Чтение онлайн

Вначале представители власти никак не отреагировали на действие: На следующий день к делегации присоединилось еще около 200 человек из московской общины. В ожидании приема, делегация простояла весь день. Рядом стояли два автобуса с милицией. Появился генерал. Вслед за ним Грачев – начальник отдела УК. Он предложил перейти в клуб Центросоюза, где ожидает работник УК Палескис. Но делегация отказалась и требовала приема Брежневым. В конце концов силами армии, милиции и КГБ участников делегации избили, затолкали в автобусы и отвезли в тюрьму. Большинство из них на следующий день выпустили, некоторых сопровождали в города по месту жительства (и в последствии их судили).

19 мая Г. Винс и М. Хорев, которые были уполномочены СЦЕХБ выяснить дальнейшую судьбу верующих, обратились в Приемную УК КПСС. Им предложили зайти через полтора часа, когда же они вернулись в Приемную, их тут же запихали в «черный воронок» и отправили в тюрьму. Помимо большинства участников делегации, получивших по пятнадцать суток, власти выследили всех местных лидеров СЦЕХБ. Тридцать один человек были арестованы уже в мае, аресты продолжались все лето, за решеткой оказалось еще 128 человек, а общее число арестованных по этому делу достигло 202. Аресты продолжались и на следующий год, вплоть до августа 1968 года. Всего в тюрьме оказалось 240 человек. Через несколько месяцев после этих событий был арестован и Г.К. Крючков..

В августе 1966 года, оставшиеся на свободе братья СЦЕХБ собрались на совещание в г. Иловайск, Донецкая область, Украина. Всего присутствовало около 20 человек. После уточнения, кто арестован, а кто еще на свободе, была прослушана информация о жизни поместных церквей, избрано руководство СЦЕХБ вместо арестованных и намечен план дальнейших действий. Мне было поручено руководство Советом Церквей вместо арестованного Г.К. Крючкова. Состав благовестников пополнился новыми братьями и здесь же составлен очередной номер «Братского листка», в котором сообщались, все последние события. Братьев закрепили по регионам для работы в церквах и была назначена дата и место следующего братского общения. Итак, жизнь продолжалась.

Несмотря на то, что лидеры ВСЕХБ постоянно заявляли, что после пересмотра «инструктивного письма» и «нового положения 1960 г.» для раскола нет никаких причин, движение сторонников СЦЕХБ продолжало шириться.

Своего пика этот процесс достиг в 1966 году, поэтому именно в этом году был созван новый съезд ВСЕХБ и сделанные на нем дополнительные уступки с одной стороны, и ужесточенные репрессии на сторонников СЦ с другой, побудили многих вернуться во ВСЕХБ.

Как обычно, перед тем как были проведены региональные конференции, целью которых было обсуждение повестки дня будущего съезда и выбор делегатов, сотрудники госбезопасности побеседовали с наиболее влиятельными верующими и обсудили с ними кандидатуры делегатов. Но, несмотря на настоятельные рекомендации выбирать только «надежных» делегатов, многие региональные конференции осмелились остановить свой выбор на вполне искренних людях, надеясь, что благодаря им будут высказаны претензии местных общин съезду.

На съезде присутствовало 478 делегатов с правом решающего голоса и 233 делегата с правом совещательного голоса, а также 315 гостей.

Общее число присутствовавших на съезде достигло 1026, что вдвое больше, чем в 1963 году. Я также получил приглашение принять участие в съезде в качестве гостя. Согласовав с братьями СЦ, я принял приглашение.

Президент Я.И. Жидков, которому к тому времени уже исполнился 81 год, открыл съезд и обратился к собравшимся с кратким приветственным словом. Это было последнее его выступление. Через три недели он скончался.

