Чтение онлайн

— Эй, дай-ка я тоже попробую.

Не знаю, думал ли он, что Хейс его не слышит, или ему действительно хочется умереть, но ничто не сравнится с тем, как Хейс оборачивается, чтобы посмотреть на него.

— Знаешь, сегодня ты сделал много отличных сэйвов, — говорит он ему. — Но если ты не отвалишь от моей девушки, то никто не помешает мне засунуть мою клюшку тебе в задницу.

Лукас вздрагивает и поднимает на меня глаза. — Ты действительно находишь это привлекательным? Вся эта история с тем, что он - собственнический мудак?

Мой взгляд встречается со взглядом Хейса, и я прикусываю губу. — Нет ничего из того, что он делает, что не было бы привлекательным.

Вы когда-нибудь делали шаг назад и просто смотрели на своего мужчину, размышляя о том, как мне чертовски повезло? Действительно давали себе время заценить его так же, как во время первого свидания? Хейсу всегда удавалось растопить меня одним лишь взглядом, но я не думаю, что есть что-то более сексуальное, чем наблюдать за его работой в баре.

Парни, у которых есть деньги, чтобы угощать вас вином и ужином, - это здорово, но те, кто не боится испачкать свои руки, - это те, кто вам нужны. Именно они будут трахать вас до трех часов ночи, когда вы будете настолько измождены оргазмами, что едва сможете двигаться.

Я смотрю, как напрягаются мышцы Хейса, когда он забивает гвозди в древесину. По его спине стекают бисеринки пота, поблескивая в свете, проникающем через окно. Судя по всему, возведение стены требует больших усилий, так что это был лишь вопрос времени, когда он снимет рубашку - но, черт возьми, я не жалуюсь.

Мали садится рядом со мной на пол, когда я прислоняюсь спиной к стене.

— У тебя немного... — Она показывает на уголок своего рта.

У меня этого нет, и мне даже не нужно проверять. — Если бы это было так, разве ты могла бы меня винить? Посмотри на него.

Она наклоняет голову и хмыкает. — Да, ты моя девочка, но я не буду трахать глазами твоего парня.

Даже если бы она это сделала, это и близко не было бы похоже на реальность. Хейс точно знает, где нужно прикоснуться и как нужно двигаться, чтобы я почувствовала, что все мое тело в экстазе. Как будто каждый дюйм моего тела - это его личная страна чудес, и он не хочет ничего другого, как потеряться в ней. Потеряться во мне.

Я корчусь, когда моя киска отчаянно сжимается, и когда я начинаю тихонько скулить, Мали смеется. — Как ты за одно лето превратилась из девственницы в сексуальную маньячку - для меня загадка.

— Ты поймешь, если почувствуешь, что он может делать своим языком, — говорю я ей, не отрывая взгляда от Эйча.

Словно прочитав мои мысли, он смотрит на меня и ухмыляется. — Ты собираешься просто сидеть и смотреть?

— Угу, — говорю я, кивая.

Он звонко смеется, убирает молоток обратно на пояс с инструментами, подходит и наклоняется передо мной. Я наблюдаю за тем, как он медленно окидывает меня взглядом, как будто набираясь сил. А когда они снова смотрят на меня, его зрачки расширяются.

— Это значит, что я буду наблюдать за тобой позже, — пробормотал он, прежде чем взять меня за подбородок и поцеловать.

Это так быстро, так легко, но к концу поцелуя у меня перехватывает дыхание.

— Отлично, — насмехается Мали. — Я завидую сексуальной жизни своей лучшей подруги. Это просто охренительно.

Мы с Хейсом оба засмеялись, и когда он встал и отошел, то подмигнул мне. Я настолько погружаюсь в него и во все, что он собой представляет, что даже не помню, что в комнате находится мой брат, пока его голос не разносится по ней эхом.

— Ладно, я смирился с этим, — он проводит пальцем между мной и Хейсом, — но проводить свой день за просмотром живого порно с вами двумя? Это не входит в список того дерьма, которое я хочу делать. — Все его внимание переключается на Хейса. — Эйч, надень чертову футболку.

— К черту, — возражает он. — Здесь жарко, как в аду.

Кэм хмурит брови. — Здесь жарко. — Он подходит к термостату, и у него отпадает челюсть. — Господи Иисусе. Кто установил температуру на восемьдесят девять градусов?

Мали смотрит на потолок, на стену, на пол - куда угодно, только не на Кэма, а я смотрю на нее так, словно она - герой, в котором я не знала, что мы нуждаемся.

— Я так сильно люблю тебя сейчас, что если бы я не была такой собственницей, я бы разрешила тебе одолжить Хейса, — говорю я, глядя на нее.

Она откидывает голову назад и смеется, как раз в тот момент, когда у Хейса начинает звонить телефон. Он достает его из кармана, и в его глазах появляется нервозность. Он смотрит на меня всего секунду, пытаясь изобразить, что ничего страшного не происходит, но затем выходит на улицу, чтобы ответить на звонок.

Какого черта?

Он никогда так не делал. Никогда не боялся отвечать на звонки рядом со мной. Даже когда мы встречались тайком. Не поймите меня неправильно, у меня нет причин не доверять ему. Это вполне может быть пустяком. Но что-то в этом настораживает и, похоже, не только меня.

— Что это было? — спрашивает меня Мали.

Мой взгляд останавливается на Хейсе, когда он подносит телефон к уху, но при этом смотрит в другую сторону, чтобы я не могла прочесть по его губам. — Я не знаю.

Я всегда говорила себе, что нужно доверять своей интуиции. Она никогда не ошибалась. Но сейчас я не могу понять, о чем именно она говорит. Я не думаю, что искренне верю в то, что Хейс когда-нибудь мне изменит, но, поскольку в течение следующих нескольких дней тайные телефонные звонки происходят все чаще, я не могу не задаваться этим вопросом.

Я пыталась расспросить его о них, но он только утверждает, что это что-то для бара. Что-то с бумагами или разрешениями. Но всем этим занимается Марк, и даже если бы это было так, я не вижу необходимости выносить это на улицу.

Он обсуждает с Кэмом различные варианты пола, выбирая между светлым деревом и темным, и тут снова происходит это. Он смотрит на него, говорит Кэму, что сейчас вернется, и выходит за дверь. Мой брат не выглядит обеспокоенным, но меня это задевает.

— Ты же не думаешь, что он изменяет? — У меня сердце замирает от одной этой мысли.

Мали хмыкает. — Я не думаю, детка. Вы же все время вместе.

— За исключением тех случаев, когда это не так. — Я смотрю на Кэма. — Он здесь весь день, когда я на работе, или он уходит?