Чтение онлайн

— Ясно.

Уходит обратно на кухню.

— Что этот хмырь делает у нас дома?

— Во-первых, не хмырь, а мой мужчина. Во-вторых, ты потерял право так со мной разговаривать уже очень давно. Я постараюсь найти кого-нибудь. Соня еще не знает. Когда к тебе можно будет на свидание? Думаю, они захотят.

— А ты?

Я сделала вид, что не услышала.

— Что?

— Ничего, ничего. Ко мне можно по четвергам. Если они придут, можно последнюю просьбу?

— Говори.

— Приготовь мне жареной картошки.

Я засмеялась, а в горле отчего-то встал ком. «Жареная картошка — то, из-за чего я на тебе женился» — так он говорил каждый раз, когда я ее готовила. Вредно, но так вкусно. Знали бы мы в молодости, что с нами будет через два десятка лет — стали бы мы вступать в брак?

— Я приготовлю. Пока, Сережа.

— Ну пока, солнце.

В трубке — парализующий звук гудков. Хочется отправить телефон в стену. Зачем он это делает? Манипулировать пытается, чтобы я его спасала? Или просто любит? Нет. Любил бы — отпустил.

Пока я прихожу в себя, Миша снова подходит.

— Ты меня прости, но я не могу нормально реагировать, когда ты с ним общаешься. Во-первых, из-за ситуации с Ксюшей, во-вторых, я ревную тебя к нему.

— Я все понимаю. Вела бы себя так же.

— Соня сказала мне, что хочет в зоопарк. А Дина — что вам через пару часов нужно быть в ресторане, знакомиться с ее парнем. Давай я Соню пока отвезу, погуляем с ней? Все равно нужно привыкать друг к другу?

Я молча кладу голову на его широкую грудь и улыбаюсь. Так с ним спокойно и хорошо. Нет американских горок, нет сомнений в том, что он — тот самый, что не предаст.

Он запускает руку мне в волосы и целует — а я просто расслабляюсь и теряюсь в нем.

С трудом оторвавшись от меня, он спрашивает:

— Я так понимаю, это да?

Киваю головой.

Мы приехали в ресторан сильно заранее. За час до назначенной встречи. Дину так трясет всю, что официанты странно поглядывают в нашу сторону.

— Ты чего? Думаешь, я его съем?

— Ну мам! Просто волнуюсь.

Ждать пришлось недолго — Арсений, весь красный, как рак, зашел минут через десять.

Выглядел он опять старомодно, из-за чего я приняла его за тридцатилетнего. Свитер, пиджак, брюки, начищенные туфли. Все винтажное. Я прям свой выпускной вспомнила — парни примерно так одевались тогда.

Подошел к столику и опустил голову, здороваясь. А где реверанс? Или поклон до пояса? Откуда у него такие манеры, интересно.

— Добрый день, Марина Евгеньевна, Дина Сергеевна.

— А чего ж не по фамилиям еще? И по титулам? Я чур графиня.

— Мама! Не обижай Сеню! — грозно шепчет это мне в ухо.

Он только сел и нервно начал поправлять очки.

— Арсений, здравствуй. Что ж вы оба так нервничаете. Или я чего-то не знаю?

Я с намеком смотрю на живот Дины, но та только машет руками, а Арсений с ужасом качает головой.

— Я не такой человек, Марина Евгеньевна! Чтобы спать с девушкой до свадьбы.

Я с подозрением кошусь в его сторону. Не думала, что парень дочери окажется более консервативным, чем я. По крайней мере, я не окажусь на съемках «беременна в 16», это радует.

— Арсений, а вы были женаты?

Спрашиваю с намеком, но он, кажется, не понимает.

— Нет, не был. Нужно было сначала заработать стартовый капитал — квартиру и машину, чтобы думать о таком.

Девственник, то есть. В двадцать пять. Хотя — снова прохожусь по нему взглядом — с таким стилем не удивительно. Дина понимает, о чем я думаю, так что предусмотрительно бьет меня по коленке. Боится, что я чего-нибудь ляпну. А я ляпну.

— Я боюсь спросить, а приданое для дочери нужно? Или может будет выкуп невесты?

— Ну что вы, что за пережитки прошлого.

Пытаюсь не засмеяться, но получается с трудом. Ладно, моя дочь в безопасности. В безопасности от счастливой половой жизни.

— Я принес вам подарок.

Он протягивает мне пакет, я вежливо беру и заглядываю внутрь. «Хоть бы не павловский платок» — загадываю.

Внутри — коробка. Открываю. Это колье, которая я выпрашивала у Сережи несколько лет. Видимо, Дина записала куда-то название. Я бросила мечтать о нем, когда цена его выросла со ста пятидесяти до двухсот тысяч. Слишком дорого.

Так что сейчас я не верила своим глазам. Десятки аккуратных белых камней, розовое золото, аккуратное литье в форме листочков. Приятно, конечно, но в честь чего такие траты?

— Арсений, я польщена. Большое спасибо. Но я не могу не спросить…

— Я перебью вас. Это не плата за что либо, я просто хочу поблагодарить вас за то, что вырастили такую дочь. Таких сейчас не встретишь.

— Таких как вы тоже.

Он счел это за комплимент и улыбнулся, хвастаясь ямочками.

— Как бы не продолжилось наше знакомство и чем бы не закончилось, колье — ваше. Дело в том, что я хотел бы сделать предложение Дине.

Ну вот, то, чего я боялась. Куда дети всегда торопятся? Как будто брак — это что-то невероятно прекрасное, а не наоборот. Хорошее дело браком не назовут.

— А если я откажу?

— То я буду добиваться Дину до тех пор, пока вы не скажете «Да». Я люблю ее слишком сильно.

— Куда торопиться? Ей скоро поступать — а если она уедет, как вы будете общаться?

— Я оплачу нам съем в любом городе. Если она не поступит на бюджет — то обучение тоже. И все остальное, что ей будет нужно. Я работаю дистанционно, даже если она скажет, что хочет учиться в Стэнфорде — я все устрою.

С каждым новым словом мои глаза все больше становились похожи на пять копеек.

— Я не захочу учиться в Стэнфорде, мам!

А Дина не так поняла мое удивление.

— Знаете, я вижу, что ты, Арсений, ее не обидишь. Ответь только на один вопрос. Если она захочет уйти, ты ее отпустишь? Скажу честно, твоя настойчивость кажется мне подозрительной.

— Если Дина скажет мне, что не любит меня — да. Я оставлю ее.

— Отлично. Мы живем в России, так что вступить в брак вы все равно сможете только в 18. Если Дина до этого не передумает — делайте что хотите. Главное — по взаимному согласию.