же одному не повернуться!
— Чо? — удивился Серега, — дак нормально же! Мы в детстве впятером в одной такой комнате жили — и ничо! Ещё и бабка была лежачая, её паралик разбил!
Он по-хозяйски прошелся по квартире, заглянул в спальню и присвистнул:
— Эва! А две-то кровати на кой хрен? И куда отцову раскладушку девали?
— Вы вы предпочли, чтоб я с вашей женой на одной спал? — насмешливо поинтересовался Малфой. — Может быть, вы бы даже согласились, чтобы мы с ней жили, словно муж с женою?
— Слышь, ты, козёл, — начал было Серега, но Снейп приложил его Силенцио.
— Когда мне захочется выслушать малограмотного хама, я прогуляюсь в Лютный, — брезгливо сказал он.
— А грамотного хама? — буркнул Рабастан.
— А для этого мне и ходить никуда не придётся, — парировал Снейп.
— Вот поэтому кроватей две, — сообщил Малфой Серёге, с тоской глядя на палочку в руках Снейпа. И не удержался, добавив: — Мне казалось, это очевидно.
— Кому как, — заметил Снейп и предупредил Серёгу: — Я сейчас заклятие сниму, но предупреждаю: терпеть хамство я не намерен.
— И вообще, в некотором смысле, две кровати даже удобнее, — сказал Родольфус. — Если нужно, их всегда можно сдвинуть — но, в принципе, спать вместе неудобно.