Практически съезд вел А.В. Карев. Он выступил с основным докладом. Слушая его, делегаты должны были непременно почувствовать, насколько Карев заботился о духовном состоянии братства. Для начала он остановился на конфессиональных признаках, подчеркнув, что их союз не только интернациональный но и межконфессиональный. Карев обратился к теме духовной жизни церквей. Наиболее серьезным духовным недугом местных общин на его взгляд была разобщенность верующих. Он насчитал семь различных «толков». Также межцерковные разногласия возникали вследствие внутренней неудовлетворенности верующих. Карев предложил принять краткое исповедание веры, составленное И.В. Каргелем в 1913 г., и что им следовало пользоваться до тех пор, пока не будет разработано более детальное изложение вероучения. Второе основополагающее предложение касалось новых изменений Устава ВСЕХБ. Карев утверждал, что их цель сделать более продуктивной и демократической работу старших пресвитеров. ВСЕХБ по прежнему считал поддержание внешних контактов делом жизненно важным, но на съезде Карев заявил, что целью этой деятельности является не только демонстрация авторитета ВСЕХБ. Карев утверждал, что большинство христианских церквей за границей далеки от идеала, они во многом отступили от установлений первых христиан, тогда как «наша церковь ЕХБ являет собой единственный сохранившийся в мире пример верности апостольскому преданию».

Оправдывая участие руководства ВСЕХБ в экуменической деятельности, Карев подчеркивал, что христианин должен быть солью земли и источником света для всего мира, а следовательно, и для других христиан.

Естественно, многие ждали, что скажет Карев об «инициативниках». Он снова постарался перенести центр тяжести своего выступления на замечания по поводу пятидесятников и менонитов. Замечания по поводу «инициативников» были гораздо более конкретны, что свидетельствовало о том, что на этот раз данный вопрос предполагалось обсудить более открыто.

В довершение всего рижский пресвитер А.Л. Баске дочитал богословскую работу о единстве, а С.П. Федюхин, помощник генерального секретаря, огласил официальный отчет союза, в котором постоянно упоминалось об «инициативниках».

Карев в общих словах заявил, что они неоднократно обращались к СЦЕХБ с призывами совместно урегулировать все недоразумения, но СЦ в ответ только усиливали свои нападки. По советам Карева, все их послания «Братские листки» и прочие документы были исполнены высокомерия и бахвальства. Карев заявил, что все это ложный пафос и сплошное жульничество, поскольку авторы всех этих нападок и резких выходок на самом деле преследуют лишь одну цель - выжить.

Но на самом деле притеснения со стороны государства вплоть до 1966 года продолжали усиливаться, пока наконец власти не перегнули палку, и чувство праведного гнева не привело к тому, что 400 человек в мае 1966 года приняло участие в демонстрации протеста у здания ЦК КПСС. Государство ответило на это массовыми арестами и к моменту проведения съезда пересажало уже почти всех лидеров СЦЕХБ. Вскоре после этого двое из них, Крючков и Винс, предстали перед судом.

И в официальных выступлениях, и во время их обсуждения речь шла о причинах раскола. По этому поводу мнения делегатов сильно расходились. В своем докладе - Карев высказал, что среди старших пресвитеров есть «страшные пресвитеры», однако, он не назвал имен ни одного из них и ни один из «страшных пресвитеров» не был снят с должности. А СП. Федюхин сфокусировал внимание на некоторых реформах, на которых настаивал СЦЕХБ, и попытался доказать их несостоятельность. Наконец, он опроверг обвинение против ВСЕХБ в том, что деятельность СЦ имеет разрушительные последствия для церквей ЕХБ, в то же время он признавал, что действительно существовала практика назначения старших пресвитеров без согласия церквей и недостойные старшие пресвитеры по-прежнему оставались на своих местах. Единственное, что Федюхин мог обещать, так это, что с помощью Божией истинные чада Божий этого впредь не допустят.

Согласно предварительной договоренности в СЦ, два брата, Г.И. Майборода и Е.Т. Коваленко, должны были прийти на съезд ВСЕХБ и зачитать послание СЦЕХБ, что и было сделано. Руководство Съезда дали возможность зачитать официальное заявление СЦЕХБ. Это было выдвижение обвинений ВСЕХБ за антиевангельские документы, принятые в 1960 г.

После прочтения послания СЦЕХБ, те немногие депутаты, принявшие участие в дискуссии, сконцентрировали внимание совсем на другом вопросе, который казался им наиболее важным, Выступающие утверждали, что во всем виноваты старшие пресвитеры, которым следует публично покаяться в том, что насаждали в церкви авторитарную модель управления. «Это не старшие пресвитеры, они слишком упрямы и узколобы... И пока их не уберут с занимаемых мест, ни о каком восстановлении единства не может быть и речи».